Качупелла

– А они часто такие? – спросила Люба, имея в виду бумажное сражение.

– Только когда очень скучно, – усмехнулся Гордон. – Или когда нужно отвлечься от того, что было на выезде. Сегодня, кажется, сошлось и то, и другое.

– Я собираюсь полетать. Постараюсь недолго, город сверху посмотрю, – сказала Люба, уже направляясь к лестнице.

– А тебе не страшно одной? – спросил Гордон, и в его голосе скользнула не привычная ирония, а лёгкая, почти неуловимая тревога.

Люба задумалась на секунду. Страшно? Став Качупеллой… Став собой новой – этот страх растворялся, заменяясь чем-то иным: широким, свободным, почти звенящим в крови.

– Нет, – сказала она твёрдо.

Гордон ничего не ответил и молча уступил ей дорогу к лестнице.