Давуд. Мое спасение

Глава 48

Из аэропорта мы сразу едем в наш дом. Давуду позвонил прораб и сказал, что стены и крыша уже готовы. Они работали в несколько смен днем и ночью, потому что моему мужу не терпелось побыстрее перевезти семью в наш дом.

Я ахаю, удивляясь прогрессу всего лишь за месяц нашего отсутствия. Строители занимаются отделкой, а мы заходим в дом.

Пока прораб что-то объясняет, водя нас по помещениям, я уже представляю, как этот дом наполнится жизнью, когда мы в него переедем. Как буду подбирать шторы, подушки, диваны, посуду. Все-все-все, чтобы сделать наше гнездышко максимально уютным.

Мы поднимемся на второй этаж и заходим в хозяйскую спальню. Прораб оставляет нас вдвоем, а мы с мужем выходим на просторный балкон с видом на пустыню. Давуд обнимает меня со спины, а я накрываю его руки своими.

Воздух в пустыне плавится от жары. Я тоже, но мне так хочется хотя бы минутку постоять здесь и представить себе как…

– Мы будем завтракать на этом балконе, – говорю я. – Или ужинать. Смотреть на пустыню.

– Мы можем делать здесь все, – говорит мой муж и трется щекой о мой висок. – Поставим тут столик с креслами, большой шезлонг, как на твоем балконе в доме брата. И джакузи. Вот эта дыра в полу, – он показывает на отверстие слева, – сделана специально для того, чтобы встроить джакузи.

– Ты учел все моменты.

– Да, абсолютно все. Пойдем, еще кое-что покажу.

Мы спускаемся вниз. Минуем просторную гостиную, вход в кухню со столовой, где уже идут отделочные работы, будущий кабинет мужа. Заходим в большую комнату. Давуд отпускает мою руку и отходит чуть дальше.

– Все стены займут полки для книг. – Я кружусь на месте, пытаясь представить себе это. – Вот там, у окна, будет два кресла для чтения.

– Надо три. Вдруг девочки захотят почитать рядом со мной?

– Тогда будет три. Там, в стороне, поставим еще диванчик со столиком. А в центре комнаты – рояль. Большой, белый.

– Заберем из дома Сауда.

– Нет, – качает головой мой муж. – На том пускай учится играть Джумана. А я уже заказал тебе новый. Приедет, когда будут закончены отделочные работы.

– И все-то ты продумал, – подхожу к нему и прижимаюсь всем телом.

– Я так долго мечтал об этом, что мне хватило времени, чтобы продумать. Я хочу, чтобы ты была счастлива в нашем доме.

– Я уже счастлива. Даже в съемном.

– Нет, это не то, – качает головой. – Здесь будет свое гнездышко. Любое зерно, которое мы посеем в эту землю, даст всходы. И только от нас зависит, что именно мы вырастим.

Я на пару секунд прижимаюсь к губам мужа, после чего он перекидывается еще парой слов с прорабом, и мы отправляемся к нашим девочкам.

Удивительно, но я очень соскучилась по дочкам Давуда. За все это время мы так сблизились, что они как будто уже стали родными мне. Несмотря на то, что мы еще не жили вместе, все равно я уже прикипела к малышкам всей душой.

– Папа!

– Аиша!

Они вскрикивают одновременно, стоит только нам показаться в доме. Мы подхватываем малышек на руки и прижимаем к себе. Они целуют нас по очереди и наперебой пытаются рассказать сразу все новости. И о том, как ходили в детский развлекательный центр со своей бабушкой. И о том, как дедушка учил их кататься на лошадях. И о том, что они нарисовали нашу свадьбу.

Я смеюсь, а мое сердце наполняется теплом от того, насколько полной я сейчас ощущаю свою жизнь.

Весь день я провожу с детьми и свекровью. Практически сразу после возвращения Давуд принял душ, переоделся, и они вместе с отцом уехали решать вопросы бизнеса. Мы же остались в женском царстве.

– Мы сегодня заезжали в наш дом, – делюсь своей радостью со свекровью, пока девочки смотрят мультфильмы, устав скакать и играть. Мы сидим за столом в кухонной зоне и пьем джалляб. – Там уже есть стены и крыша. Давуд построил очень красивую террасу в нашей спальне! Вид такой, что дух захватывает.

– Знаешь, дочка, я так рада, что он взял в жены нашу девушку, – вдруг говорит она, накрывая своей мою руку. – С правильными ценностями. Эмма… она была хорошей девушкой. Но ее постоянно куда-то тянуло. Она не могла усидеть на месте. Даже когда девочки уже родились, постоянно рвалась в эпицентр военных конфликтов, какие-то вооруженные протесты.

Она вздыхает и качает головой.

– Простите меня, но я бы не хотела обсуждать его первую жену. Давуд любил ее и чтит ее память. Я бы хотела относиться к этой женщине так же. Благодаря ей у меня теперь есть две прекрасные дочери, которых вообще могло не быть.

– Ты права, конечно, – кивает Джаля. – И я благодарна ей за внучек. Но видела бы ты тогда моего сына, поняла бы мое отчаяние. Он был чернее ночи. Сам на себя не похож. Я все боялась, что он что-то с собой сделает. Спасли только малышки.

Свекровь судорожно втягивает в себя воздух, а я сжимаю ее теплую ладонь.

– Все уже позади, не думайте об этом. – Она поднимает на меня полные слез глаза. – Мы будем хранить об Эмме хорошую память. Благодарить ее за наших малышек. А плохое… Это все в прошлом.

– Ты очень мудрая девочка.

– Я уже и не девочка, – улыбаюсь в попытке разрядить обстановку.

– Учитывая, что ты фактически только начала нормально жить, то еще девочка. И впереди у вас с моим сыном долгие годы счастья.

– Хочется в это верить.

– Пустыня не обманет, – вдруг произносит моя свекровь, а я смотрю ей в глаза. Она же отвечает мне загадочным взглядом. – Она никогда не обманывает, – добавляет Джаля.

– Бабушка, а можно мы сегодня вместе примем ванну? – спрашивает кто-то из девочек, и мы вынуждены разорвать зрительный контакт, чтобы посмотреть на подбежавшую к нам Зайну.

– Это вы у Аиши спросите, – улыбается моя свекровь. – Теперь она будет заботиться о вас. А я сегодня уезжаю с дедушкой к себе домой.

– А мы останемся тут, да? С папой и Аишей?

– Да, моя дорогая девочка. Теперь вы будете жить с папой и Аишей.

Наши взгляды снова встречаются. В ее я читаю твердую уверенность в том, что нас с мужем и правда ждут долгие годы счастья.

Потому что пустыня врать не станет…