Избранница Сердца

Глава 17 Самый достойный

«

Дежавю

, – подумала Сирения, входя в лабораторию. –

Как будто и не уходила

».

Капитан уже сидел на стуле. Лиан раскладывал приборы странного вида – приготовления к пыткам выглядели именно так.

Сирения пристально посмотрела на Лиана. Тот будто прятал глаза, оттягивал момент. А потом решился – поднял взгляд. Там бушевал шторм: учёный азарт, вина и что-то ещё, чему Сирения боялась дать имя.

– Скольких в итоге я должен облобызать? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Только Кэйдена, – тихо ответил Лиан.

– А почему именно его? На корабле много вариантов. – Она покосилась на учёного. – Ты мог бы…

– Самый достойный, – Лиан не отводил взгляда.

– Может, на вашей планете ещё кто-то что-то потребует?

– Не посмеют. – В его голосе прозвучала сталь.

«Он знает, кто я

, – пронеслось в голове Сирении. – «

Третьего мужа подсовывает».

Она встретилась с ним взглядом и прочитала всё: «

ЗНАЮ. Прими

».

– Я, может, вы не заметили, всё ещё тут, – подал голос Кэйден. – Может, начнём, пока я не занят?

– Он глаза закроет, – продолжал Лиан.

– Давно закрыл, – невозмутимо ответил капитан.

– Губы трубой не вытягивай, Сирину не нравится.

Кэйден перевёл взгляд на Лиана – в нём читалось всё: от «

ты серьёзно?

» до «

ладно, уговорил

». Потом посмотрел на Сирению, чуть заметно усмехнулся и расслабил губы, возвращая им обычное выражение.

– Не пожалеешь потом? – спросила Сирения у Лиана.

– Нет!

– Смотреть будешь?

– Да.

Кэйден переводил взгляд с одного на другого:

– Хотелось бы понять суть вашего диалога. На что это я согласился?

Сирения склонилась над ним, на секунду задержав взгляд на его лице – невозмутимом, но с едва заметной напряжённой складкой у губ.

– Расслабься, – шепнула она.

И поцеловала, фиксируя его лицо ладонями.

Поцелуй получился странным – нежным и напористым одновременно, будто она хотела и спросить разрешения, и взять своё. Губы Кэйдена оказались твёрже, чем у Вейна, но в них было что-то надёжное, от чего подкашивались колени.

Кэйден даже стон не сдержал.

«Офигеть»

, – пронеслось в её мыслях.

Волна прокатилась сквозь них – тёплая, сиреневая, пульсирующая. И когда она схлынула, символы на груди Кэйдена сияли так ярко, будто их подпитали от реактора.

Кэйден медленно открыл глаза. В них плескалось что-то, чего Сирения никогда не видела – растерянность? Уязвимость? Он облизал губы, будто проверяя, настоящие ли они.

– Я… – выдохнул он.

Сирения выпрямилась, чувствуя, как горят щёки даже сквозь корку, и, не говоря ни слова, направилась к выходу.

В спину ударило тихое, но твёрдое Лиана:

– Обещаю, ты не пожалеешь.

Дверь за ней закрылась.

– А теперь, – голос Кэйдена обрёл привычную властность, – просвети меня, немедленно. О чём вы шептались? Что значат твои тесты?

Лиан глубоко вздохнул:

– Я почти уверен, что Сирин – девушка.

– Что?

– Что?

Голос от дверей заставил обоих обернуться. Вейн стоял на пороге, вцепившись в косяк. Медленно, будто во сне, он подошёл ближе и вместе с Кэйденом уставился на Лиана.

– Мы теперь женаты, – выдохнул Лиан. – И мне ещё нужны архивы, кое-что проверить.

Кэйден моргнул:

– Как понял? Сирин знает, что ты знаешь?

– Догадывается, – Лиан провёл рукой по лицу. – Я перечитал тексты о Сердце. Они подтолкнули меня на мысль.

Вейн медленно перевёл взгляд с Кэйдена (с сияющими символами) на дверь, за которой только что скрылась Сирения.

– То есть… – голос его сел. – Мы все трое… с ним…

– С ней, – мягко поправил Лиан. – И я почти уверен: то, что мы видим – не её истинное лицо. Защита, маскировка, возможно, даже неосознанная. – Он помолчал. – Когда-то мы мечтали быть вместе, в одной семье. Помните? Я просто… исполнил нашу мечту. И тебе, Кей, не придётся заключать тот дурацкий договор с Чарой.

Они молчали. Лиан – с хитрой улыбкой учёного, дорвавшегося до тайны. Кэйден – с задумчивым прищуром, словно прикидывающий варианты. Вейн – с каменным лицом и бушующим внутри ураганом.

А в коридоре…

Сирения шла, чувствуя, как ноги становятся ватными, а в голове пульсирует одно слово: «

Знает. Знает. ЗНАЕТ

». Она остановилась, прислонилась к стене и выдохнула так, будто только что пробежала марафон.

– Лиан знает, – прошептала она. – Знал и молчал. И… – Она истерически хихикнула. – Третьего мужа подсунул. Самого достойного.

Она сползла по стене, уселась прямо на пол и уставилась в потолок.

– У меня три мужа, – сообщила она световой панели. Та равнодушно выполняла свою функцию. – Три! Красивых, между прочим. А я – бревно в гареме. Главная самка гнезда.

Из-за поворота послышались голоса. Сирения вскочила так резко, что едва не потеряла равновесие.

– Так, – зашептала она, приводя себя в порядок. – План: навестить птаха, помучить скрабера – вдруг этот железный шпион знает что-то полезное про местные обычаи, – а потом ужин. Много ужина. Чтобы забыться. И главное – не думать. Совсем. Ни о чём.

Голоса приближались.

Сирения развернулась и быстрым шагом направилась в противоположную сторону – туда, где в райском саду её ждал единственный мужчина, который точно не потребует поцелуев.