Страница 37 из 70
Глава 37
Штурм был отчаянный, яростный, словно Гракхи, взбешённые потерей складов и
унижением от нашего отпора, решили выместить всю злость на этом клочке
земли.
Я выскочила на улицу. Воздух гудел от криков, звона стали и глухих ударов по
воротам. Над лесом взмыли в небо несколько огненных стрел, осветив на миг
чудовищную картину: чёрная масса тел, карабкающихся на стены, поднимающихся
по приставным лестницам. В воздухе с противным жужжанием проносились стрелы,
но не наши, а короткие, толстые болты из арбалетов Гракхов.
Лечебница уже превращалась в то, чем ей и было суждено быть — перевязочный
пункт. Элви и Каэл, бледные, но собранные, тащили внутрь первых раненых —
парня с болтом в плече, старика, оглушённого упавшим камнем со стены. Я
бросилась к ним, руки уже сами тянулись к бинтам и травам.
Но самый страшный удар пришёлся не на стены. С оглушительным треском и гулом
обрушилась часть частокола с восточной стороны — там, где скала делала
подход сложнее, и защита была слабее. В пролом хлынула первая волна врагов.
И тут на их пути встал Сивер, — не в форме дракона (не было ни времени, ни
места), он был просто человеком с мечом в руках. Но такого человека Гракхи
ещё не видели. Его клинок описывал в воздухе смертельные дуги, сметая
первого, второго, третьего. Генерал двигался с ужасающей, хищной грацией,
каждое его движение было экономичным и смертоносным. Он был не щитом, а
молотом, вбивающим чёрную волну обратно в пролом.
Но врагов было слишком много. Они лезли, остервенелые, не обращая внимания на
потери. Я видела, как один из них, огромный детина с двуручным топором,
прорвался сбоку и занёс оружие над спиной Сивера, занятого двумя другими.
Я не думала. Автоматически выхватила из фартука горсть едкой пыли, которую мы
готовили для ослепления, и, крикнув Сиверу «ВНИЗ!», швырнула её в лицо
великану. Он взревел, потеряв ориентацию, и его удар пришёлся вскользь, лишь
сорвав кусок кожи с плеча Сивера. Бывший муж, не оборачиваясь и не
разгибаясь, коротким ударом в спину отправил ослеплённого врага в небытие.
Наши воины подоспели. Рыгар с бердышом и десяток ополченцев врезались в пролом,
затыкая дыру своими телами. Началась жестокая, тесная рубка в узком
пространстве.
Со всех побежала туда, таща за собой сумку. Моя магия была слишком слаба,
слишком неуправляема для боя, но я могла делать другое. Присев на корточки
рядом с одним из наших, который хрипел, держась за распоротый живот, быстро
наложила на рану давящую повязку, влила в него глоток обезболивающего. Потом
перебежала к другому, вытащив из его ноги обломок копья. Мои руки работали
быстро, точно, хотя всё внутри кричало от ужаса.
И тут я услышала знакомый, противный голос совсем рядом...
— Вот она!
Колдунья!
Я обернулась. Леди Катарина и Дарина, которых должны были охранять в одном из
домов, стояли в дверях, а их охранник лежал без сознания, наверное,
оглушённый. Катарина указывала на меня пальцем, дрожащим от злорадства.
—
Она творит свои тёмные дела! Убейте её!
И несколько голов Гракхов, прорвавшихся с другой стороны, повернулись ко мне. В
их глазах горела не просто ярость солдата, там пылал фанатичный свет — им
показали «ведьму».
Не зная, что делать, отступила, нащупывая за спиной стену. У меня в руках был
только окровавленный скальпель.
Но прежде чем враги сделали шаг, между мной и ними врезалась чёрная тень.
Сивер. Он был весь в крови, его дыхание было хриплым, но мужчина стоял,
широко расставив ноги, закрывая меня собой.
— Кто посмеет? — его голос
прорвался сквозь шум боя, низкий и страшный, как предгрозовой гром. Он
посмотрел не на врагов, а поверх их голов, в темноту, и зарычал. То был
вызов дракона.
И этого оказалось достаточно. Гракхи, уже видевшие, на что способен этот
человек-буря, замешкались. А в этот миг с фланга по ним ударили наши,
ведомые Кассием, который, хромая и держась за бок, всё же вышел с мечом в
руке.
Сивер не стал добивать испуганных врагов. Он резко развернулся, схватил меня за
руку и оттащил вглубь двора, к более безопасному углу.
— Ты… — он
выдохнул, его глаза метали молнии. — Не лезь под удар!
— Ты истекаешь
кровью! — выкрикнула я в ответ, уже накладывая на его плечо тряпку,
пропитанную кровоостанавливающим составом.
— Плевать! — генерал
отмахнулся, но позволил мне сделать перевязку. Его взгляд снова был прикован
к пролому, где кипел бой. — Они рвутся изо всех сил. Не знаю, сколько ещё
сможем продержаться.
И вдруг с башни над воротами раздался истошный крик дозорного:
— ДРАКОНЫ!
С НЕБА!
Ледяная волна ужаса прокатилась по мне. Мы выдержали наземный штурм. Но с небом
ничего поделать не могли.
Сивер поднял голову. Его лицо исказила гримаса ярости и… решимости. Он
посмотрел на меня, и в его глазах я прочитала то, чего боялась больше всего.
—
Прикрой меня, — коротко бросил он. — Мне нужна минута.
Бывший муж отступил в тень амбара, закрыл глаза и начал меняться. На этот раз
не в гибрида, а по-настоящему. Кости хрустели, кожа темнела, покрываясь
чешуёй. Он не мог летать с раненым крылом, но мог дать им бой на земле.
Стать мишенью. Отвлечь огонь на себя.
Отбросив страх, сделала единственное, что могла. Я встала перед его меняющимся
телом, раскинула руки и выпустила всю свою силу не в атаку, а в щит.
Слепящее, нестабильное сияние окутало нас, создавая хрупкий, мерцающий
купол. Это была не защита, а яркая, заметная цель. «Смотрите сюда!» —
кричало моё сияние. «Здесь ваш дракон!»
И это сработало. С неба, раздирая ночную тьму, спикировали два багровых,
уродливых дракона-мутанта. Они устремились к этому вспышке магии, к тому
месту, где их ждал их извечный враг, Ночной Коготь, который медленно,
мучительно, но поднимался во весь свой грозный рост.
Война поднялась на новый, нечеловеческий уровень. И в самом её эпицентре стояли
мы — дракон, готовый к последней схватке, и целительница, чья магия,
наконец, нашла своё истинное назначение: не лечить, не разрушать, а
защищать. Даже если для этого придётся стать самой яркой мишенью в ночи.