Страница 65 из 73
Глава 23
Глава 23
Эльнара Эйнер
Два дня, которые нам предоставили для адаптации перед вторым отбором мужей, пролетели как одно мгновение. Но это были хорошие дни — тёплые, наполненные солнцем и неожиданными встречами.
Первым сюрпризом стал визит семьи Тэо. Я сидела в гостиной, листая книгу по истории Эрмалиана, когда Тэо подошёл ко мне с немного виноватым выражением лица и заговорил:
— Эльнара… мои родители хотели бы познакомиться с тобой. Они уже у ворот.
— Что⁈ Прямо сейчас? — я подорвалась с места и внезапно сменила ипостась, роняя книгу. Да уж… Надо было больше тренироваться над владением второй сущностью.
— Извини, — он виновато улыбнулся, присаживаясь передо мной на корточки, — но они узнали, что мы уже на Эрмалиане, и решили не ждать. Мама… она очень настойчивая, когда дело касается семьи. Обещаю, вечером я заглажу свою вину и исполню любое твоё желание, даже если это будет касаться ночной охоты на холодильник.
Я фыркнула, понимая, что нет смысла на него злиться или выказывать недовольство. Его родителей можно понять. Если они любят ребёнка, то будет волноваться о нём, даже когда он станет взрослым и у него появится собственная семья. Поэтому представила, как возвращаю себе своё тело, и встала, перед ним нагая. Тэо обвёл мою фигуру горящим взором, гулко сглотнув, но помог одеться, мягко касаясь обнажённой кожи.
Как только я была одета, мы пошли встречать гостей, хотя внутри у меня всё сжималось от волнения. Встреча с родителями мужчины — это всегда волнительно. Даже если этот мужчина — уже официальный муж.
В холл вошли двое — женщина с мягкими чертами лица и добрыми глазами, в которых горел тот же умный огонёк, что и у Тэо, и мужчина, высокий, с сединой в волосах, но с прямой осанкой воина. Рядом с ними шагал ещё один мужчина — чуть младше Тэо, с такими зелёными татуировками и внимательным, изучающим взглядом.
— Эльнара, — женщина шагнула ко мне первой, протягивая руки, — я Амелия Ашаханар. А это мой муж Лирен и наш старший сын Кайрен, названный в честь отца Лирена. — Она сжала мои ладони и посмотрела мне прямо в глаза. — Мы пришли, чтобы поблагодарить тебя. Лично. За то, что ты спасла нашего мальчика.
— Я… я просто сделала то, что должна была, — немного растерявшись, ответила я.
— Не просто, — твёрдо сказал Лирен, подходя ближе. — Ты рисковала собой, не зная, на что способны эти твари. И это говорит о многом.
Кайрен, названый брат Тэо, молча кивнул, но в его глазах я прочитала признательность.
— Может, пообедаете с нами? — предложила я.
— Спасибо, мы не голодны. Пришли просто сказать спасибо и познакомиться с женщиной, которая стала частью жизни нашего сына.
Я почувствовала, как внутри разливается тепло. Они не требовали, не давили. Просто приняли меня такой, какая я есть.
Мы провели вместе несколько часов. Всё же они согласились выпить местного белого чая, пока рассказывали о его детстве Тэо, о котором я с удовольствием слушала. Оказалось, что он всегда был тем самым «почемучкой», который разбирал вещи на части, чтобы понять, как они работают. И его страсть к науке началась с разобранного кухонного комбайна в возрасте пяти лет.
Когда они ушли, я обняла Тэо так крепко, что он удивлённо рассмеялся.
— Твоя семья прекрасна, — прошептала я. — Честно, я очень боялась знакомства с родителями. И не только твоими, а вообще. У вас большие семьи.
— Не у вас, а у нас. Моя семья — теперь и твоя, — ответил он, целуя меня в макушку.
На следующий день нас ждал ещё один сюрприз. Мама Кая с мужьями. Кай предупредил меня ещё утром, но я всё равно была на взводе. Вардан пока уходил рано утром в Совет Эрмалиана, а возвращался ближе к ночи, ругая своего друга и запираясь в кабинете для связи с ним. Рана тоже стали потихоньку заваливать работой. Как оказалось, без него накопились дела, которые требовали решения. Он не говорил, что ему предстоит на ком-то использовать его силу, но я понимала, что бывают ситуации, когда без карающей силы не обойтись.
Поэтому на встречу родителей Кая пошли только я и он. Увы. Рэйнар и Лео не особо стремились покидать свои комнаты пока что. И в целом сказали, что у них не принято гаремным мужчинам выходить на встречу семей основных мужей. У гаремных мужчин вообще оказалось очень много ограничений, сводящихся к тому, что кредиты, которые они заработали до того, как стали гаремными, полностью переходят мне, без остатка. Тем самым они впадали в полную зависимость от основной семьи.
Мам Кайла — Мирта Сиалар, оказалась статной женщиной с серебряными волосами и внимательными тёмными глазами, которые, казалось, видели всё насквозь. Двое мужей, с которыми она пришла, один с татуировками цвета индиго, другой — с тёмно-синими, как у Кая — держались чуть поодаль, но их присутствие чувствовалось.
— Эльнара, — Мирта подошла ко мне и, вместо того чтобы протянуть руку, взяла моё лицо в ладони и внимательно посмотрела мне в глаза. — Мой сын пишет о тебе так, как ни о ком до этого. Я должна была увидеть тебя своими глазами.
Я не знала, что ответить.
— Ты боишься, — сказала она не как вопрос, а как констатацию факта.
— Да, — честно ответила я.
— Это хорошо, — неожиданно улыбнулась она. — Тот, кто не боится, тот глуп. Или мёртв. Ты боишься — значит, ты живая. Значит, тебе есть что терять. — Она отпустила моё лицо и сжала мои руки. — Мой сын никогда не был так счастлив, как сейчас, и за это я буду благодарна тебе всегда. К слову, нашу семью не стоит бояться. К сожалению, не все смогли прийти и познакомиться с тобой, но мы надеемся в скором времени ещё разок собраться на семейный ужин. Если вы не будете против.
— А Лео и Рэйнар могут к нам присоединиться? — аккуратно уточнила я. — Честно говоря, мне не нравится такое разделение.
— Как пожелаешь, но будь аккуратна при общении с Мейларами. Они обязательно тоже наведаются, как освободятся. Не сомневайся.
— Спасибо за предупреждение.
С мамой Кая мы тоже проговорили несколько часов. Мирта расспрашивала меня о жизни на Брандире, о моей матери, о моём побеге. И впервые я рассказывала это без боли. Только с лёгкой грустью по маме, которую я потеряла, но не забыла.
Когда они ушли, Кай подошёл ко мне и, обняв, прошептал:
— Она приняла тебя. Обе наши матери приняли тебя. Ты даже не представляешь, как это много значит для меня.
— Я рада.
— И я. Ты ведь знаешь, что могла просто запретить мне общаться с семьёй? — спросил Кай.