Под защитой вратаря

— Послушай, Джейкоб…

— О чёрт, они пришли. — Он выпрямляется, отрывая взгляд от моей груди и заглядывая за моё плечо.

— Кто? — спрашиваю я, тоже оглядываясь, хотя и так поняла. Покалывание в позвоночнике — мой сигнал тревоги.

Их невозможно не заметить, хотя бы из-за размеров. Парни, входящие в дверь, громадны, один больше другого. Им даже приходится пригнуть головы, и едва они успевают войти в гостиную, как толпа набрасывается на них, ведь каждый хочет заполучить кусочек местных знаменитостей футболистов.

Я слежу за двумя игроками: Брентом Рейнольдсом и СиДжеем Макмайклом. Волосы Брента ещё влажные после душа. Его мгновенно окружают парни и девушки, и он с радостью принимает бутылку виски. Рядом, СиДжей обнимает здоровой рукой одну из девушек в платье-футболке. Даже вне поля, с травмой, его статус ничуть не пострадал. К горлу подступает тошнота.

Я бросаю взгляд на игру в четвертаки, но Твайлер и Риз исчезли. Их место занял ещё один член команды, Рид, и Аксель, кажется, стал намного счастливее. Его зелёные глаза встречаются с моими, он дружелюбно улыбается и подмигивает мне.

— Мне нужно идти, — выпаливаю я.

— Ты серьёзно?

Не извинившись, я покидаю бейсболиста и направляюсь в противоположную от входной двери сторону. Последнее, чего я хочу это столкнуться с Брентом или СиДжеем. Это их территория, не моя, и я не хочу провоцировать никого из них.

Сердце колотится, пока я пробираюсь через кухню к задней части дома. Раньше я думала, что Брент — тот самый. Красивый, сильный, популярный, талантливый. Его ждёт драфт в НФЛ, и прогнозы говорят, что его выберут в первых раундах.

Я была готова на всё ради него.

И несколько месяцев назад, когда мне посчастливилось привлечь его внимание, я это доказала. Тогда эти чувства вызывали у меня бабочек в животе. Нервное возбуждение. Возможно, между нами было что-то настоящее. Но то, что я чувствую сейчас? Это не возбуждение. Это страх. Даже я не могу притворяться, что это не так.

— Извините, — говорю, протискиваясь мимо двух целующихся около холодильника девушек.

Они расступаются, не прерывая объятий, и я проскальзываю в коридор, ведущий на задний двор.

Не понимаю, почему мне так страшно. Я почти не помню ту ночь. Я даже не видела видео, но мое тело словно знает что-то, чего разум не может, или не хочет, вспоминать. В моих воспоминаниях мелькают лишь фрагменты: как Аксель врывается в комнату и вытаскивает меня оттуда, тяжесть его куртки, накинутой на мои обнаженные плечи, и прохладный воздух, обдувающий мои босые ноги, когда Твайлер встречает меня на улице. А вот последствия той ночи яснее ясного. Твайлер хотела, чтобы я сообщила о случившемся в полицию. Они с Ризом чуть не расстались из-за угроз Брента. А взгляд Акселя из кокетливого превратился в сочувствующий.

В ту ночь я стала жертвой.

— Так скоро уходишь? — раздается голос за моей спиной, который я избегала несколько недель. Сердце бешено колотится, я сглатываю и поворачиваюсь. Брент стоит в коридоре, его плечи настолько широкие, что почти касаются стен.

— Брент… — я заглядываю ему за спину в поисках СиДжея, но он один. — Привет.

— Привет. — Он прислоняется плечом к стене, блокируя мне путь. — Давно не виделись.

— Да, — нервно тянусь к волосам, но их прежней длины уже нет. — Давно.

Его глаза следят за моими пальцами.

— Ты подстриглась. Я тебя кое-как узнал.

Кое-как.

— Хотела перемен. Чего-то нового. — Пожимаю плечами.

— Мне нравится, — он тянется к пряди волос, чтобы перебрать её пальцами. — Сексуально.

Месяц назад я бы сгорала от счастья, если бы Брент нашёл меня на вечеринке и назвал сексуальной. Даже если мы в заднем коридоре, это всё равно больше, чем он когда-либо позволял себе на публике.

— Спасибо. — Со стаканом в руке я отступаю. — Я как раз искала Твайлер и Риза. Мы скоро уходим.

Не упускаю, как при упоминании тех, кто знает о нашем прошлом, раздражение на мгновение искажает его лицо. Но он быстро берёт себя в руки, стирает с лица эмоции и изображает улыбку.

— Уверена, что не хочешь остаться? — его тон лёгкий и непринуждённый. — Я думал, мы могли бы поговорить. Вспомнить былое.

— Не думаю, что это хорошая идея, Брент.

Договор Твайлер и Риза с Брентом был ясен: он и СиДжей не только удалят видео со мной, которое они выложили на LonelyCams без моего разрешения, но и уничтожат его. Они также оставят меня в покое. В противном случае я подаю заявление.

Это был их договор. Я же просто хочу забыть обо всем, что произошло.

Брент делает шаг ближе, выходя из тени, и я чувствую исходящий от него запах виски. В руке болтается бутылка.

— Теперь, когда все остыли, я подумал… может, мы могли бы пересмотреть кое-что.

— Пересмотреть? — Не понимаю я.

— Наши отношения.

Это меня добивает.

— У нас не было отношений. Была договорённость. Ты звонил. Я приходила. Мы трахались. — Пока ему не надоело, и он не решил завести «настоящую» девушку. Ту, что хорошо смотрится с ним на публике. Не охотницу на джерси. — А потом ты передал меня СиДжею.

Он глубоко вздыхает.

— Оглядываясь назад, могу признать: пытаться помочь СиДжею было не лучшей идеей. Он был в таком отчаянии, и я хотел его поддержать. Я думал, ты тоже этого хотела?

Вот в чём проблема. Я добровольно переспала с его лучшим другом. Почему? По одной причине: он попросил.

— Вот только… он зашёл слишком далеко.

Это мягко сказано.

— Я сожалею об этом. — Взгляд Брента скользит по моему телу, останавливаясь на груди, бёдрах. Раньше этот взгляд заставлял меня надеяться, соглашаться на всё. Но теперь я поумнела.

Он протягивает руку, и я чувствую, как его пальцы скользят по моей шее.

— Видеть тебя с ним… видеть, что ты делала с ним на камеру… я понял, от чего отказался.

Пытаюсь осознать его слова. Он сожалеет, что бросил меня? Он правда хочет меня вернуть?

— А что насчёт Шэнны? — спрашиваю я, закрывая глаза.

Он даже не моргает при имени своей девушки.

— Наши дела не имеют к Шэнне никакого отношения, и ты это знаешь. — Его палец проводит по ямочке у основания горла. — Она нужна мне для официальных мероприятий. — Он облизывает губу. — А ты нужна мне для совершенно других вещей, Надя.

От его намёка по коже пробегает жар. Брент ненасытен в постели, и я была готова на всё, чего он хотел. Даже на то, от чего мне не всегда было комфортно. Я была уверена, отчаянно уверена, что смогу убедить его: я могу быть всем, что ему нужно. И в постели, и вне её.