Это не Отбор!

- 4 -

Слишком много.

Слишком внезапно.

Слишком неправильно.

Я помнила наш первый настоящий поцелуй в гостинице Крейстана – далекого экспериментального мира Золотой оси. Мягкий. Трепетный. Наполненный болезненной нежностью. Осторожные прикосновения. Неуверенность. Опасения причинить вред. Безмолвная мольба о большем. Взгляд, затуманенный потусторонней тоской по мне, будто бы нас все еще разделяет сотни миров. Дрожь моего тела, его тяжелое дыхание и категорическое «нет, моя запутавшаяся Дробь, это будет равносильно принуждению».

Сейчас же все было не так. Вместо того, чтобы ощущать себя в руках Врага дорогой хрустальной статуэткой, что может разбиться от чересчур громко вздоха, в то время как сознание буквально разрывается от ясности и от остроты реальности, внезапно ставшей кристально чистой, я вновь почувствовала себя героиней дешевой драмы. Одной из тех, где возрастной рейтинг позволяет крутить ее в дневное время.

В той страсти, с которой Тинхе впился в мои губы, не было ничего. Похоть без намека на какой–либо оттенок эмоций. Механизм движений, напоминающих грубую прелюдию. И все это какое–то посредственное. Однотональное. Абсолютно нехарактерное для Врага, у которого каждое слово имело двойное дно, десяток подтекстов, сотню тайников и тысячу эмоциональных оттенков.

Пресно.

Картонно.

Показушно.

Где–то на заднем плане послышался шорох раздвигающегося полотна.

– Хва… тит… – попыталась пробиться сквозь настойчивость Странника.

Он опять это сделал. Великий, чтоб его, лэйтарский комбинатор.

Приятно, когда тебя желает мужчина, который тебе симпатичен. И совсем нет, когда это желание он воплощают на глазах конкурента.

Стоп, Фейврис не конкурент.

Он недобог, который привел меня на съедение дракону.

– Умолкни, женщина, – хрипло прорычал… кто? Враг и Тинхе так точно не выражались.

Дракон.

Слова и действия мужчины в черном разом обрели смысл. Лэйтарец в привычной для себя манере помогал мне следовать легенде. Да, он мог просто сказать, что сюда идет Фейврис, давай изобразим как злобный деспотичный дракон расправляется со своей жертвой, но, видимо это было бы слишком скучно для его полубессмертной сущности. То есть, я очень сильно надеюсь, что таким образом он развлекает именно себя, а не меня.

Вежливое покашливание из глубины шатра.

Медленно и неохотно Тинхе отстранился от моих губ и повернул голову в сторону нежданного гостя. Лицо его в этот момент напоминало хищную звериную маску.

– Вынужден побеспокоить, эрм, – слова Фейвриса складывались в тягучую мелодию, оставляющую на коже липкие следы, которые хотелось побыстрее стереть жесткой мочалкой, – кандидатке пора возвращаться.

Вот она была иллюзия страсти, вот не осталось даже ее.

Враг разжал ладонь, освобождая мои запястья, следом исчезла тяжесть чужого тела. Я получила возможность вздохнуть полной грудью и осознать, что ворот платья вновь распахнут, а юбка задрана до середины бедра.

Когда успел? А я где была?

– В самом деле? – С завораживающей грацией змеи Тинхе поднялся. – Но моя спесивая кандидатка еще не успела продемонстрировать все свои достоинства.

Я злобно сощурилась, одергивая край юбки.

Значит, это я не успела? А кто из нас болтал не по делу, строя из себя недотрогу?

– Мы не властны над рассветом. – Отозвался Фейврис. «Ты не властен, – мысленно огрызнулась я, поскольку только на это и была способна». – Собирайтесь, эрми Дробь.

Кое–как бочком сползла с подушек и, продолжая держать обоих мужчин в поле зрения, поднялась. Поймав отражение в одном из зеркал, я с удивлением обнаружила, что Тинхе нагло врал.

Опухшие губы, всклоченные волосы, пылающий румянец, смятая в нужных местах одежда. Даже взгляд такой характерный. Загнанный, озлобленный, стыдливый.

Выглядела я именно так, будто продемонстрировала все возможные достоинства, да не один раз. Или же у Врага слишком завышенное представление о моих скрытых талантах.

– Как жаль, – Тинхе большим пальцем провел по губам, следя за тем, как я непослушными пальцами возвращаю наряду прежний вид. Сам же мужчина не спешил вносить изменения. – Такая прыткая.

Тем временем, недобог с интересом оценивал обстановку. Разбросанные подушки, перевернутые на столе чашки, какие–то бусинки на ковре. К последним я пригляделась, прижала руку к груди и ощупала воротник. Прошипела сквозь зубы ругательства, и опустилась чтобы подобрать сорванные пуговицы.

Что за манера портить людям одежду? Клод с этим недобгом, Враг–то точно осознавал свои действия. Намеренно сорвал и отбросил. Не может играть в половину силы, нужно спектакль показать от начала и до конца.

– Как неловко, я испортил кандидатке наряд? – С наигранным сочувствием уточнил псевдодракон. – Это же не помешает ее участию? Я покрою расходы и пришлю эрми достойную замену.

– Это будет для нее большой честью, – рыжий блеснул жемчужной улыбкой.

Когда я поднялась с колен, во мне бурлила смесь из смущения и негодования, приправленных толикой страха. Все эти эмоции были моментально пойманы и опознаны Фейврисом.

Он одарил меня противной усмешкой. Мол, прекрасно понимает, что тут со мной делали, нет смысла скрывать.

Я отвела взгляд.

Ох, приятель, твоя жалкая фантазия не в силах представить хотя бы одну сотую того, что тут со мной творили. Твоей бы версии событий я бы даже порадовалась. А ты, дорогой мой Враг, покупкой наряда не отделаешься – для тебя оно раз плюнуть. Следующую вещь, которую я порву, лично заштопаешь.

– Ну, как? – подтолкнул меня к выходу Фейврис, посмеиваясь. – Оценила пристрастия гурмана?

Я не отреагировала на дурацкий вопрос.

Очень резко на меня опустилась усталость. Даже присутствие рядом потенциальной опасности не помогало взбодриться. Впрочем, недобог остался доволен реакцией, которая, видимо, вполне соответствовала его представлению о том, как я должна себя чувствовать и вести.

Миновав порталы, башни и мосты, я оказалась в шатре кандидаток, где, наконец, смогла придаться сну. То есть, думала, что смогу. Мысли не давали сомкнуть глаз и унестись в царство Морфея. В голове крутились слова Тинхе. Я пыталась отогнать их в сторону и сосредоточиться на важных вещах, вроде тех, как достать оружие против богов, прекратить похищение Избранных и что же делать с Отбором, но то и дело возвращалась к оброненной фразе, цеплялась за нее и заново прокручивала весь диалог.

Я и вправду допустила оплошность.