Страница 91 из 139
“Моя жизнь полна ошибок”, - говорит Анна. “Они делают ее интересной”.
“ Я думаю, будет лучше, если я не приду. Дежавю накатывает подобно морской волне, выводя Беатрикс из равновесия, слова, сказанные столетия назад.
Она снимает подушечку для булавок с запястья — платье Анны просто великолепно — и возвращается на свое место за прилавком. Она возится с корзиной деревянных катушек, как будто сортировка ниток - самая важная задача во всей Англии. Она игнорирует пристальный взгляд Анны, обращенный к ней, изучая ее.
Анна медленно подходит к стойке. “ Ты странная, Беатрикс. И я говорю это самым нежным образом, какой только возможен.
Она отрывается от сортировки.
“Я никогда не встречал человека, настолько неспособного жить настоящим. Даже твои кроссворды отстают на день”. Она смеется, но в ее голосе слышится грусть, когда она добавляет: “Я не знаю, что заставило тебя застрять в прошлом и одновременно мечтать о будущем. Если ты мне еще не рассказала, я не думаю, что ты когда-нибудь расскажешь, и это нормально. У всех нас есть свои секреты ”.
Она кладет свою руку поверх руки Беатрикс, лежащей на прилавке. “ Но я выхожу замуж, здесь, сейчас, в настоящем. И я хочу, чтобы ты тоже была здесь, со мной. Что бы ни случилось вчера. Что бы ни принесло завтра. Пожалуйста?”
Вид Анны в ее свадебном платье пробудил воспоминания о том, когда Беатрикс в последний раз надевала свое собственное. Все, о чем она может думать, - это слова феи: Ты будешь жить, чтобы пожалеть об этом моменте. Может быть, потому, что это тоже один из таких моментов.
Беатрикс обнаружила, что сожаление - это само по себе живое существо. О чем-то она могла сожалеть час или день, а о чем-то всю жизнь. Дольше. Она сожалеет о некоторых решениях с того момента, как их делает, в то время как с другими она может жить целую вечность, довольная своим решением, только для того, чтобы время или обстоятельства превратили их в нечто, что она хотела бы отменить.
Она задается вопросом, понимает ли фейри сожаление. Это самая человеческая эмоция - заново переживать прошлый выбор, рассматривать его со всех сторон в поисках того, что могло бы быть, но чего никогда не может быть, жить с последствиями принятого решения. Насколько Беатрикс может судить, единственный сколько-нибудь значимый выбор в бесконечной жизни феи - это тот, который сделал ее. Тот, который был сделан для нее. Беатрикс почти жалеет ее.
Она встречается взглядом с Анной. Беатрикс не испытывает сожаления, когда смотрит на нее, хотя и боится назвать то, что делает. Она не сожалеет об их велосипедных прогулках или пикниках, о вечерах, проведенных в танцевальном зале или во дворце картин, или о чаепитии в мастерской, пока Анна шьет и читает. Она не жалеет, что зашла в магазин в тот день. “Хорошо. Я приду”.
Лицо Анны светится радостью, и она перегибается через стойку. Она обвивает руками шею Беатрикс в сокрушительном объятии. “О, фантастика! Ты сделал мой день лучше!”
Беатрикс надеется, что сделала мудрый выбор — что с ее стороны не эгоистично оставить Анну в своей жизни еще ненадолго, — но она не может быть уверена. В этом особенность сожаления. Оно терпеливо. Оно подстерегает. Оно наносит удар, когда ты меньше всего этого ожидаешь.