Страница 98 из 108
Ледорез мог видеть только ноги, но не сомневался, что рябая рожа барыги пошла пятнами.
– Вот и славно, – отозвался Хотеней. В том, что это был именно он, сомневаться не приходилось. – Как рассветёт, пришли сюда бояричей да гридинов из старшей дружины. Пускай ходят каждый день. К празднику Жатвы все поляницы должны быть брюхаты, и если хоть одна не понесёт – пеняй на себя: отвечать будешь лично своей головой. Понял?
– П-понял… – промямлил тюремщик, а Яромир заметил, как рука Синегорки судорожно сжалась в кулак.
– Ну, коли понял, исполняй. А ежели кого мужская сила подведёт, пошлём за Согодаевой бабкой: от её варева даже у столетних старцев кровь кипит, как у жеребцов. К тому же, самому Согодаю она уже без надобности.
Хотеней усмехнулся, а тюремщик загоготал в голос, с готовностью поддерживая хозяйскую шутку. Правда, мгновенно заткнулся, едва князь изволил заговорить.
– Делай, что должен, – сухо бросил могущественный владетель Перелесья. – А я покамест с юной княжной потолкую. Вразумлю малость, а то совсем от рук отбилась. Позабыла, видать, где её место. Но мы это быстро исправим.
Он тихо хмыкнул, и тюремщик снова заржал, аки конь.
– Кстати, кто там, в лачуге твоей? – небрежно бросил князь, когда они уже направились к выходу. – Соглядатаи доложили, у тебя визитёр.
– Визитёр, ага, – не стал отрицать рябой, и Яромир стиснул зубы, готовясь к худшему. – Знакомец проездом. В пути дождь застал, вот я и пустил бедолагу сночеваться по доброте душевной.
– Лишнего не болтал? – строго спросил Хотеней.
Ответа не последовало. Видимо, барыга молча помотал головой.
– Смотри мне, – грозно пророкотал князь, но тут же смягчился. – Пошли. Только запри всё как следует.
Тяжёлая дверь захлопнулась. Звякнули ключи. Скрипнул засов. Лязгнул замок… и Синегорка вскочила с лежанки, сверкая чёрными глазищами.
– Ты слышал? – зашипела она, хватаясь за голову. – Слышал?
– Слышал, – откликнулся Яромир, выползая из-под коек. – Не глухой.
– Проклятье! – рыкнула воеводица и пнула лежанку. – Моих дружинниц превратят в свиноматок!
– Не превратят. – Ледорез сунул ей в ладонь заветный ключ-скелет. – Держи. Разбудишь сёстёр и снимешь оковы. Когда придут люди Хотенея, дай им утратить бдительность: подпусти ближе, а уж потом… – Он выразительно чиркнул большим пальцем по горлу. – Оружие у них заберёте. Дальше – сама сообразишь.
– Стой! – она схватила его за локоть, и Яр напрягся. Нахмурился. Неужели начнёт просить о помощи? Это она-то?
Однако тревоги не оправдались: гордая богатырша осталась верна себе.
– Я в долгу перед тобой, наёмник. – Босая, простоволосая, Синегорка выглядела невероятно воинственной и опасной.
– Сочтёмся, – буркнул он. Пошарил в кармане и извлёк лунницу. – Вот. Оляна просила передать.
Об обстоятельствах, при которых подвеска оказалась у него, Яр тактично умолчал. Да и времени не было рассказывать. Ни рассказывать, ни расспрашивать. Увы…
– Оставь себе, – хрипло отозвалась воеводица и помрачнела. Сообразила, видать, что к чему. – Наш оберег придаст тебе силы и отвадит беду. Ступай, наёмник. Спасай княжну. Я справлюсь.
Он кивнул и двинулся к двери. А как дошёл – выматерился, помянув всех чертей и их матерей вкупе с прабабками: оказаться запертым изнутри в подземной темнице – сомнительное удовольствие.
Погань!
Жаль, от ярости морёный дуб не горит, а то давно полыхал бы. Эх…! Придётся выбивать или снимать с петель.
– Один до утра провозишься, – изрёк Марий.
– Знаю.
– Что? – Синегорка уставилась с подозрением.
– Ничего. – Яромиру пришла в голову затейная мысль. – Твоя сила при тебе?
Чернокудрая богатырша криво улыбнулась и выгнула бровь.
– Есть смысл проверить. – Она поплевала на ладони и, хлопнув, потёрла их друг о друга с великим азартом. – Только как выйдешь, дверь обратно приспособь.
Яр хмыкнул. Хорошая она всё-таки баба.
– С шикарными крепкими икрами, – мечтательно выдохнул Полумесяц.
1. Чудодей – фокусник.