Качупелла

– Ваше Величество, желаем вашему дому процветания и мудрости, – произнес Келан, его голос был ровным и твёрдым, а поклон – точным и минимальным, полным воинского достоинства.

– Пусть ваши враги трепещут, а друзья крепчают, – добавил Зерил, его улыбка была ослепительной, но не достигала холодных глаз. Его поклон был более театральным.

Качупелла лишь издала низкий, гортанный звук, который можно было принять за пожелание здравия, если не видеть, как её мрачные очи уставились на корону монарха. «

И как он в этой тяжести голову держит?»

– с искренним недоумением подумала она. Её «поклон» заключался в едва заметном движении головы, от которого затрещали позвонки.

Король, сохраняя маску благодушия, кивнул каждому. «Благодарю за ваши добрые слова. Наслаждайтесь пиром».

Отвесив друг другу последние формальные, пропитанные скрытым смыслом пожелания, тройка так же плавно и молчаливо отступила, как и подошла. Они не смешались с толпой, а вернулись на свое стратегическое место у стены, откуда им был виден и трон, и все выходы, и та самая женщина в розовом, которая, выпив вина, всё ещё бросала на Качупеллу испуганные взгляды.

Люба, удовлетворённо хрюкнув, уставилась на короля с видом собственника, в чьи владения только что вторглись. Пирушка была в разгаре, но главное представление только начиналось.