Страница 108 из 124
— Вы правы, мисс Рэксол, – с нескрываемым восхищением произнес Вавилон, отдавая должное сообразительности девушки и заставив Рэксола испытать гордость за дочь.
— Послушай, Нелла, – сказал последний, притягивая к себе дочь в кромешной темноте погреба. – Мы полагаем, что Жюль попробует влить яд в бутылку вина, которую, вероятно, закажет принц Евгений. А теперь скажи, мог ли господин, которого ты видела, быть Жюлем?
— Раньше я не задумывалась, похож ли он на Жюля, но теперь, когда ты упомянул его имя, мне почему-то кажется, что это был он. Да, я уверена, это был Жюль.
— Тогда выслушай меня. Времени терять нельзя. Если он все-таки вернется, то будет здесь очень скоро, и ты сможешь помочь.
Рэксол предложил поступить так: если Жюль объявится, то не следует вмешиваться, а лишь наблюдать через стеклянную дверь.
— Вы намерены схватить Жюля, так сказать, с поличным? – спросил Вавилон, изумленный столь необычайным способом обращения с преступниками. – Разумеется, было бы проще уведомить о ваших подозрениях полицию и предоставить дело им.
— Голубчик, – сказал ему Рэксол, – мы слишком далеко зашли без полиции, и уведомлять их теперь, в разгар наших действий, было бы неблагоразумно. Кроме того, как вы наверняка знаете, я решительно намерен поймать этого негодяя. Я оставлю вас с Неллой здесь, коли она жаждет увидеть все своими глазами, а я устрою так, чтобы Жюль, проникнув в погреб, никоим образом не смог бы выбраться обратно через решетку. Спрячьтесь в большом погребе, снаружи стеклянной двери, и оттуда сможете наблюдать за происходящим, а мне пора идти. От вас требуется лишь одно – подмечать, что делает преступник. Если у него имеются сообщники в отеле, мы таким образом поймем, кто этот человек.
Рэксол зажег спичку и, пряча огонек в ладонях, вывел Феликса и Неллу из маленького погреба.
— Давайте запрем стеклянную дверь на замок, чтобы он не сбежал через нее в большой погреб: стеклянные вставки слишком малы, а деревянная часть слишком прочна. Если хитрец все же попадет в ловушку, вы, ничем не рискуя, увидите, как он станет там метаться. Хотя на глаза ему все равно лучше не показывайтесь.
Вскоре Феликс Вавилон и Нелла остались вдвоем в темноте погреба. Но едва стихли удаляющиеся шаги Теодора Рэксола, как их ушей достиг новый звук – кто-то отодвинул решетку малого погреба.
— Надеюсь, ваш батюшка поспеет вовремя, – шепнул Феликс.
— Тише, – предупредила Нелла, и они застыли в напряженном молчании.
Кто-то осторожно и очень ловко протиснулся через вентиляционное отверстие; в темноте наблюдатели видели лишь размытые очертания фигуры. Затем, проникнув в погреб, незнакомец уверенно направился к выключателю и зажег свет. Без сомнений, это был Жюль, и он прекрасно здесь ориентировался. Вавилон с содроганием смотрел, как наглец, некогда служивший у него метрдотелем, смело хозяйничает в драгоценном хранилище. Жюль направился прямиком к стеллажу под номером семнадцать и взял бутылку с верхней полки.
— «Романе-Конти» – любимое вино принца Евгения! – в ужасе прошептал Феликс.
Быстрым ловким движением с помощью инструмента, который, без сомнений, он нарочно принес с собой, Жюль снял с бутылки защитную пломбу, а затем достал из кармана маленькую плоскую коробочку с чем-то похожим на черную мазь. Вымазав палец в снадобье, Жюль натер им горлышко бутылки возле пробки. После чего искусно вернул пломбу на место и положил бутылку обратно. Затем выключил свет и полез в вентиляционное отверстие.
Когда Жюль был на полпути наружу, Нелла не выдержала:
— Он вот-вот сбежит! Папа не успел, мы должны остановить Жюля!
Однако Вавилон, сама осторожность, мягко, но решительно, остановил юную американку, которая показалась ему слишком стремительной и безрассудной. И пока мисс Рэксол выворачивалась из удерживающих ее рук, гибкая фигура Жюля исчезла.