Давуд. Мое спасение

Глава 21

Я вся дрожу, когда Давуд помогает мне избавиться от одежды. В итоге остаюсь только в нижнем белье. Простеньком хлопковом, отороченном кружевом. Тянусь, чтобы включить светильники, свисающие с потолка по бокам от зеркала. Выдыхаю и щелкаю выключателем.

Потом сглатываю, чтобы вернуть на место подскочившее к горлу сердце, и отшагиваю назад, прижимаясь спиной к Давуду в поисках поддержки.

Не смотрю на себя, только на лицо стоящего позади мужчины. Жадно ловлю взглядом его реакции.

Вдруг ему станет противно? Вряд ли у него получится скрыть свои эмоции. Наверняка выражение отвращения проявит себя.

Но взгляд Давуда загорается, когда он окидывает им мое тело.

Горячая ладонь скользит по моей руке вверх и вниз. Потом ныряет под руку и ложится на талию, обжигая прикосновением. Я еле сдерживаю стон. Никто никогда еще не дотрагивался до меня так трепетно.

Судорожно втягиваю в себя воздух, когда пальцы Давуда скользят к моему животу. Обводят шрамы, поднимаются выше, задерживаются на отметине между грудей. Потом рука возвращается к моей. Пальцы обводят каждый шрам на обеих руках.

Давуд склоняет голову набок и обрисовывает контуры каждого мерзкого клейма на моих бедрах. После этого он разворачивает меня лицом к себе. Я смотрю на него, а он – в зеркало, снова и снова проводя пальцами по шрамам на спине и ягодицах.

Вздрагиваю от каждого прикосновения и пытаюсь высмотреть чувство отвращения на его лице, но его нет. Возможно, пять лет назад, до того, как я сделала не одну процедуру шлифовки кожи, это выражение появилось бы. Но сейчас Давуд смотрит с восхищением и с трепетом ведет пальцами по отметинам на моем теле.

Я чувствую каждый шрам. Уже давно они стали частью меня, и я толком даже перестала их замечать. А сейчас мне кажется, они снова превратились в открытые раны, сочащиеся кровью, и я ощущаю каждое прикосновение к ним.

– Ты прекрасна, Аиша, – хрипло произносит Давуд, и я чувствую, как его твердый член толкается мне в бедро через одежду. – Безупречная.

– Но мои…

– Идеальная, – перебивает он меня.

– И тебе не противно? – вырывается из меня, хотя я обещала себе не задавать ему такие вопросы.

Давуд снова разворачивает меня спиной к себе. Наклоняется к моему уху, а сам скользит рукой к краю моих трусиков.

– Мне не может быть противно. Чувствуешь это?

Он прижимает меня к себе, и его твердость толкается в мою ягодицу.

– Да, – выдыхаю и ощущаю, как по телу проходит теплая волна, оседая внизу живота.

Между ног легонько сжимается. Меня пронизывает, как от удара током, заставляя подрагивать в руках этого большого мужчины.

– Так ты… мы займемся сексом? – спрашиваю, ловя темный взгляд Давуда.

– Ш-ш-ш, – произносит он, и его рука скрывается под тонкой тканью моих трусиков.

Замираю, когда пальцы раздвигают складочки, находят кнопку моего удовольствия и легонько надавливают. Мои губы приоткрываются, и неожиданно для меня самой изо рта вырывается тихий стон.

– Красавица, – произносит Давуд тихо. Скользит пальцами чуть ниже, собирая влагу, а потом возвращается к клитору. – Я хочу увидеть тебя, когда ты будешь кончать, Аиша. – Мои глаза испуганно распахиваются. Подобную фразу я уже слышала, и меня пробивает озноб. – Смотри только на меня и на себя, хорошо? Не закрывай глаза. Я хочу, чтобы ты видела меня. Оставайся со мной, – словно прочитав мои мысли, говорит Давуд.

Одна его рука на моей талии. Легонько сжимает ее, заставляя меня вернуться в этот самый момент. А пальцами второй начинает ласкать, отчего внизу живота становится еще горячее.

Мое тело окатывает кипятком, и я вздрагиваю, а с губ срывается стон погромче.

– Вот так, моя девочка. Моя прекрасная девочка. Нежная. Горячая. Покажи, как ты теряешь контроль. Смотри на меня. Смотри на нас, Аиша.

Он говорит и говорит. Его хриплый шепот завораживает, словно пунги* – кобру. И я извиваюсь в его руках, будто совершаю какой-то ритуальный танец, призванный изменить меня и мою жизнь. И в этом я совершенно точно уверена – сегодня я переступлю черту, которая удерживает меня в прошлом. Сотру, словно след на песке.

Пальцы Давуда порхают по самой чувствительной части моего тела.

Я ощущаю, насколько влажно у меня между ног. Как шепот Давуда проникает в каждую пору, в каждый уголок моего сознания. Как слабеют ноги. Как по позвоночнику течет жидкая лава, поднимаясь к затылку и растворяя в горячей магме все посторонние мысли.

Я даже не успеваю сообразить, как это происходит. Просто чувствую, что все, что было до этого момента, вдруг утрачивает свое значение, затапливая меня Давудом и удовольствием по самую макушку.

Глаза печет. В них скапливаются слезы. Но я изо всех сил держу их открытыми. Смотрю в лицо Давуда. Его глаза потемнели настолько, что я не вижу радужки. Челюсти сжаты, и он облизывает губы.

– Покажи мне, Аиша, – тихо произносит он. – Дай мне свое удовольствие.

– Давуд, – шепчу еле слышно пересохшими губами.

– Это я, маленькая моя. Я рядом, Аиша.

– Давуд, я…

– Да, я знаю, – отзывается он. – Дай мне это, Аиша.

Его вторая рука поднимается выше и накрывает мою грудь. Мнет и ласкает через тонкую ткань бюстгальтера. Соски превращаются в твердые горошины, и у меня в глазах темнеет.

Внезапно меня окатывает горячей волной. Мои глаза удивленно распахиваются. Я замираю. Застываю, словно статуя, не в состоянии пошевелиться. Встречаю свой собственный удивленный взгляд в отражении зеркала, а потом взрываюсь так мощно, что все тело трясет. Кажется, даже внутренности как будто засунули в блендер. Вырывающиеся из глаз слезы размывают зрение, и я закрываю их, оседая в руках Давуда.

__________________

*

Пунги – капсульный духовой музыкальный инструмент с одинарной тростью. Используется в Индии для исполнения традиционной музыки и в практике заклинания змей.