Страница 53 из 108
– Согласна! – просияла упырица и, прыгнув на стену, поползла по ней, точно муха. Добравшись таким макаром до окна, она развернула голову на полный оборот и оскалилась, изображая улыбку. – Не скучай, мой сладкий бычок. Я скоро вернусь, и мы будем любить друг друга вечность.
– Это она тебе, – шикнул Бахамут.
Яромир догадался об этом и без подсказки. Вот же…
Погань!
В любом случае, что бы там не затеяли оборотень и вампирша, ему плевать. Он не жеребец на ярмарке, и даже уже не наёмник. Никто больше не станет распоряжаться его жизнью. Никто и никогда.
Ледорез скользнул глазами по спящей Хозяйке. Вид её никак не изменился. Даже трупы в гробу выглядели лучше.
– Она выживет?
– Вашими молитвами! – фыркнул Бахамут. Смешно переваливаясь с одной короткой ноги на другую, он доковылял до шкафа в углу и принялся перебирать пузырьки на полках. Откупоривал склянку за склянкой, нюхал, морщился и матерился.
С улицы донёсся грохот, крики и проклятия. Похоже, схватка началась.
– Эй, громила, – позвал трепясток. – Достань-ка во-о-он ту бутыль. И окно закрой, слишком от этих двоих много шума.
Яромир выполнил просьбу. Прежде чем сомкнуть ставни, высунулся, но поединка так и не увидел: Люсинка и Лютень сражались во дворе, а окно выходило в сад.
– Эй, чего застрял? Боишься, что рыжая поганка победит и залюбит тебя до смерти?
Ледорез не ответил. Молча протянул карлику требуемую посудину. Бахамут вытащил пробку, поводил носом у горлышка и просиял:
– То, что надо!
Он принялся деловито смешивать содержимое разных флаконов и склянок. В конце добавил пару капель из добытой Яромиром бутылки. Месиво забурлило и ухнуло, плюнув синим дымом.
– Отлично. – Трепясток присел на край постели и осторожно напоил Хозяйку получившимся снадобьем. – Вот так, госпожа моя. Вот так. Скоро станет лучше.
Яр внимательно наблюдал за процессом. От чувства вины противно сосало под ложечкой. Как ни крути, Хозяйка примчалась к нему на выручку. Не затей он свой глупый побег, ничего бы не случилось. А теперь…
– Могу я… – начал он и кашлянул: в горле противно запершило. – Могу я помочь?
– Ты – человек катастрофа! – Бахамут сердито зыркнул на него. – Вредитель, каких поискать! Ты едва не прирезал меня, обезглавил Лютеня, обжёг серебром красавицу Люсинку и чуть не угробил нашу госпожу!
Если трепясток хотел его пристыдить – ничего не вышло. Яр спокойно выслушал тираду, развернулся и зашагал к двери.
– Эй! Ты куда это направился? – взвился карлик. – Кто, по-твоему, в дозор пойдёт? А?
"Какой ещё дозор?" – подумал Яромир, хмуря брови.
– Владения таки надо регулярно проверять, – пояснил Бахамут, не слишком скрывая, что читает мысли. – А кому их проверять? Кому, я спрашиваю? Госпожа наша сударыня Хозяйка лежит при смерти – по твоей, между прочим, милости, – Лютень сцепился с вампиркою, а это, поверь, надолго, я врачую, аки проклятый, а Когтеслав, свет, Долгоусович, обеспечивает здоровый сон. Кому проверять, я спрашиваю? Некому! А вдруг там уже бояричи напали и лес жгут? Или мавки из болота повылазили?
Ледорез медленно моргнул, постепенно догадываясь, к чему клонит карлик.
– Я не на службе, – тихо, но твёрдо проговорил он. – И ничьим приказам не подчиняюсь.
– Мама дорогая! – Бахамут всплеснул руками. – Подержите мой арбуз! Да кто тебе приказывает? Да никто не приказывает! Сам же помощь предложил, и сам же рогом упёрся. Невежа!
Глухо матерясь, Яр вышел из опочивальни. Путешествие на край света откладывалось на неопределённый срок…