Страница 51 из 73
Он так замолчал, будто планировал на этом закончить, и все же не удержался, добавил:
— Принимая любое решение, не забывайте, что среди судей талантливейшие менталисты, которые будут внимательно наблюдать буквально за каждым вашим движением и все поймут по мельчайшему колебанию вашей ауры. Тщательно взвешивайте все за и против, прежде чем что-то сделать.
Эрр Аммермах важно кивнул, а я спрятала улыбку.
Эти слова звучали как обычное наставление, но Рэйл, несомненно, адресовал их Каллису. Если со мной что-то случится, он за это ответит.
И в этот миг с арены прозвучало:
— Парные состязания откроют эрр Каллис Эрно и эрра Лючия Илендаль из Лирейнской королевской академии заклинателей зверей!
Дверь опять открылась. В проеме появился служащий.
— Просим выйти на арену, — неизменно вежливым тоном объявил он.
Мы с Каллисом поднялись и одновременно шагнули к выходу, невольно столкнувшись и обменявшись недовольными взглядами. На какой-то миг цербер всеми тремя пастями ощерился на крылокота, а тот зашипел в ответ. Прямо как кошка с собакой.
Мы мгновенно овладели собой, и животные спокойно встали рядом, забыв о природной вражде. Они столько тренировались вместе, что привыкли друг к другу и вряд ли бы подрались, если бы не хозяйские эмоции.
Этот маленький инцидент не укрылся от внимания остальных. Куратор вздохнул, и даже Савин покачал головой, едва слышно пробормотав:
— Да уж, проблемка…
— Мы победим, — твердо произнес Каллис, опалив меня глазами. — Академия превыше всего.
— Академия превыше всего, — упрямо повторила я.
Мы чудом уместились в проеме вместе, протолкнулись мимо служащего и торопливо шагнули к арене, не желая уступать противнику.
Зря. Очень зря. Ведь испытание уже началось.
Секунду назад впереди виднелся просвет, а в нем — арена, но внезапно все вокруг потемнело. Твердь как будто вырвали из-под ног, коридор куда-то исчез, и я ощутила, что падаю. Судя по вскрику Каллиса и тому, как он заполошно взмахнул руками, с ним случилось то же самое.
— Осторожнее, там же порта… — раздался встревоженный голос служащего.
А потом все резко стихло, и воцарилась чернота.