Страница 65 из 139
1 мая 1851 г.
Лондон, Англия
Железный рычаг турникета дребезжит, когда Беатрикс протискивается сквозь него. Она следует за толпой людей перед собой. Откуда-то сверху до ее ушей доносится органная музыка, веселая, яркая и достаточно громкая, чтобы ее можно было расслышать сквозь возбужденный гул голосов.
Мужчина в черном цилиндре предлагает Беатрикс брошюру с картой выставочного зала по цене двух пенсов, но она вежливо отказывается. Она хочет исследовать мир под одной огромной стеклянной крышей. Она хочет потеряться.
Слева от нее на алых вывесках гордо выведены названия Тринидад и Багамы, Западная Австралия и Новая Зеландия жирными белыми буквами, они висят над стеклянными витринами с разноцветными фруктами, поделками из черепахового панциря и резной фигурой в натуральную величину, предназначенной для носа корабля. Справа от нее тунисцы устроили традиционный базар, заполненный платьями и одеялами, коврами и портьерами с богатыми, красочными узорами. Прямо по курсу вяз раскидывает свой лиственный полог под зеркальным стеклом и чугуном вместо неба.
Беатрикс не может удержаться от изумленного взгляда. Она никогда раньше не видела дерево внутри здания. С другой стороны, она тоже никогда не видела ничего похожего на здание, внутри которого растет дерево.
Хрустальный дворец - чудо современности. Он по меньшей мере в три раза больше собора Святого Павла, и газеты объявили его самым большим зданием в мире. Построенный из стекла и железа, с арочной крышей, он сверкает в лучах утреннего солнца, как один из бриллиантов королевы Виктории. Даже многоярусный фонтан, журчащий рядом с ней, сделан из сверкающего граненого стекла. Судя по собравшейся вокруг него толпе, она не единственная, кто находит это впечатляющим. Она вглядывается в их лица в поисках знакомого.
Двадцать семь лет назад, прежде чем Оливер оставил ее на берегу Дуная, лунный свет серебрил его поверхность, он назвал ей эту дату, это место и дал единственное указание: Встретимся под вязом. Он прошептал это ей на ухо, их секрет. Несмотря на небольшое расстояние между ними, она не могла не заметить блеск в его глазах — тот, который означал, что либо у него неприятности, либо у нее неприятности, либо и то, и другое. Она сказала ему, что в Гайд-парке ужасно много вязов. Он улыбнулся и сказал, что она не могла пропустить это.
“ Доброе утро, мисс Ланкорт. Она поворачивается на голос, который узнала бы где угодно. Оливер приподнимает цилиндр и склоняет голову. Из него получается очаровательный джентльмен.
Беатрикс подавляет улыбку. - И вам доброго утра, мистер Роудс.
Он предлагает ей руку. - Давай отправимся путешествовать по миру, хорошо?
Беатрикс берет его под руку, и ее сердце подпрыгивает от его близости. - С чего мы начнем? - спрашиваю я. Ее взгляд мечется между вывесками выставки и яркими флагами, свисающими с галереи над ней.
“ Куда захочешь. Что-то в том, как он это произносит, вызывает у нее дрожь.
Следующие часы они проводят в Индии, где у чучела слона на спине изображена богато украшенная хауда, и в Канаде, где верховые головы лосей смотрят на них остекленевшими глазами. Они перенесутся в прошлое, в средневековый двор, наполненный готическими канделябрами и мебелью, и исследуют галерею природных минералов и камней со всей Британии.
Они видят целую выставку каминов; другую выставку шерстяных, хлопчатобумажных и льняных тканей; выставку сельскохозяйственной техники, мебели, музыкальных инструментов, механических игрушек и медицинских инструментов. Модель доков в Ливерпуле с 1500 крошечными корабликами. Стеклянная линза маяка. Фонтан, наполненный водой с ароматом одеколона. Печатный станок, способный печатать тысячу экземпляров “Лондон Таймс” за час, несколько полноразмерных локомотивов, которые были запряжены в "Кристал Пэлас" упряжкой из двух десятков лошадей, и машина под названием "Предсказатель бурь", которая утверждает, что предсказывает надвигающиеся штормы с помощью пиявок, звонящих в колокола.
Оливер останавливается под огромным телескопом. - Как насчет перерыва, прежде чем мы увидим остальной мир?
“Перерыв был бы прекрасен”, - соглашается Беатрикс, и он ведет ее через ворота во дворик с напитками.
Они требуют железную скамейку под вязом, на этот раз с открытым небом над ней. Беатрикс рада присесть на минутку. Она плотнее закутывает плечи в свою подсолнечно-желтую шаль и разглаживает белую юбку.
“ Чего бы ты хотела? - спрашивает он.
- Удиви меня, - говорит она, и тень улыбки появляется на его губах.
Когда Оливер возвращается, это не праздничный ужин, а пирог "Банбери" и бутылка имбирного пива для каждого из них.
“ Извини, я думала, это должен быть торт, но у меня есть миниатюрный пирог? Он протягивает ей теплое печенье с фруктовой начинкой, посыпанное блестящим сахаром.
Беатрикс смеется, когда он садится рядом с ней, разглядывая кондитерское изделие. “ Попробуй. Это лучше, чем садовая улитка, я обещаю.
Оливер откусывает и с полным ртом слоеной корочки и расплавленной смородины бормочет что—то о том, что это лучший не-пирог, который он когда-либо пробовал. Беатрикс жадно поглощает свою.
Оливер откупоривает имбирное пиво. - Что ты думаешь на данный момент?
“Все это немного... странно”, - говорит Беатрикс. “Как будто я нахожусь в странном сне, где все постоянно меняется и вещи не имеют смысла. Но в хорошем смысле”.
“Как Алиса, когда она посетила Страну чудес”, - говорит Оливер.
-Какие,например?
Глаза Оливера загораются от осознания. “ Чуть не забыл! Он лезет в карман пальто и достает свой дневник. Он вытаскивает сложенный лист и протягивает его Беатрикс. “Список книг”.
Она берет у него газету. Список обширный, сотни названий. Оливер наклоняется ближе, читая через ее плечо. Она улавливает древесный аромат, который всегда ассоциируется у нее с ним, и ее желудок трепещет. Он указывает на запись, написанную черными чернилами и печатными буквами. “Приключения Алисы в Стране чудес", ноябрь 1865 года. Это детская книжка о девочке, которая проваливается в кроличью нору и попадает в страну, полную вещей из ее воображения ”.
Беатрикс просматривает оставшуюся часть страницы. “Сколько времени у тебя ушло на это?”
“Неделя?” Предполагает Оливер. “Исследовать этот материал не так сложно, как ты думаешь, в мое время”.