Страница 107 из 124
Глава двадцать третья Дальнейшие события в погребе
— Ну знаешь, папа, – обратилась Нелла к изумленному родителю, – сначала убедись, что схватил кого нужно, прежде чем наваливаться со всей медвежьей силой! Как бы ты мне плечо не сломал!
Она потерла плечо с комической гримасой боли и выпрямилась. Подол ее темно-серого платья был испачкан и порван, всегда одетая с иголочки девушка выглядела так, словно скатилась по брезентовому пожарному рукаву. Она машинально разгладила ладонью платье и поправила волосы.
— Добрый вечер, мисс Рэксол, – с церемонным поклоном поздоровался Феликс Вавилон. – Поистине неожиданное удовольствие.
Светские манеры не оставляли Вавилона ни при каких обстоятельствах.
— Могу ли я узнать, что ты делаешь в винном погребе, Нелла Рэксол? – строго спросил миллионер.
Он был недоволен, что принял дочь за преступника; более того, Теодор Рэксол терпеть не мог неожиданностей, а эта встреча была для него в высшей степени неожиданной; и наконец ему решительно не нравилось, что Нелла предстала перед посторонним мужчиной в неподобающем виде.
— Объясню, – ответила дочь. – Я засиделась с книжкой допоздна. Биг-Бен пробил половину первого ночи, и тогда я отложила книгу и вышла на балкон подышать свежим воздухом перед сном. Я перегнулась через перила – как ты помнишь, моя комната на втором этаже – и посмотрела вниз, на маленький дворик, который находится между отелем и Солсбери-лейн. И с изумлением обнаружила крадущуюся по двору фигуру. Я знаю, что входа в отель здесь нет, и, кроме того, это на пятнадцать – двадцать футов ниже уровня улицы. Тогда я стала наблюдать. Человек подошел вплотную к стене отеля и пропал с моих глаз. Я перегнулась через перила так далеко, насколько отважилась, но все равно его не увидела. Зато услышала.
— И что же ты услышала?
— Звуки, будто что-то пилили, – сказала Нелла. – Это продолжалось довольно долго – пожалуй, с четверть часа.
— Почему, ради всего святого, ты не сообщила мне или кому-то еще в отеле? – удивился Рэксол.
— О, папочка, не знаю, – ласково ответила Нелла. – Мне стало так любопытно, что я решила сама все выяснить. Как я уже говорила, мистер Вавилон, – продолжила она, ослепительно улыбаясь Феликсу, – шум продолжался довольно долго. Наконец все затихло, и странная фигура вновь появилась у стены. Этот человек прошел по двору, вскарабкался на стену, окружающую отель, а потом перелез через перила и зашагал по Солсбери-лейн. Я сразу успокоилась, поскольку незнакомец не проник в отель. Он очень медленно шел вдоль Солсбери-лейн. Навстречу ему попался полицейский. Я услышала, как он произнес: «Добрый вечер, офицер» – и попросил спичек. Полицейский дал ему спичку, он закурил сигарету и направился дальше по переулку. Если высунуться из окна моей комнаты, мистер Вавилон, можно увидеть кусочек набережной и реки. Этот господин пересек набережную и встал, облокотившись о парапет, где, по всей видимости, с кем-то разговаривал. Затем он направился вдоль набережной в сторону Вестминстера, и больше я его не видела. Я подождала пару минут, на случай, если он вернется, и решила выяснить, что же произошло. Выйдя из отеля на Солсбери-лейн, я приблизилась к перилам. Позади перил была приставлена лестница, спустившись по которой, можно легко перелезть во дворик отеля. Я ужасно боялась, что какой-нибудь прохожий застанет меня, перелезающую через перила, но никого не было, и я благополучно спустилась во дворик, лишь порвав подол платья. Потом на цыпочках прокралась по двору и обнаружила, что в стене отеля, почти у земли, прямо под моим балконом, находится железная решетка размером примерно один фут на четырнадцать дюймов. Поскольку других железных конструкций рядом не было, таинственный незнакомец, по всей вероятности, пилил именно эту решетку для каких-то своих целей. Я потянула решетку на себя, и, что совершенно неудивительно, бо́льшая ее часть отделилась, открывая ровно столько пространства, чтобы можно было пролезть внутрь. Я решила проползти внутрь и теперь страшно об этом жалею. Мистер Вавилон, вы когда-нибудь пробовали ползти по узкому проходу в платье?
— Не имел удовольствия, – ответил Феликс и, вновь поклонившись, рассеянно поправил на ближайшей полке бутылку.
— В таком случае вам очень повезло, – невозмутимо заключила Нелла. – Папочка, я целых три минуты думала, что сгину в этой узкой норе. Голову и плечо я внутрь засунула, а все остальное было снаружи. Однако в конце концов, после нескольких мучительных и отчаянных попыток, я все-таки пролезла внутрь и свалилась в этот погреб, полумертвая от усталости. Затем я стала размышлять, что делать дальше. Следует ли мне дождаться возвращения таинственного господина и пырнуть его маникюрными ножницами, если он попытается проникнуть сюда, или поднять тревогу заранее? Прежде всего я поставила на место сломанную решетку, затем зажгла спичку и увидела, что стою посреди несметного множества бутылок. Спичка догорела, а другой у меня не было. И тогда я села в уголке и стала ждать, не вернется ли тот господин, как вдруг послышались шаги и голоса. А потом вошли вы. Должна признаться, я очень удивилась, особенно когда узнала голос мистера Вавилона. Видите ли, я не хотела вас напугать. Если бы я выскочила из-за полок с криком «Бу!», вы получили бы сильнейший шок. Мне нужно было как-то деликатно сообщить вам о своем присутствии, но ты все сделал за меня, папа. Неужели я и вправду так громко дышала, что ты меня услышал?
Девушка закончила свой удивительный рассказ, и на мгновение в погребе воцарилась тишина. Рэксол лишь кивнул, утвердительно отвечая на заключительный вопрос дочери.
— Что ж, Нелла, девочка моя, – наконец заговорил он. – Мы тебе весьма обязаны за твои гимнастические упражнения. А теперь лучше иди спать. Готов биться об заклад, здесь назревает серьезная заварушка.
— Папочка, если здесь намечается ограбление, я бы ужасно хотела это увидеть! – взмолилась Нелла. – Я ни разу не видела, как вора ловят на месте преступления!
— Нет, моя дорогая, это не ограбление. Подозреваю, тут дело гораздо серьезнее.
— Что же тогда? – воскликнула она. – Убийство? Поджог? Отель хотят взорвать? Ой, как интересно!!!
— Мистер Вавилон уведомил меня, что Жюль в Лондоне, – тихо произнес Рэксол.
— Жюль, – едва слышно повторила Нелла, и ее веселье тотчас как рукой сняло. – Надо погасить свет!
Она быстро нажала на выключатель, и погреб погрузился во тьму.
— Это еще зачем? – спросил ее отец.
— Если давешний господин вернется и увидит свет, это его спугнет, – пояснила Нелла. – Так нельзя.