Под знаком совы

— Ой, да постоянно! — Галя махнула рукой. — Он с ней и на совещаниях, и в кабинете допоздна засиживается, и, кажется, даже обедает теперь только с ней. Некоторые уже шепчутся, что Элла не просто ассистентка. Хотя кто их разберет… Может, он просто видит в ней единственную опору, раз Аня выбыла. Но опора-то, получается, шаткая.

Она отпила кофе, ее брови были хмуро сдвинуты. Стало ясно: Галя видит провалы в работе и липучую близость Эллы к Антону, но до мысли о полноценном романе пока не додумалась. Или не хотела додумываться.

— Был еще случай неприятный или странный, что ли, — задумчиво продолжала Галя, проводя пальцем по краю кружки. — У нас есть поставщик. Ну как у нас… у Ани и Антона. Он им вроде на коттедж материалы поставлял. И его же вроде наняли по тендеру на аптеку. И я, в общем, кое-что услышала.

— Так? — тихо спросила я, чувствуя, как внутри все напряглось, будто пружина.

Галя понизила голос, хотя шум кофейни и так заглушал наш разговор.

— Ну это было как раз незадолго до того скандала. Я случайно проходила мимо склада образцов на первом этаже. Там есть такой закоулок, где пачки с каталогами стоят. И я услышала голоса — тихие, но очень… деловые. Присмотрелась — это Элла. И с ней тот самый поставщик, Борис Леонидович.

Галя сделала глоток кофе, собираясь с мыслями.

— Я не все слова разобрала, они говорили тихонько. Но смысл… Смысл был такой, будто Элла его о чем-то предупреждает. От имени Ани. Что-то вроде: «Анна Сергеевна — человек очень мягкий, деликатный, она не решается вам прямо сказать… но у нее большие сомнения насчет документации на ваши партии с коттеджа. Там, по ее мнению, были несоответствия по сертификации материалов. Она боится, что для городского тендера это станет критичным, но не хочет вас подводить…» Ну в таком духе. А он в ответ что-то бурчал недовольное, типа «почему мне сразу не сказали».

— И что потом? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— А потом, через день или два, случилась та самая история в кабинете. Я про нее узнала от девочек с ресепшена. Что поставщик влетел, накричал на Аню, обозвал… вертихвосткой, кажется. И ушел, хлопнув дверью, — Галя покачала головой. — В тот день Аня выглядела… опустошенной. В общем, после этого поставщика мы потеряли. И по аптеке теперь ищем нового. А график, как ты понимаешь, летит в тартарары.

Она откинулась на спинку стула, ее лицо выражало досаду и смутное понимание, что что-то в этой истории было нечисто.

— И ты думаешь, Элла намеренно его накрутила? — осторожно уточнила я.

— Не знаю, Тань, — вздохнула Галя. — Может, она действительно пыталась как-то мягко донести претензии. Но вышло… ужасно. Как будто она не помирить хотела, а, наоборот, раздуть конфликт. И ведь вышло же. И в итоге Аня виноватой осталась — и перед поставщиком, и, как мне кажется, перед Антоном. Он же ее потом за «несдержанность» отчитал.

Повисло молчание. Галя смотрела на крошки в своей тарелке, ее лицо было озадаченным.

— Я правда не хочу никого обвинять, — сказала она наконец больше для себя, чем для меня. — Элла просто работает на результат, пусть и странными методами.

— Понимаю, — мягко ответила я. — Я и не думаю, что ты обвиняешь. Ты просто констатируешь факты.

Галя взглянула на меня с легкой надеждой.

— Пойдешь со мной сегодня к Ане? После работы. Я думала зайти.

Мне очень хотелось. Щемящее желание увидеть подругу, убедиться, что с ней все более-менее, толкало сказать «да». Но параллельно в голове звучал холодный профессиональный голос: не добавляй личного. Слишком много эмоций уже замешано. Если приду вместе с Галей, разговор неминуемо скатится в жалобы и утешения, и я потеряю нейтралитет, который теперь был мне нужен как воздух.

— Слушай, я посмотрю по делам, — сказала я, стараясь, чтобы в голосе звучала лишь легкая досада от занятости. — После встречи с инженером по пожарке посмотрю, как время сложится.

— Деловая! — тепло улыбнулась Галя, но тут же спохватилась, взглянув на время на смартфоне. — Ай! И я должна быть деловой! Поздно уже! Пора на работу, иначе Элла начнет раздавать «ценные указания» на утренней летучке.

— Мчи, — кивнула я.

— Ты еще тут посидишь?

— Посижу пока. Передавай привет… Антону и Элле.

— Хорошо.

Галя вихрем собралась, оставив на столике купюру за кофе и круассан, и растворилась в потоке людей за дверью. Я осталась одна.

За окном «Правильного кофе» вовсю кипела утренняя суматоха центральной улицы. Люди спешили на работу неостанавливающимся потоком, их движение по тротуару по плотности и напряженности не уступало автомобильному трафику на проезжей части. У табачного ларька выстроилась короткая очередь вечно куда-то опаздывающих мужчин в темных пальто. Рядом, в продуктовом магазине с яркой вывеской, перекликались продавцы и покупатели, вынося на морозный воздух запах свежего хлеба. Город просыпался, жил своей шумной безличной жизнью, и на ее фоне история Ани, Антона и Эллы казалась крошечной, но оттого еще более зловещей капсулой частной драмы.

Я взяла телефон и набрала номер Ивана, который сохранила вчера.

После двух гудков он ответил.

— Алло, Иван слушает.

— Здравствуйте, Иван, это Татьяна Иванова. Мы договаривались на три… Извините за беспокойство, но у меня немного изменились планы. Можем ли мы встретиться раньше? Например, в районе одиннадцати?

На той стороне провода коротко помолчали, вероятно, сверяясь с расписанием.

— Одиннадцать… Да, могу. В одиннадцать у меня как раз окно. Подойдет.

— Отлично. Тогда в одиннадцать у вас в офисе. Большое спасибо.

— Не за что. До встречи.

Я положила телефон на стол, ощущая, как небольшой шаг вперед уже сделан. Потянулась к рюкзаку, достала ноутбук, открыла его и запустила файл с заметками по делу «Вертикали». Палец замер над клавишами.