Страница 19 из 119
Я хорошо это помню. Сойер был гребаной развалиной, замкнулся в себе и отгородился от всего мира. И хотя Мария не умерла, я твёрдо решил не повторять его путь. Изоляция никому не помогает.
– Мне кажется, что я схожу с ума, – говорю я спустя секунд тридцать, сжимая пальцами переносицу. Секунду я колеблюсь, прежде чем слова вылетают из меня, как взболтанная бутылка газировки. – Я даже втрескался в дочь своего лучшего друга, решив, что она тоже считает меня привлекательным, – я издаю мрачный смешок, потому что, Господи, вслух это прозвучало куда более извращенно, чем у меня в голове.
Когда Сойер не отвечает, я наконец поднимаю взгляд, чтобы посмотреть на него, и каждый мускул моей челюсти сжимается.
Я не могу поверить, что только что признался ему в этом.
Он ставит фильм на паузу, пульт падает ему на колени.
– Подожди. Ты говоришь о Билли? То есть о дочери Скотта?
Я просто киваю, от смущения у меня перехватывает дыхание. Как и многие мои старшие товарищи по команде, Сойер несколько раз встречался со Скоттом и Билли – правда, это было несколько лет назад.
Я съеживаюсь еще сильнее от того, о чем он, должно быть, думает.
– Эммет, это...
Я поднимаю руку, чтобы пресечь всё, что собирался сказать Сойер. Я не хочу этого слышать.
– Ей сегодня исполнился двадцать один год, так что я зашел, чтобы отвезти подарок, и...да, – я провожу рукой по волосам, в отчаянии хлопая ими по бедру. – Мы не виделись много лет, и между нами было что-то неловкое. Билли выросла, и я...
– Выросла в другом смысле? – Сойер заканчивает моё предложение, дерзко приподняв бровь.
Я указываю на него пальцем.
– Не смешно.
Я могу сказать, что ему хочется упасть от смеха, и, честно говоря, я был бы рад разрядке напряжения, если бы нёбо у меня во рту всё ещё не горело.
– Она дочь моего лучшего друга. Девушка, с которой мы с Марией ходили в кафе за мороженым и с которой ездили в отпуск, – я втягиваю голову в плечи и издаю маниакальный стон. – Раньше мы играли во фрисби на пляже.
– Чёрт, – Сойер морщится.
– И она беременна.
– Чёрт, – повторяет он. – Подожди, что?! От тебя?!
– Нет, ты идиот! – говорю я, вскакивая на ноги от ужасающей мысли. – Это какой-то придурок из университета, который, по сути, облапошил её. Вот почему она вернулась. Ей скоро рожать, а я разглядывал её задницу в гостиной.
– Чёрт.
Я закатываю глаза.
– Ты можешь перестать так говорить?
Он просто пожимает плечами.
– Я не знаю, что ещё сказать. Кроме того, что ты тебе нельзя вступать на эту территорию.
Я невозмутим, почти оскорблен тем, что он вообще мог подумать, что я это сделаю.
– Конечно же, блядь. Именно об этом я и говорю. Я, чёрт возьми, схожу с ума.
Сойер тщательно обдумывает мои слова, проводя языком по правой щеке.
– Тебе нужно потрахаться.
– Уже. Не сработало.
Его глаза вылезают из орбит.
– С кем?
Я откидываюсь на спинку дивана.
– Какая-то цыпочка в Колорадо, и ещё одна в Майами. Связи на одну ночь – не моё.
Сойер смеётся, и я знаю, что за этим последует.
– Только дочь лучшего друга.
– Не помогает.
Сойер снова становится серьезным.
– Это не такая уж большая проблема. Просто держись от неё подальше, что, похоже, будет достаточно просто, поскольку в ближайшие несколько недель она будет занята детскими делами.
– Ты забыл о моей дружбе со Скоттом и Фрейей? – спрашиваю я, как капризный подросток. С тем же успехом я мог бы им быть; я уже присматриваюсь к кому-то на четырнадцать лет моложе меня.
Он снова морщится.
– Как часто ты обычно захаживаешь к ним?
– Я не знаю. Когда я был ещё женат, не так уж и часто, но с тех пор, как я стал холостяком...один, может быть, два раза в неделю.
– Чёрт.
Я готов вцепиться ему в горло.
– Тебе просто придется смириться с этим и контролировать свой взгляд. Ну да, ты считаешь её горячей. И что? Ничего особенного. Как я уже говорил, как только ребёнок появится на свет, я сильно сомневаюсь, что ты будешь часто с ней видеться, – он щелкает пальцами, будто его осенило. – Вот тебе и оправдание.
– Какое оправдание?
Он просто улыбается, как будто разгадал код “Энигмы”.
– Ты же не захочешь навязываться Билли и новорожденному, продолжая приходить как обычно. Предложи Скотту встретиться с тобой в городе или у тебя дома.
Часть меня хочет поспорить о том, насколько это нелепо. Конечно, Билли горячая штучка, и мои глаза сегодня выдали меня пару раз. Это не значит, что я должен полностью отказаться от дружбы с её отцом из-за этого. Последний человек, к которому у меня когда-либо возникло бы искушение прикоснуться, – Билли Куинн. Я ценю свою жизнь,
и свои гребаные яйца
. И всё же это отличный повод избежать встреч с Марией, когда она неизбежно начнёт захаживать к Фрейе, а мне как раз нужен этот окончательный разрыв.
– Мы собирались встретиться во вторник днем, чтобы посмотреть игру Лиги чемпионов.
Сойер указывает на мой телевизор.
– Посмотрите игру здесь.
– Между нами никогда ничего не было бы, – говорю я, развеивая все мучительные сомнения, которые могли возникнуть у Сойера. – Билли для меня больше как племянница, и я бы сжёг нашу дружбу, если бы Скотт хотя бы узнал, что промелькнуло у меня в голове пару часов назад, – в этот момент я хочу, чтобы земля поглотила меня целиком. – Ради бога, она беременна.
Его ладонь ложится мне на плечо.
– Как ты и сказал, приятель, после разрыва с Марией в твоей голове полный хаос. Ты ищешь признаки внимания, подтверждение того, что ещё не списан со счетов. По-моему, твой мозг просто играет с тобой, и всё было не таким неловким, как тебе кажется. Тем не менее, нет ничего плохого в том, чтобы держаться на некотором расстоянии и взять себя в руки.
Я слегка киваю, убеждая себя, что он прав.
– Да. Ты прав, чувак, – я беру пульт и включаю фильм, Джулия Робертс снова оживает на экране. – Это всё в моей чертовой голове.