Хранители Оше

Люк под её ногой просел с таким звуком, будто где-то внизу гигантское существо чихнуло. Она взвизгнула – коротко, как робот-уборщик, напоровшийся на кочку. Попыталась отпрыгнуть, но ноги будто приросли к металлу. Воздух вокруг стал плотным, вязким, не давая дёрнуться.

Снизу хлынул синеватый свет – не яркий, но какой-то пронизывающий, он прошёл сквозь закрытые веки и заставил сжаться что-то глубоко внутри. А потом из-под земли начали вылезать белые пластины. Одна за другой. Они раскручивались, складывались вокруг неё, закрывая со всех сторон.

Надя зажмурилась сильнее, но свет всё равно слепил. Пластины крутились всё быстрее, тихо шелестя. Она дышала через раз – где-то между испугом и полным непониманием.

Белые сегменты сомкнулись над головой, сливаясь в единую гладкую поверхность. Стало ярко-бело и тесно. Надя разлепила веки. Внутри было стерильно – чище, чем в её студии после генеральной уборки. Белые стены складывались вокруг неё, как лепестки цветка, который решил, что она – насекомое, и пора бы её сожрать.

– Что за фигня? – её голос прозвучал тонко и испуганно.

Сердце колотилось где-то в горле. Из стен бесшумно выдвинулось ложе – мягкое, идеально повторяющее изгибы тела. Девушка осела в него, даже не поняв, когда перестала стоять. Два коротких укола кольнули шею и запястье – остро, но быстро.

– Что вы делаете⁈ – крикнула она в пустоту, хотя понимала, что спрашивать некого.

Никто не ответил. Зато часть стены стала прозрачной, и Надя увидела, как пустырь под ней стремительно уменьшается. Земля уходила вниз, сжималась до точки, а небо, наоборот, приближалось. Она летела. Её похитили. И она даже не успела… А дел-то и не было, если только поесть. Со стороны капсула стала невидимой – лишь изредка еле заметная подрагивающая пелена могла выдать её присутствие.

Странно, но страха почти не было. Она чувствовала его где-то на периферии сознания – далёкий, приглушённый, как воспоминание о чужой боли. Дышать стало легче, тело обмякло, тревога таяла, растворяясь в ровном, убаюкивающем гуле.

– Привет, удача моя, – раздался голос. Весёлый, с лёгкой хрипотцой. – Ты как? Я – Шер. Твоя новая лучшая подруга, навигатор, учитель и вообще душа компании. А ещё тот, кто ближайшие столетия будет с тобой разговаривать. Вообще-то я Искусственный Разум, сокращённо – ИР. Но у вас на Земле привыкли к «ИИ», так что можешь звать как удобнее. Я не гордая. Главное – не «железяка». Это обидно.

Надя попыталась повернуть голову на голос. Тело слушалось с трудом.

– Какие ещё столетия? – выдавила она.

Слева засветилась голограмма: пульс, давление, какой-то индекс «совместимости», растущий слишком быстро. Справа развернулась панель с непонятными значками и надписями на незнакомом языке.

– Я… – начала она.

– Не пугайся, это я потом переведу, всё объясню, – перебила Шер. – Я тебе «Нейро-спок» ввела, классика. Древняя формула. Разработана ещё вашими учёными, чуть ли не до эры антигравов. Но я её усовершенствовала. Теперь не только успокаивает, но и вызывает лёгкое привыкание к моему голосу.

Прохлада потекла от шеи к плечам, от запястья вверх по руке. И уже не чувствовалось, где кончается её тело и начинается ложе. Это было странно – пугающе и заманчиво одновременно.

– «Нейро-спок»? – переспросила она. Собственный голос показался чужим, слишком спокойным.

– Ну да. Медицинское лекарство. Снимает стресс, убирает панику, но голову не отключает. Так что ты в надёжных руках. Вернее, в надёжной капсуле. Называй как хочешь – хоть мини-шаттл, хоть межзвёздный люкс. Но я предпочитаю «капсула». Коротко и со вкусом.

Надя хотела спросить, что значит «усовершенствовала», но напряжение действительно уходило, оставляя странную ясность.

– Ты, конечно, не мой клиент, – голос Шер потерял игривость. – Тот, кого я должна была забрать, умер ещё где-то лет двести назад. Короткий жизненный цикл у вас, на Земле, не был учтён. Представляешь? Я прилетаю, а его нет. И что мне прикажешь делать? Возвращаться с пустыми руками? Нет уж. И знаешь что? Ты – находка. Даже лучше. Особенно когда я с тобой немного поработаю.

– Поработаешь? – Надя медленно переваривала информацию.

– Ну да. Приведу в порядок, настрою, подкручу. Станешь звездой – ты даже не представляешь, на что способна. Я сразу поняла, когда сканирование показало твою совместимость. Твои показатели – просто сказка.

– Ты похитила меня, – заявила Надя. Голос звучал возмущённо, но спокойно – спасибо уколам. – Это похищение.

– Технически – да, – легко согласилась Шер. – Но давай называть это «экстренной релокацией». Звучит лучше. К тому же, что ты там теряешь? Синте-пельмени? Сериал про андроида-мудака?

– Откуда ты знаешь?

– Я просканировала твой мозг. Не переживай, видела только поверхностные мысли. Типа «хочу пельменей» и «почему он такой мудак». Ничего постыдного. Хотя… ладно, не будем об этом.

Надя хотела возмутиться, но Шер её перебила:

– А сейчас – наслаждайся и смотри в обзор. Там такое начинается – закачаешься. И да, добро пожаловать на борт. Обещаю, будет весело.

Девушка зажмурилась на секунду. Открыла глаза. Ничего не пропало.

– Верни меня.

– Не могу.

– Почему?

– Потому что мы уже в космосе, а у меня нет режима заднего хода. Я его сломала, случайно. Не спрашивай как.

Смотря на прозрачную стену, Наде хотелось кричать. Она открыла рот, но вместо крика вырвался только хриплый выдох. Земля уже превратилась в маленький голубовато-серый шарик, который стремительно уменьшался.

– Ух, красота! – воскликнула Шер. – Я так люблю летать, аж дух захватывает. Хотя у меня его нет. Духа.

Ресницы дрогнули. На панели справа засветилась надпись: «Загрузка базы знаний… 1%».

Обзорная панель развернулась во всю стену, и Надя на мгновение потеряла чувство направления. Ей показалось, что капсула не летит, а висит неподвижно посреди гигантской свалки, а весь мир вокруг неё медленно вращается.

Обломки тянулись во все стороны, насколько хватало глаз. Искореженные панели спутников с обгоревшими краями, оплавленные цилиндры, обрывки кабелей, торчащие как щупальца, какие-то детали, назначение которых она не могла угадать. Всё это кружилось в бесконечном танце, оставленное здесь навсегда.

Один из обломков проплыл так близко, что Надя инстинктивно отшатнулась, но тело оставалось расслабленным – «Нейро-спок» делал своё дело. Только сердце на секунду пропустило удар.

– Это… – выдохнула она.