Страница 124 из 137
- Останься, - тихо попросила она, проводя пальцами по его груди. - Хотя бы до утра.
Серлин посмотрел на нее сверху вниз. Несколько секунд молчал, будто ответ был слишком очевиден.
А потом едва заметно усмехнулся и убрал прядь волос с ее лица.
- Похоже, впервые за столетия война между фейри и эльфами перестала быть главной проблемой.
Гвендолин тихо рассмеялась - устало, почти сонно.
- Значит, конец света все-таки полезен для дипломатии?
- Выходит, да. Нет худа без добра.
Она улыбнулась и теснее прижалась к нему.
Его рука легла ей на спину - теплая, спокойная.
На этот раз без спешки. Без страха. Просто чтобы держать.
Свеча догорела, оставляя комнату во мраке.
Вечер принял их молчание, их дыхание, их близость - как последнюю тайну перед рассветом.
***
Последние часы до заката тянулись невыносимо долго.
Уэна сидела за небольшим деревянным столом, уставившись на лист пергамента.
В полумраке шуршал лишь кончик пера. Она писала письмо бабушке в поселение стриафов. Девушка намеренно не стала упоминать ни принца Икариса, ни опасную миссию, на которую согласилась, ни косу жнеца. Она лишь коротко написала, что с ней все в порядке, и добавила, что очень надеется на скорое окончание всех этих бед.
Закончив, Уэна аккуратно свернула бумагу в плотную трубочку, затем подошла к распахнутому окну, за которым уже сгущались багровые сумерки, и негромко свистнула.
Через минуту из вечерней мглы соткался изящный силуэт. На подоконник бесшумно опустилась птица-аэрофи - полупрозрачное, сотканное из легких потоков воздуха существо, верный почтальон магов. Ее крылья едва заметно мерцали в наступающей темноте.
Уэна закрепила послание на лапке птицы и коснулась ее головы.
- Лети ко мне домой, - тихо попросила она. - В поселение стриафов.
Аэрофи издала хрустальный клекот, оттолкнулась и мгновенно растаяла в небе.
Уэна проводила ее взглядом и замерла, прислушиваясь к внутренним ощущениям.
Магии в теле по-прежнему не было, но косу жнеца она чувствовала почти физически. Оружие находилось рядом, скрытое в складках пространства, невидимое для чужих глаз, но готовое по первому зову явиться прямо в ее руку.
Перед тем как уйти, она скользнула взглядом по уцелевшему осколку витражного стекла, всматриваясь в собственное отражение.
Белая форма паладина теперь была испачкана серой пылью и гарью. Волосы растрепались, а лицо осунулось. В этом облике не осталось ничего от прежней Уэны. Но именно эта пустота внутри делала ее сильной.
Девушка направилась к выходу. Больше медлить было нельзя.
Уэна спустилась по винтовой лестнице вниз, к южным воротам дворца, где ее уже должен был ждать Каэль.
Офра казалась призраком. В воздухе стоял смог.
Где-то совсем далеко, на самой окраине, по-прежнему раздавались звуки разрушений - то тоскливый скрежет металла, то тяжелый грохот падающей стены. Королевство продолжало медленно умирать.
Каэль ждал ее у арки, кутаясь в плащ.
Паладин выглядел бледным, под его глазами залегли темные тени. Заметив приближающуюся Уэну, он вздрогнул, его мрачное лицо на секунду посветлело, и он попытался улыбнуться. Улыбка вышла вымученной и совсем не вязалась с его белой формой.
- Уэна... - тихо произнес он, делая шаг навстречу. - Икарис сказал, что ты согласилась. Я... я до последнего надеялся, что это просто слухи.
Он отвел взгляд, перебирая пальцами край плаща. Было видно, как сильно он переживает, но парень изо всех сил старался держать себя в руках.
- У нас в квартале ночью было совсем плохо, - негромко продолжил Каэль. - Разлом открылся прямо у площади. Мой отец сильно пострадал, когда рушилась крыша. Магические ожоги по всему телу. Но лекари говорят, что самое худшее позади. Главное - он жив. Остальное мы восстановим. Если, конечно, вообще останется что восстанавливать.
Уэна коснулась его предплечья.
- Ему станет лучше, Каэль, - тихо, но уверенно произнесла она. - Главное - выстоять сейчас. Скоро все это закончится, обещаю.
Паладин благодарно кивнул, но его взгляд тут же стал растерянным и испуганным. Он долго всматривался в ее лицо, словно пытался разглядеть в ней кого-то другого, и наконец решился задать вопрос, который, очевидно, мучил его весь день:
- Уэна... Это правда? То, что сказал принц Икарис? Сын Всевышнего Лэйфтан... он действительно все это время был в тебе?
Девушка отвела глаза. Ей не хотелось оправдываться, а тем более - снова возвращаться мыслями в тот зеркальный лабиринт.
- Давай не будем об этом, Каэль. Пожалуйста.
- Да, конечно, прости, - парень закивал, мысленно ругая себя за бестактность.
Он сделал глубокий вдох, собираясь с духом, и отступил на пару шагов назад.
Каэль мгновенно преобразился, когда дело дошло до его стихии. Он вскинул руки вверх, и его пальцы замерли в воздухе, сплетая невидимые потоки.
Сначала послышался шелест, который за несколько секунд перерос в плотный, вибрирующий гул. Вокруг них закружился мощный воздушный смерч. Потоки ветра разогнали смог над воротами, поднимая пыль и мелкие камни.
Каэль протянул Уэне руку, помогая ей ступить в самый центр бушующей воронки. Как только она сделала шаг, ветер подхватил ее, удерживая на весу.
Паладин встал рядом, смыкая защитный купол из чистого воздуха, чтобы встречные потоки не мешали дышать и не резали глаза.
Смерч гудел вокруг них плотной стеной, отсекая звуки умирающего королевства.
Каэль сжал ее пальцы и посмотрел с удивительной, мягкой решимостью:
- Мне все равно, что там болтают, Уэна. Я помню, кто ты на самом деле. И я рядом. Я полностью контролирую магию, так что тебе абсолютно нечего бояться. А если там, наверху, станет совсем тяжело просто закрой глаза. Я буду держать тебя за руку до самого конца.
Уэна с трудом сглотнула подступивший к горлу комок, не в силах ничего ответить. Она лишь крепче сжала его ладонь.
Смерч резко оторвался от земли и устремился вверх.
Королевский дворец, улицы и багровые пожары на окраинах уменьшались, превращаясь в блеклую, обреченную карту.
Они летели на одном воздушном потоке прямо навстречу затянутой кровавой пеленой Академии святого Вильхельма.
Страх высоты, от которого Уэна, как ей казалось, давно избавилась, вернулся внезапно и скрутил желудок спазмом.