Страница 6 из 55
Глава 4 Каньон
Сирения проснулась резко – так же, как умирала: на боку, жадно хватая воздух, откашливаясь и выплёвывая мутную слизь.
Странный сон растворялся в памяти, уступая место реальности. Ей снилось, будто та самая беременная женщина, которую она спасла, с холодной усмешкой указывает на неё пальцем, а потом – куда-то за спину. Туда, где в глубокую тень уходит длинная каменная лестница с выщербленными ступенями. Она вела к массивным металлическим дверям, чуть приоткрытым. За ними растворялся неизвестный мир. Его словно отщипывали по кусочку, унося вихревыми, искрящимися потоками в далёкие вселенные. А тихий шёпот что-то настойчиво рассказывал…
–
Отстань,
– прошептала она во сне, мотая головой.
Видение таяло, сменяясь узнаванием. Память возвращалась, а с ней – карусель чувств: удивление, смятение, надежда. Вид её тела всё ещё был отталкивающим, но отёчность спала, а кожа покрылась сплошной гибкой коркой, словно задубевшей корой старого дерева. Одежда истлела, рассыпалась и была унесена ветром, оставив её обнажённой и босой. Впрочем, корка добралась и до ступней: теперь они служили отличной, чуть шершавой подошвой.
Она провела ладонями по бёдрам – и замерла.
Того, что всегда было мягким и тяжёлым, не было. Пальцы нащупали незнакомые очертания. Чужие.
Ощупала себя лихорадочно – там, где всегда висел фартук жира, теперь прощупывались мышцы. Колени не ныли. Спина не болела.
– Мамочки... – выдохнула она. – Лет пятнадцать скинула. Вместе с весом и парой старых травм! Чувствую себя… классно!
Вскочила на ноги – тело подбросило, как пружина. Присела несколько раз, прислушиваясь к себе. Ни боли, ни скованности.
– Это не я, – шепнула, разглядывая руки. – Я теперь... мутант, дерево, полено? – она рассматривала пульсирующие сиреневые прожилки. – Только, чур, в будущем не Буратино.
Она замерла, прислушиваясь к себе.
– Мне не показалось…тогда.
Женщина опустилась на корточки, уткнулась лбом в колени. Плечи вздрагивали.
Когда подняла голову, в глазах уже не было того ужаса – холодное любопытство пересилило.
Пора было думать, что делать дальше. Сирения оглядела местность, и её взгляд стал серьёзным и оценивающим.
Её окружали амортизирующие деревья с упругой корой и пружинистыми ветками – те самые, что смягчили падение. Повсюду раздавался монотонный стрекочущий гул. С ободранных веток всё ещё сочилась слизь; она застывала резиновыми каплями, издавая сладковато-прелый запах.
Многочисленные крупные жуки с изумрудными хитиновыми панцирями и тремя стебельчатыми линзами, выдвигающимися по очереди, копошились вокруг. Они подхватывали капли слизи и, переваливаясь на коротких лапках, тащили их к норкам у подножия холма. Паре особо наглых, пытавшихся отщипнуть кусочек плоти, пока хозяйка была без сознания, досталось импульсным разрядом, полыхнувшим фиолетовым – посягателей разметало. Остальные, наблюдавшие издалека, увидев, как разлетаются ошмётки сородичей, близко подходить не решились – признали в неподвижной массе достойного противника.
Дальше раскрывались каньоны. Но это были не скалы, а гигантские, петляющие корни вымерших деревьев, изредка покрытые мхом разных оттенков. Ветер подхватывал осыпавшийся прах с плетёных стен и швырял его в лицо. Отростки создавали многоуровневые лабиринты с пещерами и туннелями. Именно туда и направилась Сирения.
– Какими же исполинами должны были быть эти деревья? – бубнила она себе под нос, почесывая покрытый коркой нос. – А ведь корневища не все жёлтые. Если прислонюсь – буду выглядеть как ещё один корень.
Посреди ущелья изгибалась и убегала вдаль речушка молочно-белого оттенка – из-за обитающих в ней микроорганизмов. По бокам, между камнями, тянулись вверх, напоминая длинные языки, странные растения.
– Пить опасно эту муть. Еды нет. Голая. – Сирения сникла. – Всё как я люблю.
Буквально в паре метров от неё что-то блеснуло. На примятом колючем кустарнике завис один из ящиков, суматошно выброшенных из корабля. Чуть дальше – ещё пара мешков, повреждённых при падении. В ящике виднелась трещина, крышка съехала вбок – руку можно просунуть. А за кустом, в стене из корней, притаилась приличного размера пустота, похожая на просторную комнату.
Осторожно заглянув туда и обследовав её, Сирения признала это место временным убежищем.
Найденный груз оказался неподъёмным, поэтому копаться пришлось прямо на месте. Деревянный ящик, успешно столкнутый на землю, окончательно развалился.
– Ну и что тут у меня? – Она перебирала содержимое. – Механизмы? Шестерёнки причудливой формы? Мигающая лампочка? Разная космическая хрень? Да-да, я обязательно разберусь, как этот хлам использовать. Оу, ножище! Неплохо! Настоящий тесак с зубцами. Впечатляющая находка. А это… какая отпадная шмотка! Тянется! Обожаю комбинезоны, особенно такие – блестящие, цвета детской неожиданности. Сейчас он меня очень преобразит, буду красоткой. Капюшончик? Мечта сбылась!
Затем очередь дошла до металлических мешков. В одном, сквозь дыру, виднелись прозрачные камни; несколько штук выпало и валялось неподалёку, в том числе у кромки воды. Во втором нашлась пустая бутыль литра на два, обрывок скрученной металлической нити, непонятные предметы и пара книг.
Она взяла первую. Символы на обложке поначалу казались абстрактным узором, но через мгновение сознание будто щёлкнуло – и закорючки сложились в знакомые слова. Словно встроенный в мозг переводчик наконец-то настроился на частоту.
– Так-с… «Как прочистить вентиляционные шахты от вредителей». Для чайников, ясное дело. Книга для отдыха души на вечерок! – пробормотала она.
Вторым был журнал. И куда интереснее: эдакий глянцевый бестиарий, где вместо чешуи и клыков изучали совсем иные достоинства. На обложке сияла кобальтовой кожей дева без зрачков и улыбкой, от которой у местных деревьев наверняка завяли бы пружинистые ветки.
– Ого! – Сирения хмыкнула, пролистнула пару раз, хмыкнула ещё раз и зачем-то аккуратно расправила помятый уголок. – Какое разнообразие существ. Мисс Вселенные! Ну, хоть какую-то информацию получу.
***
Внезапно земля содрогнулась.
Со стороны, откуда двигалось поднятое кем-то пылевое облако, донёсся гул. Сирения схватила приглянувшиеся вещи, на всякий случай горсть камней из мешка – и нырнула в неприметный проход своего укрытия.