Страница 66 из 73
— Да. Но думаю, это решать не мне. В первую очередь родители — это твоя семья, не моя. И только тебе решать общаться с ними или нет. Но это моё мнение. Ты сам всё прекрасно видел и слышал, — ответила ему, наблюдая за закатом на берегу океана. Мне было хорошо на душе.
А вот на третий день, начались сложности. Вернее, начался второй этап отбора мужей. Я сидела в гостиной, пила чай с мёдом и разговаривала с Лео. За эти дни мы с ним и Рэйнаром стали чуть ближе. Не настолько, чтобы я могла назвать их близкими, но та ледяная стена, что стояла между нами в начале, стала таять.
Лео оказался молчаливым, но его молчание не было враждебным. Он просто был из тех, кто говорит мало и привык действовать. Сегодня он рассказывал мне о своей первой паре — эрмалианки Вайолетт, без лишних эмоций, но я чувствовала, как ему тяжело говорить об этом. Рэйнар сидел рядом, иногда вставлял замечания, и впервые я не ощущала неловкости от их присутствия.
— Когда кто-то умирает, ты либо закрываешься, либо становишься сильнее, — сказал Лео. — Я закрылся. Наверное, это было ошибкой.
Я хотела ответить, но в этот момент Ран вошёл в комнату с коммом в руке и нахмуренным лицом.
— Эльнара, пришло оповещение. Жан из рода Войтс запросил встречу как потенциальный кандидат в мужья.
Я замерла. Оповещение означало, что Совет прислал первого кандидата из списка. И если я откажусь, они всё равно отправят нового. А потом ещё и ещё, пока я не доберу до пяти мужей. Только у меня уже было пятеро мужчин, с которыми я едва успела познакомиться.
— Я встречусь с ним, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Но это будет короткая встреча.
Ран кивнул, но в его глазах я прочитала понимание. Жан из рода Войтс оказался высоким, надменным мужчиной с идеально зачёсанными тёмно-синими волосами и серыми татуировками, почти сливающимися по цвету с кожей. Он вошёл в гостиную, окинул меня оценивающим взглядом и улыбнулся той улыбкой, которая, наверное, должна была казаться обаятельной, но на деле выглядела хищной.
— Госпожа Эйнер, — он галантно склонил голову. — Я наслышан о вашем… необычном происхождении и том, что вы с мужьями и названной матерью для нас сделали. Я уверен, что со мной вы найдёте общий язык. Мой род богат, влиятелен, и я могу дать вам то, чего не могут другие.
Я слушала его и чувствовала, как внутри поднимается холодная волна. Он говорил о себе, о своём роде, о том, что он может «дать мне». Но ни слова о том, что он может предложить, как человек. Ни слова о том, что он чувствует или чем я ему понравилась. Не знаю, хоть что-то, что могло бы зацепить.
— Господин Войтс, — я перебила его на полуслове, — я ценю ваше время и вашу заинтересованность. Но я должна быть честна: я не заинтересована в расширении своей семьи. Мои мужчины — это мой выбор, и пока я готова принять вас в свою семью.
— Вы понимаете, что это может вызвать недовольство Совета? — нахмурился он и явно попытался таким образом продавить меня.
— Я понимаю, — ответила я, глядя ему прямо в карие глаза. — Но это моё решение. Если потребуется, я готова отвечать за него перед Советом.
Он смотрел на меня, и в его глазах я прочитала что-то среднее между удивлением и злостью. Но он быстро взял себя в руки, холодно поклонился и вышел. И только когда дверь за ним закрылась, я выдохнула с облегчением.
— Ты молодец, — сказал Ран, выходя из соседней комнаты. — Я горжусь тобой.
Я улыбнулась ему, чувствуя, как внутри разливается тепло. И нет, этот эрмалианец меня ни капли не заинтересовал. Как и я. Его волновал только его и мой статус. На этом всё.
Я обернулась к Лео и Рэйнару, которые тоже подошли ближе, и вдруг поняла: они перестали быть просто фигурами в моей жизни. Они становились частью моей семьи. Надо будет попробовать поговорить с ними с предложением стать частью семьи.