Мой папа - дракон!

Глава 9

Я подбежала к занавешенному зеркалу, которое кот осторожно трогал, поднявшись на задние лапы.

– Вот! – воскликнул Сир Персиваль. – Вот тут шевелилось!

Аккуратно сняв ткань, я увидела лишь наше с ним отражение. Но почти сразу же зеркальная гладь качнулась, и за нами проступил человек.

Я даже обернулась от неожиданности. Никого.

Снова повернулась к зеркалу. Незнакомец стоял за нами, и был он не призраком, а совершенно реальным человеком. Высокий, солидный, серьезный, с редеющими рыжеватыми волосами и властным худым лицом, он смотрел на нас с нескрываемым интересом.

– Вот он, – едва слышно прошептал кот. – Вот же, говорю тебе!

Я сразу же прижала руку к груди и поклонилась так низко, как только могла.

– Здравствуйте, сир Гвейн! – сказала я, и призрак величаво качнул головой в ответ. – Меня зовут Ольга, и я, так вот получилось, из другого мира.

Призрак снова кивнул и растаял, чтобы через несколько мгновений возникнуть в зеркальной комнате во плоти. Я едва сдержала изумленный возглас – сир Гвейн, который шел к нам с котом, был настоящим! Я слышала звук его шагов, чувствовала запах хороших духов – это не могло быть видение.

– Король Элдред пытался избавиться от проклятия и запустил его вместе со своим огнем прочь из этого мира, – продолжала я, стараясь совладать с волнением. – Огонь попал в моего ребенка, когда я была беременна. Сейчас Элдред забрал нас с Мирославом сюда. И проклятие живет в моем мальчике. Прошу вас, умоляю вас, снимите его!

Некромант протянул руку и дотронулся до моей щеки. Пальцы были сухими и теплыми, настоящими!

Он не призрак. Он просто сделал вид, что умер, а сам занимается какими-то своими делами.

– Здравствуйте, Ольга, – голос у сира Гвейна оказался спокойным и насыщенным, словно у актера старой школы. – Всегда приятно увидеть такую самоотверженную женщину. Как вам этот мир?

– Пока никак, – призналась я. – Не успела еще познакомиться с чем-то, кроме наших комнат и карцера.

Сир Гвейн вопросительно поднял бровь.

– Как, вы уже и в карцер успели загреметь?

– Успела. Слишком настаивала на аресте Димарии. Она отправила моему Мироше свою змею, а мальчик дохнул огнем.

– Сколько ему лет? Около пяти?

– Четыре.

Некромант понимающе кивнул.

– Мое проклятие можно снять, да. Но у меня есть условия.

Я и не сомневалась, что есть. Такие, как этот некромант, ничего не станут делать просто так, по доброте душевной, потому, что мама просила за своего сына.

– Я готова, – решительно сказала я. В тот миг я и правда была готова на все. – Что вы хотите?

Сир Гвейн вдруг рассмеялся. Направился в сторону дверей, я потянулась за ним, и вскоре мы оказались в месте поуютнее. В маленьком зале мебель была без чехлов, в камине потрескивал огонь, а в одном из кресел лежали пяльцы с вышивкой. Некромант взял их, сел и произнес:

– Для начала я хочу, чтобы этот негодяй мой племянник, который по недоразумению носит корону, попросил у меня прощения. Он соблазнил мою жену и бросил меня в камеру.

– Мне сказали, что вы там умерли, – пробормотала я, покосившись на кота. Сир Персиваль лег на пол, развалился с поистине котовьим барством и сделал вид, что он тут вообще не при чем.

– Я сделал вид, что умер, – ответил сир Гвейн. Иголка в его руках двигалась спокойно и плавно – никогда бы не подумала, что некроманты занимаются вышивкой. Впрочем, вполне себе достойное увлечение, когда-то мужское, когда-то королевское. – Если вы видели мою камеру, то меня поймете.

– Так, король должен попросить прощения, – я загнула один палец. – Что еще?

Некромант усмехнулся.

– Пусть придет на кладбище и встанет на колени перед моей могилой. Пусть кается искренне, как грешник, который видит Господа.

– На колени перед могилой, хорошо. Что еще?

– Вашему мальчику четыре года, – сказал сир Гвейн. – Прекрасный возраст для начала учебы. Вы отдадите его мне в ученики и наследники. Детей у меня нет, так что я передам ему свой дар.

Вот тут у меня ноги подкосились, и я рухнула в кресло, с ужасом глядя на некроманта. А сир Гвейн смотрел на меня с мягкой лукавой улыбкой, словно пытался прочитать мои мысли и понять, что я решу.

– Вам в ученики? – только и смогла пролепетать я.

– Вы боитесь моего искусства, – произнес сир Гвейн. – Вокруг некромантии множество всяких глупых домыслов. Якобы я поднимаю мертвецов из могил и заставляю их работать на моих землях. Чушь!

Я машинально прижала заледеневшую руку к груди.

– А как…

– Некромант, например, это хороший врач, – сказал сир Гвейн. – Когда-то я был главным хирургом Генерального госпиталя, и не потому, что в родстве с королевской семьей. Видели бы вы, сколько операций я провел и сколько людей спас!

Сердце колотилось и не собиралось успокаиваться.

– Еще некромант это ученый, – продолжал сир Гвейн. – Исследователь теневых энергетических полей. Но я бы предпочел, чтобы ваш мальчик стал хирургом, как я. Практику я ему обеспечу, карьеру построю.

Я вздохнула и ответила:

– Элдред видит его своим наследником. Королем Моренхолла и всех земель Севера.

Некромант только рукой махнул.

– Элдред молод и силен. Освободит трон лет через пятьдесят, а что делать до этого? Портить девок, пьянствовать и морально разлагаться? Вряд ли вы хотите сыну такое будущее. К тому же говорят, что в руках государя целебная сила, вот ваш сын и будет исцелять. Иначе, – он вонзил иглу в канву, словно в живую плоть, – проклятие разрушит его. Мальчик и так не слишком здоров, как я понимаю.

Господи, помоги мне. Я перевела взгляд в окно, где снег шел ровной густой пеленой, и ответила:

– Хорошо. Я согласна.

Что мне оставалось делать?