Песня штормов. Трилогия

Извинившись, Стормсонг отошла от гостей, оставив мужчин на попечение дяди Джона. Личности одной закваски, общий язык они давно нашли, ещё летом. Пожалуй, надо возвести нечто вроде теплого павильона, способного вместить десятка два человек – судя по темпам, сегодня в Воробьином Луге соберётся вся окрестная верхушка. Так что имеет смысл заранее подготовиться.

Составить план в голове. Наметить опорные точки. Создать каркас. Проложить потоки. Привязать их к источнику энергии, маленькому кристаллу духов. Проверить схему. Наполнить её силой, воплощая задуманное. Убедиться, что всё получилось. Примерно по тому же принципу создать мебель – длинный стол полукруглой формы, две лавки, кресло во главе. Испытать созданное на прочность, цвет, прозрачность, устойчивость… Открыть глаза и взглянуть на творение, игнорируя воцарившуюся тишину позади.

Никаких заклятий. Только навыки, только понимание.

Там, где минуту назад лежал снег, находилось круглое здание. Наполовину прозрачные, голубоватые стены на высоте человеческого роста плавно перетекали в смыкавшийся наверху купол с небольшим отверстием для вентиляции. Вход прикрывала матовая пленка, мешавшая выходить теплому воздуху и препятствовавшая сквознякам. Окон не было, однако свет частично проходил сквозь стены и потолок, а ещё светилась мебель – такая же полупрозрачная, белая, твердая даже на вид. Анна прислушалась к ощущениям, кивнула, довольная выполненной работой, и приказала Мэри:

– Носи еду сюда. Если вдруг посуды не хватит, скажи, я сделаю ещё.

– А…ага! – выдавила обалдевшая служанка.

Впрочем, её госпожа уже развернулась к гостям.

– Господа! На улице немного прохладно, предлагаю пройти в зал.

Словно загипнотизированные, мужчины потянулись следом за ней к овальному входу в волшебный дом. Они были магами, не самыми слабыми и достаточно опытными. Они, в отличие от простушки‑Мэри, видели больше. На их глазах за несколько минут леди сплела из потоков ветра, воды и света полноценное здание, пульсирующее живой магией. Сотворила невозможное.

– Эм, леди, – откашлялся Айхен, подходя к входу, и осторожно проводя рукой по стене. – А долго ли эта беседка простоит?

– Пока структура устойчива, здание не рассыплется, – уклончиво ответила Сторсонг. Она сама не знала, и надеялась лишь, что успеет вовремя заметить признаки распада. – Так что вы, пожалуйста, по стенам и мебели сильно не стучите и заклятьями не кидайтесь.

– Как можно, домина!

Внутри оказалось тепло. Намного теплее, чем на улице, температура позволяла снять верхнюю одежду. Люди с удивлением смотрели под ноги, на пол, словно собранный из молочно‑белых плит, на поблескивающий потолок, проводили пальцами по стенам и светящейся крышке стола.

– Располагайтесь, кто где желает, господа, – повела рукой Анна, указывая на стол. – У нас, как видите, по‑простому. Обязательства перед его королевским высочеством не позволяют мне полноценно заняться обустройством поместья, поэтому пока так.

Её предположение подтвердилось – в течение следующих двух часов подтянулись другие знатные соседи. Вернее, те, кто владел своей землей, имел вассалов и находился с леди Стормсонг в достаточно хороших отношениях, чтобы явиться без приглашения. В городе, конечно, они бы сначала прислали слуг, но в сельской местности, тем более в Черном Кольце, более свободные нормы приличия. Они вполне допускают неожиданный визит, при условии, что хозяева не возражают.

В данном случае хозяйка не возражала. Ей хотелось развеять часть ходящих о ней слухов и запустить свои, выгодные в перспективе, поэтому Анна не пыталась как можно скорее спровадить гостей. Хотя, Спаситель знает, хотелось. Напряжение копилось в ней три с лишним месяца, иногда прорываясь вспышками эмоций и выбросами силы. От полноценной истерики спасали занятия консиенцией, привычка к контролю и понимание, что, если сейчас она психанёт, то завтра для неё может не настать. Ещё успокоительные настои, которые она в последнее время пила кружками, до определенной степени помогали.

Поэтому она вежливо сидела за столом, слушала ненужные ей сплетни, и тщательно давила раздражение, отвечая на заданные десятки раз однотипные вопросы. Изредка только выходила на воздух, якобы дать указания сновавшей туда‑сюда Мэри, напрягшей прочих женщин. На самом деле Анна урывала короткие мгновения, чтобы постоять в одиночестве. Не сказать, что сильно помогало расслабиться – она чувствовала присутствие едва ли не всех людей в округе – но всё‑таки помогало.

Здесь, в Кольце, за время её отсутствия ничего принципиально не изменилось. Несколько феодалов подрались друг с другом, несколько егерей принесли богатую добычу, в Ахене и других крупных городах алхимики изменили ценники на ингредиенты. Кто‑то женился, кто‑то умер, у одного известного волшебника жена сбежала с заезжим авантюристом. Говорят, рогоносец на радостях выкатил на дорогу бочку вина и бесплатно поил проезжающих. Самой главной новостью являлась Анна, а она сидела за столом и участвовала в разговоре – рассказывала о грядущей войне да слушала тосты в свой адрес.

До самого вечера. Пока соседи по домам не разъехались.

– Мэри, ты молодец, – похвалила она служанку, ощущая, как истаивает вдалеке присутствие гостей. Наконец‑то. – Хороший стол собрала. Я не думала, что у нас столько припасов есть. На завтра осталось? Завтра явятся те, кто сегодня не приехал.

– Само собой, леди! Если чего не хватит, я у Ницей или у Элис одолжу.

Элис – жена Фрэнка.

– Послезавтра поедешь в магазин, – подумав, приказала Анна. – Купишь специй и вина достойного. Сэр Джон скажет, какого. Скоро первый поток схлынет, и начнут приезжать с визитами те, кому положение не позволяет проявлять спешку. Фон Лесты, Крюгеры, Шантерены, священники разных конфессий. Надеюсь, в Ахен наместник или епископ меня не пригласят. Так вот, поить‑кормить аристократию обычной едой нельзя, надо что‑то особенное приготовить. Я помню пару рецептов, научу тебя им.

– Хорошо, миледи!

Окрыленная Мэри умчалась в павильон, собирать посуду и проводить уборку. Начарованное строение ей безумно понравилось, служанка с восхищением ахала, прикасаясь к стенам и мебели из неведомых материалов. Стормсонг для простоты обозвала получившуюся смесь особым видом льда, хотя на самом деле это был, скорее, воздух, воедино спрессованный тончайшими энергетическими полями.

– Сама не поедешь? – тихо спросил дядя Джон.