Страница 51 из 62
Глава 14 Драконьи игры
– Дожги, – коротко бросил Иркалла Рейвену. Надя, стоявшая рядом, поддержала его скупым кивком. Голос нага был хрипловатым после боя, но твёрдым.
Синее пламя Рейвена лизнуло костяную кучу – туда, где уже потух последний, полный зависти взгляд Ирта. Остальные драконы, не сговариваясь, занялись тем же – их огонь прошёлся по площадке, добивая разбросанные останки детищ. Это была не магия, а простая, эффективная работа – выжечь заразу дотла.
В этом было что-то древнее, почти ритуальное. Настоящий погребальный костёр.
Застыв с расширенными глазами, Лийя переводила взгляд с одного дракона на другого и замирала, глядя, как пляшет пламя.
– Ух ты… Наконец-то в нашей жизни что-то стоящее происходит, – выдохнула она.
Орвин, не оборачиваясь, хмыкнул:
– Е-ти-ть. Теперь и помереть не страшно – я всё видел.
Рэна, всё это время стоявшая рядом с сестрой, заметила её состояние и взяла за локоть – скорее успокаивая, чем удерживая, но Лийя даже не заметила.
Охрана, ещё недавно сжимавшая оружие, теперь стояла, опустив клинки, и зачарованно следила за происходящим.
– Сколько же их... – пробормотал один, молодой, с выцветшим шрамом на скуле.
– Как думаешь, перекидываться будут? – негромко отозвался другой, что стоял рядом. – Как белый.
– Увидим.
Впрочем, не все разделяли общий восторг. Двое мужчин из каравана – те, что постарше и покрепче, – переглянулись и как-то разом подобрались ближе к Рэне. Один из них, с короткой бородой, встал у неё за плечом и скрестил руки на груди:
– У нас будет пополнение?
– Ревнуешь, – констатировала Рэна.
– Присматриваю.
Ещё один, что стоял чуть поодаль, перевёл взгляд на Лийю – и сильно хмурился. Та как раз замерла с открытым ртом, разглядывая янтарного дракона.
– Не смотри так, – негромко произнёс он, обращаясь к Лийе.
– Я просто смотрю! – возмутилась она. – Ты мне не муж пока что!
– Вот именно, – буркнул он. – «Пока что».
Когда последняя кость рассыпалась пеплом, а пламя погасло, башня, лишившись своего мёртвого хозяина, глухо застонала и начала оседать. С рокотом, подняв тучу пыли, она рухнула, погребая под собой пролом и запечатывая его навсегда.
– Вот и всё, – пробормотал Орвин. – Туда и дорога.
Солнце уже перевалило за полдень и медленно катилось дальше. Свет стал мягче, тени – длиннее, но до сумерек было ещё далеко.
– До вечера успеем, – Орвин оглядел площадку. – Очистим место, накормим живность. А там и ночевать.
Где-то за спинами всхрапнула лошадь. Не испуганно – скорее, устало. Ещё одна переступила с ноги на ногу, хрустнув щебнем. Кобыла Орвина, что пробила дыру, стояла чуть поодаль и нервно перебирала ушами, но уже не косила.
Караванное имущество пострадало, но не критично: пара телег завалилась на бок, ковры сбились, чья-то кружка, забытая на камне, треснула пополам. Костёр почти потух, только угли ещё подмигивали. Около него кого-то перевязали – к счастью, это были лишь царапины от когтей. Но в целом, учитывая, что тут только что была битва с нежитью, всё выглядело прилично.
– Быстро они, – заметила Надя, кивнув на охрану, которая ставила на колёса вторую телегу. Сказала негромко, скорее Иркалле, но стоявший неподалёку Орвин услышал.
– Не впервой управляться, – отозвался тот. – Тут на трактах кого только не встретишь. Но нежить – впервые.
***
На этот раз всё было иначе. Ни боли, ни тяжести – только тихая, светлая грусть, которую она впустила и отпустила почти сразу. Шер проводила взглядом последние искры, что уносились в небо вместе с дымом, и вдруг поняла: ей легко. Впервые за всё время – легко:
«Он ушёл. Навсегда. И я больше не буду тащить этот груз. Хватит»
. Шер позволила себе эту лёгкость. Заслужила. Весь груз остался там, в огне, вместе с последним взглядом Ирта.
Она расправила крылья – широко, до хруста в плечах. Потом вытянула хвост, повела им из стороны в сторону и уставилась на свои лапы:
«А ничего так. Когти, правда, надо подпилить, и желательно покрасить
–
в… красный, а так
–
очень даже. Моё тело мне нравится. Потом ещё и обернусь… Надеюсь, во мне это заложено, и я стану не только самой красивой драконицей, но и человеком. Девушкой»
.
Неуклюжим строевым шагом она подошла к Рейвену и сделала то, чего он не ожидал – потёрлась головой о его плечо. Чешуя скользнула по чешуе с тихим шорохом. От неё пахло грозой, солнцем. Он и так уже смотрел на неё с каким-то новым, ещё не осмысленным выражением, – а после этого замер окончательно. Превратился в изваяние, в соляной столб, в драконий монумент самому себе. Хвост завис в воздухе, забыв опуститься, крылья прилипли к бокам, дыхание остановилось. Такие мраморные статуи стоят у входа в древние храмы: величественные, неподвижные и слегка пугающие. Он смотрел в одну точку, как дракон, которого внезапно посетила великая мысль – и тут же покинула, не оставив взамен ни одной связной фразы.
Если бы рядом пролетела пичуга и села ему на голову, а потом безостановочно свистела в ухо, он бы даже не моргнул. Дышать – и то перестал. Вернее, забыл, зачем это нужно. Где-то в глубине его глотки что-то едва слышно булькнуло и стихло.
Зрачки Шер расширились. Бесцеремонно приподняв крылом его крыло, она заглянула под него. Рейвен опешил – морда вытянулась, зрачки сузились, а по чешуе пробежала быстрая перламутровая рябь; конец хвоста странно дрогнул. Это он сдержал его, а так хотелось завилять им радостно.
«У меня изящнее
, – подумала Шер, расправляя собственные перепонки и сравнивая крылья. –
Тоньше, прозрачнее... А у него
–
как паруса у старого фрегата»
.
Она покосилась на Рейвена. Тот сдерживал пыхтение, но не проронил ни звука. Только чешуя на плечах поблёскивала чаще обычного.
«Надеюсь, он не против»
, – мелькнуло у неё.
Она вскинула хвост и прошлась перед ним, старательно переставляя лапы, пытаясь двигаться гибко, почти по-кошачьи. Хвост волочился, крылья то складывались, то раскрывались, и в какой-то момент она чуть не запнулась о собственную конечность.
«Я грациозна. Это врождённое. Или приобретённое. Не важно. Главное
–
пусть видят, особенно он»
.
Надя, сидевшая на камне неподалёку (наг устроился рядом, обвив её собой), прятала улыбку. Шер поймала её взгляд и повернулась анфас:
«Как бы показать… Сейчас будет скепсис»
. Над одним зелёным глазом дёрнулась чешуйчатая складочка.
«А теперь
–
удивление»