Страница 44 из 114
Я не в своей тарелке, но киваю, странно мотая головой. - Да, э-э, мама всегда готовила это для нас. Ее семья с Сицилии, это традиционный рецепт. Но когда я переехала, я так и не приготовила его сама. Это сделала Биа. Есть причина, по которой именно она заняла место у Амато.
- У Амато?
- Семейный ресторан, о котором на днях говорили мои сестры.
Джордан проглатывает еще кусочек пасты, прежде чем в шоке поднимает руку. ‘ Боже мой, и еда настолько вкусная? Род, я надеюсь, мы все-таки пойдем.
- Я тоже! - бесполезно кричит Дженни с другого конца стола, указывая пальцем в мою сторону.
‘ Не твое дело! - Кричу я в ответ, и весь стол взрывается смехом. Джордан, прижав руку ко рту, сдерживает смешок.
Ближе к вечеру солнце начинает садиться, когда Биа готовит на десерт свой знаменитый эспрессо-тирамису. После второго блюда десерт полностью насыщает нас всех. Я нахожусь во дворе с Тали, сидящей у меня на плечах, когда знакомая веселая песня гремит из массивного динамика Bluetooth, который мои сестры установили на крыльце. Биа приглашает всех к себе, хлопая в ладоши с широкой улыбкой на лице, вокруг нее раздаются одобрительные возгласы. Ее большой конский хвост, немного распушенный спереди, практически подпрыгивает в такт. -Андиамо!- радостно восклицает она.
‘Что происходит? ’ спрашивает Джордан, стоя на коленях в траве рядом с собаками. Скаут сразу оживляется, Бу немного более нерешителен.
‘ Тарантелла, ’ отвечаю я, приседая, чтобы Тали могла спуститься. Она тут же подбегает прямо к Биа, маленькой предательнице, и, хихикая, берет мою сестру за руку. По мере продолжения тарантеллы начинает формироваться огромный круг, занимающий половину заднего двора.
Все остальные встают, и нас втягивают в круг, плечом к плечу. Даже несмотря на чрезмерно возбуждающий грохот басов в динамике, я отчетливо чувствую, как пальцы Джордана нерешительно переплетаются с моими рядом со мной.
‘ Налево! ’ кричит Дженни, и мы все двигаемся влево, отскакивая и пиная ногами. Рука Джордан касается моей, ее смех одновременно нервный и радостный, когда она следует за мной в своих босоножках.
‘ Род, ’ говорит она между шагами, глядя на меня снизу вверх с самым ярким румянцем на лице. - Это прекрасно!
Так и есть. На каждом семейном сборище, на каждой свадьбе, на каждой вечеринке со стороны мамы, на которой мы были, они делают это, и меня никогда не перестает удивлять, как эта потрясающая часть нашей культуры сохранилась так долго. Это определенно красиво. Просто не это привлекает мое внимание в тот момент.
Ее волосы струятся по плечам, щеки раскраснелись от вина, тарантеллы и жары. Ее ладонь теплая на моей. Она улыбается во весь рот, ослепительно, беззаботно.
- Так и есть, - говорю я ей.
Она хихикает, но постепенно ее улыбка превращается из безудержной радости в пытливую, с любопытством, когда ее шоколадные глаза изучают мои. Винный румянец на ее щеках только усиливается, и она кивает, поворачиваясь налево, пока мы продолжаем танцевать, наш круг в тарантелле вращается, пока солнце не опускается за горизонт.