Страница 130 из 151
Мимолетное сомнение обозначилось в карих глазах, но, непривыкшая сдавать позиции, Лоиз выдвинула свою теорию:
– Она тонко чувствует Предназначение.
Такое может быть? Может.
– Я как–то не обращала внимания, но ты очень хорошая подруга. Как человек – так себе, а как спутница для главной героини – самое то. – Протянула я, заново составляя профиль темноволосой кандидатки. – Сильная. Смелая. Готовая отстаивать субъективную правду в ущерб здравому смыслу.
Девушка сощурилась.
– Не знаю, чего ты добиваешься, но попытка морального давления делает тебя еще более жалкой и ничтожной, чем ты есть. Священный поединок – сложнейшее из испытаний. Его не пройти обманом или с чьей–то помощью. – Стрельнула она взглядом сначала в сторону эрм Амаранта, потом в Виоланту. – Не позорься, кандидатка. Вон обрыв. Прими поражение достойно. Закончи Восхождение до того, как мне придется испачкать о тебя руки.
– Что–то не припомню, чтобы на испытании Истиной ты приняла достойно свое поражения. Ты, блин меня в воду сбросила. – Хмыкнула я. – Но, спасибо за информацию. – Лоиз хотела что–то возразить, но я уже спешила к другой части дегкона.– Извините. Буквально минутка. – Предупреждающе выставила ладонь, прикрываясь от возмущенных взглядов дракониц, не оценивших мое появление на своей территории. – Шарлотта. Ты знала Шарлотту до Отбора.
– Что ты творишь? – Прошипела Виоланта.
– Проверяю, насколько сильно я тупею, когда в моей жизни появляется мужчина. – Присела на корточки напротив брюнетки. – Итак, Шарлотта? Или, Лотти. Есть ощущение, будто она в одно мгновение стала совершенно другим человеком?
– Я не знаю, на что ты намекаешь, но Отбор – стрессовое мероприятие, а проявленная сущность – особый организм, который влияет на носителя. Конечно, некоторые кандидатки начинают вести себя странно.
– К тому же переходный возраст, влюбленности, Предназначение. – Продолжила я.
– Внутренняя гнильца. – Согласилась Виоланта.
– И все же, есть разница между «проявила свою истинную сучность» и «абсолютно иная личность, которая реагирует странно, не узнает своих давних друзей и мешкается, когда дело касается обычных для Аркх’ана вещей?
Виоланта задумчиво потерла подбородок.
– До нашего берега доходили некоторые слухи. Маленькая лицемерка только и делала, что плакалась о несправедливости любви, игнорируя потерю собственной сестры. Я к тому, что ее близнец стала изгоем, а она о том будто забыла! Это не в ее стиле. – Развела руками кандидатка драконов. – Но зачем тебе это? Ты же выходишь против Лоиз.
Я оставила замечание без ответа. Лишь поблагодарила Виоланту, за что заработала очередную порцию взглядов от дракониц, на этот раз удивленных, и вернулась к лекарям.
– Значит, я токсичная, да? – Побарабанила по рукояти меча, сверля взглядом Шарлотту, потом обернулась к златовласому спасителю моих нервов. – Эрм Розид, а в вас случайно не просыпается странное, ничем необъяснимое желание относительно той девушки на платформе? Типа защитить, обнять, украсть лучшие годы ее жизни? Вы успели переосмыслить жизнь и влюбиться с первого взгляда? Просто, мне очень надо, понимаете?
Где–то рядом воздухом поперхнулся эрм Амарант. Я проигнорировала это. Ибо нефиг ревность разводить. Сам сказал, что обязательствами себя связывать с Шарлоттой не намерен. Не удивляйся теперь, что тебя в расчет не берут.
– Нет, эрми Дробь.
– Плохо. – Резюмировала я. – Теряю хватку.
Соображай, Дробь. Время на исходе. Твоя дуэль с Лоиз завершающая. Новых кандидаток не появилось. Это почти финал! Ищи ответ, срочно! У тебя на руках уже должен быть влюбленный дракон и непомнящая себя богиня. Хотя бы один из них.
– Вы думаете Дракон был прав в своей любви к богине? – спросила, в безнадежной попытке докопаться до истины.
– Я думаю, он был молод, импульсивен и глуп. Впервые ощутив неведомое и непонятное ему чувство, он не смог с ним справиться. Он мог закончить войну в любой момент. Богиня просила его об этом. Она не желала любви ценой жизни близких. Он ее не послушал. – Мужчина опустил взгляд на сомкнутые пальцы. Одна из пар звенящих клинков стихла. – К сожалению, это унесло жизни многих. Мы до сих пор пожинаем плоды его эгоизма. А теперь, ваша очередь.
– Чего? – икнула я.
Лекарь кивнул на платформу, дав мне возможность застать момент, как Шарлотта расправляется с конкуренткой. Один толчок и победа.
У меня же осталось секунд двадцать, чтобы разобраться с многовековым проклятием Аркх’ана, но выводы, к которым я пришла, делали ситуацию только во стократ хуже.