Страница 4 из 139
18 августа 1497 г.
Ланко, Англия
Двенадцать дней. Двенадцать дней пренебрегала своими обязанностями по дому, придумывала самые надуманные отговорки сестрам, игнорировала неодобрительные взгляды соседей, когда шла слишком быстро для шестнадцатилетней женщины — по тропинке к церкви и мимо нее, к опушке леса и мимо нее тоже. Двенадцать дней, а Беатрикс не видела никаких признаков присутствия волка, кроме следов, которые он оставил за собой.
Она ерзает, борясь с оцепенением, охватившим ее спину. В тени дубов прохладно. Еще прохладнее, спрятавшись в подлеске, прижавшись животом к земле и прислонившись щекой к скрещенным рукам. Следы остаются нетронутыми: отпечатки лап размером с ее ладонь глубоко врезались в илистый берег. Теперь рядом с ними идут отпечатки ее собственных маленьких ботиночек, как будто следы были тропинкой, которая должна была привести ее к зверю, которому они принадлежали, а не к пустому лесу.
Кусты на берегу реки шелестят. Ее пульс учащается. Слишком крупный для лисы, слишком тяжелоногий для оленя. Кровь шумит у нее в ушах.
В поле зрения появляется сын лесничего. Беатрикс раздраженно переводит дыхание. Ланко окружает целый лес, и все же он здесь, беспечно прогуливается по ее поляне. Он присаживается на корточки у кромки воды и осматривает следы. Она хочет, чтобы он двигался дальше.
Мальчик встает, вытирает руки о грубую ткань брюк и слушает. Лето изменило его, покрыло веснушками кожу и посветлело каштановые волосы. Он стал самим собой с тех пор, как она натыкалась на него, когда он строгал под деревьями или барахтался в реке, нарушая тишину. Сейчас он, должно быть, на голову выше нее и к тому же шире в плечах, мальчишеская худоба его конечностей исчезает из-за августовской жары. Он долго оглядывает поляну, прежде чем продолжить путь, следуя изгибу реки Уай между деревьями.
Беатрикс выбирается из подлеска, уверенная, что ее шансы увидеть волка упущены. Низкорослые ветки цепляются за ее косу, распуская непослушные пряди. Она встает и разглаживает юбку - бесполезный жест, учитывая ее запачканное состояние. Ей придется сразу же бежать домой, если у нее есть хоть какая-то надежда выглядеть презентабельно к ужину.
- Такое зрелище не каждый день увидишь.
Беатрикс поворачивается лицом к удивленному собеседнику. Сын лесничего прислоняется к широкому стволу дуба, ухмыляясь, как дурак.
“Что ты здесь делаешь? - спросил я. Она должна быть милосердной, благодарной за то, что с ней в лесу стоит Уильям Вудворд, а не его отец, который наверняка уже вытаскивал бы ее из-за деревьев. Но она не может заставить себя быть вежливой с незваным гостем. Это ее поляна с полым бревном для сидения и берегом, который так плавно спускается к кромке воды, что ориентироваться в ней не составляет труда, даже когда она грязная, — где она может вглядеться в мелководье и увидеть, как она оглядывается назад; где она могла бы добежать до дома бегом, прежде чем ее родители или сестры что-нибудь заподозрят.
Он пожимает своими широкими плечами. - Полагаю, то же, что и ты.
Беатрикс ощетинилась. - Ты ничего обо мне не знаешь.
Уильям одаривает ее плутоватой ухмылкой — той, от которой каждая девушка в Ланкоу падает в обморок, — и она борется с желанием закатить на него глаза. Он отталкивается от дерева и подходит к ней. “ Конечно, хочу. Ты Беатрикс Этвуд. Ты живешь в коттедже в конце переулка. Твой любимый цвет - желтый, но все твои платья коричневых оттенков. Ты любишь вплетать цветы в волосы. Твои ботинки всегда заляпаны речной грязью, даже в воскресенье ”. Его взгляд скользит к отпечаткам пальцев на банке.
Ее сердце бешено колотится. Эти вещи было нетрудно разглядеть. Их мог заметить любой.
Если бы они осмелились взглянуть на нее.
“Это только доказывает, что ты наблюдал за мной, Уильям Вудворд, - говорит она, - и что ты слишком много времени проводишь в дубравах”.
Его взгляд перебегает с ее растрепанных волос на перепачканное грязью лицо и перепачканное платье, как будто он раздумывает, не раскрыть ли ей все, что он в ней видит. Ее лицо горит. Она уверена, что не хочет этого знать.
Он кивает на берег реки. - Я только имел в виду, что подозреваю, что мы оба здесь из-за этого волка.
Она ахает. - Ты охотишься на него?
“ Что? Он смеется. “ Нет. Мой отец посадил бы меня под замок, если бы узнал, что я выслеживаю ее. Он понижает голос. “Ты охотишься на нее?”
Беатрикс закатывает глаза. “Я просто хочу увидеть ее”. Она никогда не видела волка, а увидеть что-то новое в Ланко - редчайшая из возможностей. Она не собирается отказываться от этого.
“Она тебя не пугает?” - спрашивает он.
“Нет”. Она не может этого объяснить, но чувствует родство со зверем. Может быть, потому, что она тоже хотела бы прожить свои дни в одиночестве в лесу.
“Она пугает меня”, - говорит Уильям, но в его голосе нет страха. В его голосе звучит благоговейный трепет.
“ Ты ее видел? - Спрашивает Беатрикс.
Он кивает. “ Она большая, больше любой собаки в деревне. Ее шерсть не похожа ни на что, что я когда-либо видел. Медь, пронизанная золотом, словно запечатлевшая последние отблески заката. И ее глаза... Он умолкает, погрузившись в воспоминания.
“ А что с ее глазами? Беатрикс подсказывает.
Он встречается взглядом с Беатрикс. “ Она смотрела прямо на меня. Это было так, как будто она смотрела в меня. А потом она просто исчезла за деревьями, как будто то, что она увидела, не стоило ее времени ”. Он качает головой. “ Она была красива. Странная, но красивая. Он быстро отводит взгляд, как будто сказал что-то, чего не должен был.
Беатрикс сглатывает, у нее внезапно пересохло в горле. - Она съест тебя живьем.
Уильям смеется. “ В этом я не сомневаюсь. Он наклоняется ближе, как будто собирается поделиться с ней секретом. “Вот почему я держусь деревьев”.
В уголках ее рта играет улыбка. - Я запомню это на следующий раз.
Он хмурится. - В следующий раз?
- Я ее еще не видел. - Она будет возвращаться в лес каждый день, если понадобится.
Уильям хмурит брови. Он похож на своего отца. “ Здесь не совсем безопасно. Он тоже говорит как его отец.
“Для тебя это достаточно безопасно”, - указывает Беатрикс.
“ Тебе не следовало оставаться здесь одной так близко к закату. Теперь он звучит нервно, даже испуганно. - Мне тоже не следует.
“ Это совсем не близко— - Но Беатрикс останавливается. На поляне стало темнее, небо над головой приобрело блекло-фиолетовый оттенок, становясь с каждым мгновением все более тусклым.