Страница 99 из 108
Глава 50
Яр не знал, что сталось с Бахамутом. В одном не сомневался: хитрый карлик выкрутится из любой, даже самой безнадёжной ситуации. Сбежит, исчезнет, заболтает насмерть. В крайнем случае – взорвётся, знатно опалив врагов флагерейтом. С него станется…
Зяблик – другое дело.
Неприятности липли к ней, как к корове репья, и произойти с бедовой девкой могло всё что угодно. Хотя, если поразмыслить, вариантов имелось не так уж и много.
– Скорее всего, Хотеней скрутит её в бараний рог, чтоб не рыпалась, и отправит к жениху под конвоем, – рассуждал Марий, пока они пробирались по тёмному каменному тоннелю, где гулко капала вода. – Или использует право первой ночи: как никак, он сюзерен, им это позволено. А если девчонка начнёт упираться – прикажет колдунше наслать на неё паралич, и дело с концом. Так или иначе, с девством Зяблику придётся распрощаться.
Яромир мрачно взглянул на товарища. Потерять девственность и лишиться жизни – две большие разницы, как сказал бы Бахамут. От пежинья ещё никто не помирал [1].
– Да? – Полумесяц ехидно вскинул бровь. – Скажи это той, чья лунница у тебя на груди.
– Оляна сама выбрала свою судьбу.
– Вот именно. – Взгляд Мария потемнел. – Зяблику такой возможности никто не предоставил. Её лишили права выбора.
Ледорез ругнулся.
– Хватит, – шикнул, злобно зыркнув на покойника. – Я спасуном не нанимался. Сделаю, что обещал – доставлю к Великомудру, а дальше трава не расти. Моё дело – в библиотеку попасть. Остальное побоку.
– И на том спасибо, – буркнул Полумесяц без особого одобрения и кивком указал за поворот. – Смотри, за нишей ещё одна лестница.
Подниматься пришлось долго, а потом так же долго кружить по лабиринтам переходов: внутри тюрьма оказалась такой же бестолковой громадиной, как и снаружи. Кто вообще её строил? Ущербные? Тупик на тупике…
Оказавшись в очередном глухом коридоре, Ледорез выругался, харкнул под ноги и душевно, с оттяжечкой вдарил по стене кулаком.
Вот же погань!
– Девчонка должна быть где-то здесь, – хмуро проговорил Марий. – Хотеней не стал бы держать княжну на нижних уровнях. Как ни крути, она не просто пленница, а будущая супруга владетеля Закатной гряды.
– Выше лестница не идёт, – угрюмо буркнул Яромир. – Придётся вернуться.
– Погоди, – остановил Полумесяц. – Что-то здесь не так. Смотри. Видишь? – он указал на длиннющий узкий проход левого крыла, который точно так же упирался в стену. – Ни одной двери. Кому нужен этаж из одних коридоров?
Ледорез нахмурился: Марий, как всегда, зрил в корень.
Яр окинул кладку пристальным взглядом и задумчиво провёл ладонью по идеально ровной стене. Ни единой выщерблены.
Подозрительно…
Если здесь и скрыты потайные ходы, придётся попотеть, чтобы их отыскать.
– Смотри по швам, – посоветовал Полумесяц. – Я пройдусь по правой стороне.
Они скрупулёзно проверяли пядь за пядью. Яромир изо всех сил напрягал слух, надеясь расслышать шорох, плач или приглушённый разговор, однако не различил ничего, кроме тихого попискивания мышей. Но и этого было достаточно: вездесущие грызуны шарились где-то там, за стенами. А значит…
"Здесь, – понял Яр. – Ход где-то рядом".
Он постучал по стене. Прислушался. Постучал снова. Потом опять. Опять, и опять, и опять… Когда звук стал более гулким, Ледорез принялся ощупывать камни, надавливая на них пальцами. Яр не впервой искал тайную дверь, и точно знал, что надо делать.
– Есть, – шепотом кликнул он Мария, когда очередной булыжник утонул под ладонью, и стена с грохотом сдвинулась на пол-ярда. – Сюда.
Они скользнули в узкую щель и погрузились в густую, точно патока, тьму. Яромир споткнулся и тихо выругался.
Погань!
Грёбаная лестница, порви её гоблины! Ещё чуть, и он кубарем полетел бы вниз.
– Цел? – Полумесяц почти полностью слился с полумраком, только лунница на груди слабо поблёскивала.
– Цел, – буркнул Ледорез. – Пошли.
Идти пришлось долго. Пролёт за пролётом, виток за витком. Ниже, и ниже, и ниже…
– Похоже, мы на пути в преисподнюю, – пробормотал Марий, когда они прошли, наверное, не меньше версты. Поначалу Яр пытался считать ступени, но за тысячу сбился и бросил неблагодарную затею. – Воняет, как в бесовском котле.
Яромир сильно сомневался, что Полумесяц когда-нибудь нюхал бесовский котёл – хотя кто их, призраков, знает, – однако от смрада, поднимавшегося из мрачных глубин подземелья, слезились глаза, к горлу подкатывал ком, и хотелось выблевать всё, что имелось в желудке.
Хорошо, что он давно не ел.
Лестница упёрлась в низкую дверь.
– Гляди-ка, не заперто! – удивился Полумесяц и бросил на Яромира цепкий взгляд. – К чему бы это?
– К проблемам, – мрачно ответствовал Ледорез и медленно вытащил кинжал из ножен. Если тайную дверь оставили открытой, это могло значить только одно…
Там кто-то есть.
И если это Зяблик…
Яр не вошёл – просочился, бесшумно двигаясь на полусогнутых. Однако он ошибся. В просторной, мрачной, подсвеченной лишь мерцанием колдовских камней зале не было никого.
Никого, кроме…
– Матерь небесная! – охнул Марий. Он попытался даже ухватить Ледореза за руку, но Яр ничего не почувствовал. Зато увидел.
Стены, потолок и арочные своды покрывали мёртвые тела, сшитые между собой грубыми стежками. Трупы блестели, будто их обмазали смоляным раствором. Остекленелые глаза тупо пялились в пустоту.
На длинных столах громоздились шеренги разнообразных сосудов из чародейского стекла. В одном Яромир разглядел отрубленные пальцы. В другом – вырванные языки. В третьем – мужские достоинства…
Тьфу ты, погань!
– Что это за место? – прохрипел Марий.
"Уж точно не престольная зала", – подумал Ледорез и продвинулся вперёд, ничтоже сумняшеся прихватив с ближайшего стола мерцающий камень – хоть какой-то да свет.
Части тел на гигантских разделочных досках, чёрные свечи, колбы, полные подозрительных булькающих субстанций, начертанные кровью зловещие символы… и вонь. Жуткая, тошнотворная, сбивающая с ног вонища.
– Чёрная магия. – Полумесяц озирался вокруг. Потемневший взгляд покойника скользил по руническим письменам, над которыми болтались гирлянды кишок. – За такие выкрутасы в наших краях на кострах жгут.
Яр хмуро кивнул. Жгут, коли владетель прознает. А тут, похоже, сам князь в деле. А это чревато…
Ледорез прищурился.