Страница 109 из 137
Словно завороженный, эльф остановился и обернулся.
В комнате повисла тишина. Несколько долгих мгновений они просто смотрели друг на друга, не смея сделать шаг навстречу. Слишком свеж был в памяти гнев директора, слишком опасными были последствия.
Серлин лишь крепче сжал пальцами ручку двери.
Гвендолин первая нарушила молчание. Ее голос слегка дрогнул, обнажая тщательно скрываемую боль:
- Экзамены закончатся, и наступят каникулы, Серлин. Мы... мы ведь совсем не увидимся.
Она не стала произносить вслух то, что они оба прекрасно знали. Летом им придется вернуться в свои родные земли, к своим семьям, где эльфы и фейри по-прежнему ненавидят друг друга. И эта грядущая разлука пугала ее сильнее любых строгих выговоров руководства Академии.
Серлин подошел ближе.
- Каникулы - это лишь иллюзия передышки, Гвен, - тихо произнес он, останавливаясь в шаге от нее. Его глаза казались непривычно темными. - Мы беспокоимся о разлуке длиной в лето, пока на шахматной доске уже расставляют фигуры для партии, которую нам не выиграть. Тот, кто кажется спасителем, принесет лишь вечную ночь.
Гвендолин нахмурилась, чувствуя, как внутри все сжалось от нехорошего предчувствия. Тревога в его голосе пугала сильнее самих слов.
- Серлин, ты снова говоришь загадками, - ее голос прозвучал натянуто. Она сделала шаг навстречу, пытаясь поймать его ускользающий взгляд. - Объясни нормально. При чем здесь шахматы? Какая вечная ночь?
Серлин прикрыл глаза на мгновение, словно стирая из памяти навязчивые образы, а когда снова посмотрел на нее, его взгляд стал привычно спокойным. На губах появилась слабая, вымученная улыбка.
- Забудь, - мягко произнес он, протягивая руку и осторожно касаясь ее пальцев. - Это просто мысли вслух. Наверное, я тоже слишком переутомился из-за этих проклятых экзаменов.
Гвендолин не убрала руку, но ее плечи остались напряженными. Она внимательно всматривалась в его лицо, пытаясь отыскать там ложь. Интуиция подсказывала ей, что Серлин недоговаривает что-то очень важное, и это «что-то» никак не связано с обычной учебной усталостью. Однако давить на него дальше она не решилась - слишком хрупким было их нынешнее положение.
Серлин заметил, как напряглись ее плечи. Вся ее фигура словно превратилась в натянутую, готовую лопнуть струну. Больше не в силах выносить эту дистанцию, он сделал шаг вперед, полностью сокращая расстояние между ними.
Эльф бережно, но крепко обнял Гвендолин. Она судорожно выдохнула ему в плечо, и все ее напускное сопротивление мгновенно растаяло. Девушка уткнулась лицом в изгиб его шеи, прячась от всего мира, от угроз директора и пугающих загадок. Серлин зарылся пальцами в ее волосы, вдыхая знакомый, успокаивающий аромат.
В тишине комнаты их неровное дыхание казалось слишком громким. Серлин чувствовал, как бешено бьется ее сердце, вторя его собственному. На мгновение показалось, что время остановилось, а стены Академии вместе со всеми ее тайнами и опасностями просто перестали существовать. Были только они двое.
Парень чуть отстранился, чтобы заглянуть в ее глаза. Его ладонь мягко легла на ее щеку, согревая холодную кожу.
- Я люблю тебя, Гвен, - тихо, но с какой-то пронзительной, отчаянной решимостью произнес Серлин. Голос его едва заметно дрогнул. - И всегда буду любить. Что бы ни случилось.
Гвендолин не успела ничего ответить. Они были настолько увлечены друг другом, что даже не услышали, как аккуратно приоткрылась входная дверь.
В комнату тихо скользнула Уэна. Заметив Серлина и Гвендолин, она замерла на пороге.
В ту же секунду влюбленные наконец услышали шорох, резко отпрянули друг от друга и испуганно уставились на вошедшую, готовые к самому худшему.
- Спокойно, это я, - прошептала Уэна, торопливо прикрывая за собой дверь.
Она ласково улыбнулась подруге, чтобы та перестала дрожать, но тут же посерьезнела и добавила, прижав палец к губам:
- Но, ребята, будьте аккуратнее. По коридору только что прошел служитель. Если вас опять поймают, директор живьем сожрет.
Напряжение в комнате тут же спало. Серлин облегченно выдохнул и коротко кивнул Уэне, безмолвно благодаря за предупреждение и за то, что она так надежно бережет их тайну.
Эльф уже собирался уходить, когда Гвендолин вдруг нахмурилась и мягко коснулась его плеча.
- Погоди, Серлин. Ты ведь говорил, что пришел сюда специально ради Уэны. Что ты хотел ей сказать?
Парень замер, словно наткнувшись на невидимую стену. Он медленно повернулся к Уэне, открыл рот, собираясь произнести что-то важное и тяжелое, но внезапно осекся. В его глазах промелькнула тень сомнения. Серлин сжал челюсти, с трудом сглотнул и резко перевел тему на то, что казалось сейчас самым безопасным.
- Да... Насчет экзаменов, - его голос прозвучал непривычно глухо. Он пристально посмотрел Уэне прямо в глаза. - Когда завтра начнется тестирование по контролю магии - выбери третий вариант в билете. Просто... третий.
Уэна удивленно приоткрыла рот.
- Почему? Серлин, откуда ты...
- Видение пришло, - отрезал он, не давая ей вставить ни слова. - Мне пора. Удачи.
Прежде чем девушки успели хоть что-то возразить или расспросить его подробнее, Серлин стремительно скользнул за дверь и растворился в полумраке коридора, оставив подруг в полной растерянности.
Прошло несколько часов. За окнами окончательно сгустились сумерки, и на Академию опустилась глубокая весенняя ночь. Стало душно, поэтому перед тем, как лечь спать, девушки приоткрыли окно, впуская в комнату прохладу. Ночной воздух оказался удивительно теплым. Из темноты доносился сонный щебет притихших птиц-бабочек и успокаивающий шум вековых елей. Вся Академия словно замерла в едином выдохе умиротворения.
Уэна и Гвендолин сидели на своих кроватях, поджав ноги. Атмосфера располагала к откровениям, но обеих не отпускала тревога.
- Серлин в последнее время очень странный, - нарушила тишину Уэна, глядя на колышущуюся ткань шторы. - Ты ведь тоже это замечаешь, Гвен? Он будто постоянно смотрит сквозь нас, словно видит то, чего мы не можем понять.
Гвендолин грустно вздохнула и обняла свои колени.
- Замечаю, - едва слышно ответила она. - Его дар псионика... Мне иногда кажется, что он тянет его на дно. Он стал говорить загадками. О каких-то шахматах, о вечной ночи. Я боюсь, Уэна. Боюсь, что его видения предвещают что-то ужасное.
Уэна подошла к подруге и мягко коснулась ее плеча, пытаясь отогнать гнетущие мысли.