Страница 37 из 56
— Я не прошу тебя рассказать всё о себе. Просто пообещай, что не сделаешь глупость. Что дашь нам шанс…— Роберт многозначительно не договаривает.
Я смотрю на него, и слова застревают в горле. Сейчас я не могу пообещать ничего. Не могу, потому что знаю — другого пути может не быть. Но я не хочу ему лгать. Не в этот миг.
— Я постараюсь, — шепчу я наконец и в смущении забираю свою ладонь из его горячей руки.
Он выдыхает. Долгий, тяжёлый выдох. Я понимаю, что этого недостаточно. Что «постараюсь» — не «обещаю». Но это всё, что я могу ему дать.
Он смотрит на меня долго, потом кивает — словно принимает этот полуответ. Его рука снова настойчиво находит мою, и он переплетает наши пальцы. Тепло окутывает меня изнутри от этого простого прикосновения, заполняя пустоту в груди.
— Этого достаточно, — вдруг говорит он тихо, — Пока достаточно.
Мы сидим так, держась за руки, и смотрим в огонь. Завтра мы дойдём до разлома. Завтра всё решится. Но сегодня, в этой маленькой пещере, под треск костра, я позволяю себе просто быть. С ним. Рядом.
Роберт
Я просыпаюсь среди ночи оттого, что костёр почти погас. В пещере темно, только несколько угольков тлеют алым. Мара спит рядом, завернувшись в дорожный плащ, её дыхание ровное, спокойное. Моя рука всё ещё сжимает её пальцы — мы так и не разомкнули их.
Я смотрю на неё в полумраке. Тусклый огонь костра отбрасывает мягкие тени на её красивое нежное лицо, и в этом свете она кажется совсем юной, беззащитной. Но я знаю — это обман. В ней столько силы, сколько я не видел ни в ком.
Я вспоминаю, как она отчаянно бросилась ко мне, когда тварь напала. Как тащила в воду, не раздумывая. Как держала меня, помогая устоять на ногах в быстром течении, пока Дин и Том добивали тварей. В её глазах тогда был страх — не за себя, за меня. И что-то ещё. Что-то, от чего сжимается сердце.
Я подношу её руку к губам и осторожно, едва касаясь, целую тыльную сторону ладони. Она не просыпается, только вздыхает чуть глубже и придвигается ближе.
Завтра. Завтра мы дойдём до разлома. И я сделаю всё, чтобы она вернулась. Даже если для этого придётся заслонить её собой. Чего бы мне это ни стоило.