Это не Отбор!

- 8 -

Я снова тонула.

Дезориентированная. Испуганная. Не подготовленная.

Платье мгновенно превратилось в смертельный капкан. Пространство вокруг сжалось удушающей петлей. Пучина леденящего мрака жадно вцепилась в сопротивляющийся разум.

Совсем недавно я точно также боролась внутри круга на испытании истиной. Но там на стреме стояли секунданты, солнце озаряло прозрачную гладь, пронизывающими лучами света указывая путь к спасению, и я знала, что меня спасут. Здесь надеяться было не на кого.

В безумной попытке я потянула липнущую ткань платья с плеч. Тяжелый смертельный капкан. Ворот уже свободен. Пуговицы остались в кармане. Расстегнуть еще парочку застежек и вот он – путь к свободе. Только вот руки будто в цепях. Пуговицы мелкие, скользкие. Пальцы будто не мои, немеют и не слушаются.

Дернуть рукава. Те не поддаются. С тем же успехом когда–то натягивала джинсы скини на влажное после душа тело. Конечная ловушка, из которой не выбраться.

В отчаянье я замолотила руками, рванула вверх, сквозь сопротивление воды, нежелающей отпускать законную жертву. Но, то ли адреналин прибавил сил, то ли магия решила помочь, но устремилась я в нужную сторону. Поверхность поползла стрелкой на дешевых капронках в двадцать ден. И будто бы спасение. Но только я попробовала сделать вдох, как что–то облепило мне лицо, лишая возможности дышать.

Западня.

Паника прорвалась наружу.

Я слепо завертела головой: тьма оставалась моим спутником.

Законы физики потянули обратно вниз.

Будто выброшенная на берег рыба я раскрывала рот, чтобы поймать немного воздуха. Что–то склизкое мазнуло по губам. Я дернулась. Вода тут же воспользовалась моей непредусмотрительностью.

А потом преграда исчезла, на прощание пройдясь по лицу и волосам чем–то напоминающим мокрую ветровку. Вокруг моей руки что–то сжалось, потащило вверх и в сторону. Кожу коснулся обжигающий холодок такого ранее ненавистного ветерка, что сейчас воспринимался почти благословением.

Воздух.

Я сделала пробный глоток и тут же закашлялась.

Нога чего–то коснулась, и я едва сдержалась от крика, запоздало понимая, что возможно почувствовала дно. Я тут же попыталась встать, но неустанная сила продолжала тащить меня дальше, пока ладонь не зашкрябала по камням.

Хватка исчезла.

Оставшийся метр до берега я проползла самостоятельно.

Земля. Я была на земле. Как минимум на твердой поверхности. Этот факт мне позволила установить галька, впившаяся в коленки. Я была рада этой боли гораздо больше, чем той, что раздирало горло, пока легкие делали попытки исторгнуть себя наружу.

Когда кашель остановился, я перевернулась на спину, плюхнулась на землю и, наконец, увидела звезды. Оказывается, я вовсе не ослепла. На улице ночь и только редкие фонари подмигивают между делом, напоминая о существовании человеческой цивилизации.

С наслаждением я сделала глубокий вдох сладкого воздуха. В нос ударил гнилостный запах тины и застоявшейся воды. Я поморщилась.

– Ты сорвалась?

Вопрос прозвучал так неожиданно, что я едва не подскочила на месте, хотя минуту назад вроде понимала, что тащит меня к жизни не волшебный дух, спасающих утопших, а кто–то весьма материальный.

– Да, да, – растеряно отозвалась, вскинув голову. – Спасибо.

Тусклый свет фонаря, стоявшего неподалеку, выхватил невысокую девичью фигуру, держащую непонятную поблескивающую тряпку. Лицо скрывала ночь и, даже прищурившись, я не могла определить, знаю ли нежданную спасительницу.

– Не удержалась? – продолжила любопытствовать она, подтянув подол юбки чтобы отжать. Девушка полностью промокла, и лишь тугие локоны, собранные на затылке в хвост, сохранили стойкость. – Я сама каждый раз чуть ли с ума не схожу, балансируя на этих веревочных перилах.

Я кивнула, еще не совсем понимая, с чем соглашаюсь, но, когда взгляд скользнул в сторону, все встало на свои места.

Над нами нависал мост. На вбитых столбах, удерживающих канаты на краю возвышающегося утеса с одной стороны и с другой, внизу – на островке, пятна света расползались по дощечкам ледяной синевы.

Фейврис скинул меня прямиком в озеро неподалеку от курируемого им сектора. Только вот со временем смухлевал. А странная преграда, расплывающаяся на поверхности воды…

Заметив мое пристальное внимание, девица подняла блестящую материю, повертела в руках.

– Он мужской, – севшим голосом произнесла она, протянув сжимаемую тряпку, оказавшуюся на поверку мантией.

На мой взгляд все эти плащи были унисекс, но говорить я этого не стала. Язык уже обеспечил меня небольшим списком недоброжелателей. Пора бы его немного прикусить.

– Мне его одолжили, – приняла я находку, из–за которой чуть преждевременно не оставила какого–нибудь потенциального счастливца вдовцом.

Двойная попытка Фейвриса от меня избавиться или… черт, да я сама утащила мантию, когда попробовала перехватить предполагаемое божественное оружие.

Обокрала бога… Чудесно.

– Кто? – Требовательно спросила девушка. – У секундантов нет плащей. Цвета заинтересованных не могут повторять дегкон во время Отбора.

– Какая разница? – не поняла я. – Что ты вообще делала на мосту посреди ночи?

Несколько мгновений девушка хранила напряженное молчание, потом отошла к ручному фонарю, который очевидно оставила себе в качестве маячка, рванув за мной в воду, и ткнула его мне в лицо.

– Я тебя помню, – похолодевшим голосом произнесла она, позволив проявиться всем оттенкам сожаления, что спасла меня. – Дробь. Пшик.

Я же в свою очередь сообразила, кого вижу перед собой.

Не успела я вымолвить ни слова в оправдание, как девушка развернулась и бросилась к незаметной тропинке, изгибающейся вдоль утеса. Понимая, что рискую остаться в полной темноте на узкой кромке берега, я устремилась за ней.

Обычно я не тот человек, от которого кто–то убегает. Да, репутация у меня не ахти, но не до такой же степени, чтобы бояться опорочить себя, просто стоя рядом. Брось, подруга, ты уже дотрагивалась до меня, когда тащила из воды.

– Шарлотта! Лотти! Стой!

Я не помнила, кого именно из близняшек смыло, как и меня, водой. И возможно, было не лучшим вариантом напоминать о сестре, лишившейся дегкона вместе с перспективным будущим.

От моего выкрика девушка припустила еще быстрее, выставив фонари вперед и лишая меня последних крох света на скользкой от микроогрганики каменной лестнице. Я – за ней.