Избранница Сердца

Глава 11 Ларены

Ларены пришли через день. Те же трое.

Было ещё рано. Даже сирена не гаркнула. Сирении не спалось – она сидела на ящиках перед ангаром, с наслаждением облизывая пальцы от сока. Купила вчера на рынке какой-то местный фрукт, и он оказался на удивление вкусным: сочный, сладкий, с лёгкой кислинкой, а главное – сок тёк по рукам, и это было прекрасно.

Птах, объевшийся таким же фруктом, дремал под боком, уткнувшись клювом в её колено, и тихо похрапывал. Иногда причмокивал во сне – видимо, экзотика ему тоже зашла, и теперь ему снилось что-то очень аппетитное и блестящее.

Бригада только подтягивалась – кто с завтраком, кто с инструментами, кто с вечной жвачкой. Обычное утро в доке Тастаса.

И тут она их увидела.

Три ярких пятна на фоне тусклого металла, ржавого хлама и мрачных ящиков. Чёрные доспехи с серебристыми вставками, падающие водопадом волосы, текучая грация хищников, усиленная идеальной синхронизацией движений. Они двигались к ней – не быстро, но неумолимо, будто сама смерть решила прогуляться по доку, попутно рассматривая местный металлолом.

Сирения кожей почувствовала, как изменился воздух. Позади – команда замерла: ни вздоха, ни шороха. Даже Борк перестал жевать, впервые за всё время, что она его знала.

Ларенец, тот, что шёл впереди – тёмно-фиолетовый, с глазами цвета лаванды, – остановился в паре метров. Окинул её взглядом. Птах всхрапнул и перевернулся на другой бок, даже не проснувшись.

– Ты Мелкий? – спросил он. Голос низкий, спокойный, без тени эмоций.

Сирения продолжала посасывать большой и сочный плод. Сок потёк по подбородку, но ей было плевать.

– Для всех я Сирин, – сказала она, вытирая подбородок тыльной стороной ладони. – Мелкий – только для друзей. – Кивнула в сторону Тастаса и команды, стоявших неподалёку. – Вон Тастас, он здесь главный. Вам к нему.

Она снова облизала палец и с чмоканьем впилась в фрукт.

У фиолетового, кажется, дёрнулся глаз. Но голос остался ровным:

– Нам нужны услуги чистильщика.

Тастас шагнул ближе, набычившись, готовый прикрыть Мелкого, если что. Рога угрожающе блеснули в тусклом свете.

– Свободное время на завтра, в девять. – Он махнул рукой в сторону дальнего ремонтного слота. – Вон тот освободится, подгоните судно туда.

– Твой работник должен прийти к нам, – ларенец протянул металлический пропуск. Не спрашивал – ставил перед фактом. Пропуск блестел – тёмный металл, с гравировкой, похожей на сплетающиеся линии.

Сирения, продолжая чавкать, глянула на пропуск, потом на ларенца. Вытерла сок с пальцев о комбинезон – и только потом взяла.

– Тогда в пять раз дороже.

Фиолетовый едва заметно дёрнул бровью. Тастас шумно вздохнул – так, что слышно было, наверное, во всём доке. Команда превратилась в соляные столбы. Борк выронил жвачку. Шег застыл в чихе. Клипс так и замер – с четырьмя руками, застывшими в разных положениях.

Блондин с отливом волос шагнул вперёд:

– Жить надоело? Ты знаешь, кто мы?

Сирения с наслаждением откусила ещё кусок, сок потёк по пальцам, и она их облизала – медленно, смакуя. Сок стекал по подбородку, но она не обращала внимания.

– Конечно, знаю! – улыбнулась она, липко и сладко, как сам фрукт. – Вы те, кто позавчера стоял в уголочке на непристойной сделке и смотрел, как у меня птицу крадут. – Кивнула на птаха, который всхрапнул во сне. – В шесть раз.

Блондин шагнул было к ней, но тёмно-фиолетовый властно поднял руку – и тот замер на месте, сверля Сирению взглядом, полным ярости.

Третий ларенец, густо-лавандовый, стоявший чуть позади, не двинулся с места. Но в его глазах мелькнуло что-то странное. То ли уважение, то ли любопытство. Он изучал её так, будто видел перед собой не наглого чистильщика, а загадку, которую отчаянно хотел разгадать.

Сирения, не обращая внимания на блондина, смотрела прямо на тёмно-фиолетового. Встретилась с ним взглядом и не отвела глаз. И резко протянула руку – мокрую, липкую от сока, – и самодовольно улыбнулась:

– Договорились?

В глазах фиолетового что-то потемнело. Челюсти сжались до хруста. Повисла тяжёлая тишина. Команда за спиной, возможно, молилась.

Но он всё же взял её маленькую ладонь, утонувшую в его огромной руке. Пожал – аккуратно, словно боялся раздавить. И задержал дольше, чем нужно.

Он чего-то ждал. Смотрел в её глаза, будто пытался прочитать что-то, скрытое глубоко внутри. Может, чувствовал ту самую сиреневую энергию, что текла в ней. Может, искал подтверждение.

Сирения не отводила взгляда.

Потом он отпустил, хмыкнул:

– Завтра в девять. Не опаздывай.

Развернулся и пошёл к выходу. Двое других – блондин, всё ещё кипящий, и лавандовый, задумчивый – молча двинулись за ним. Лавандовый на прощание оглянулся – и в его взгляде читалось уже не просто любопытство, а что-то похожее на надежду.

Сирения проводила их взглядом, поднесла ко рту надкушенный фрукт, но есть расхотелось. Погладила птаха по голове.

Тастас подошёл ближе, глядя на неё с выражением, которое трудно было описать словами. Смесь ужаса, гордости и полного непонимания происходящего.

– Ты нарывался! – выдохнул он наконец. – Им что-то от тебя нужно! И это не чистка. – Он помолчал, пожевал губами. – У тебя свои секреты, я не лезу. Но будь осторожен, малец. Не факт, что мы сможем помочь, если что пойдёт не так.

Сирения посмотрела на него, на парней, на свои липкие пальцы, на пропуск в кармане.

– Я понял, – тихо сказала она. – Спасибо.

Птах под боком блаженно курлыкнул во сне, причмокнул клювом и подгрёб под себя ещё одну найденную вчера дребедень.

***

Ровно в десять, а не в девять, Сирения подошла к стыковочному узлу станции. Отсюда к огромному кораблю ларенов вёл длинный герметичный рукав – широкий, с гофрированными металлическими стенами. Пол под ногами мягко вибрировал, где-то вдалеке гудели механизмы.

Она шагнула внутрь, прижимая птаха и волоча сумки. Рукав тянулся бесконечно, но наконец упёрся в массивные створки шлюза.

А там стоял хмурый ларенец в чёрной форме.

Сирения вовсю улыбнулась ему заскорузлыми, потрескавшимися губами. Тот принял липкий пропуск с гримасой брезгливости, едва касаясь двумя пальцами.

– Ты должен был прийти в девять.

– Будильник не сработал, – Сирения беззаботно пожала плечами. – Мне уйти?

– Следуй за мной.