Гостья

Брандт не сводил с меня подозрительного взгляда. Иэн вернулся, принес одновременно завтрак и обед. Стало полегче. Он весь перепачкался, пока собирал вещи, готовясь к эвакуации – что бы это ни значило. Брандт коротко объяснил, зачем он здесь. Иэн насупился и стал похож на Кайла. Он притащил еще одну койку и поставил рядом с моей, заслонив меня от Брандта.

И вертолет, и недоверие можно вытерпеть. В обычный день – если любой день, проведенный здесь, можно назвать обычным, – эти неприятности доставили бы мне сильные мучения. Сегодня же они не значили ничего.

В полдень Док отдал Уолтеру остатки бренди. Вскоре после этого Уолтер начал ворочаться, стонать и задыхаться. Он до синяков сжимал мои пальцы, но стоило попытаться убрать руку, его стоны переходили в пронзительный крик. Я вышла лишь один раз, в туалет. Брандт увязался за мной; Иэн решил пойти с нами. Всю дорогу я почти бежала, но к нашему возвращению стоны Уолтера превратились в звериный вой. На лице Дока было написано страдание. Как только я заговорила с Уолтером, тот притих – решил, что жена рядом. Ложь во спасение. Брандт раздраженно фыркнул, но я знала – он не прав. Уолтеру больно, ему надо помочь. Остальное не имеет значения.

Уолтер корчился и стонал. Брандт метался в дальнем углу, не находя себе места.

Вечером пришел Джейми, принес еду на четверых. Я попросила Иэна поскорее увести мальчика на кухню и взяла с него слово, что он заночует с Джейми, чтобы тот не прокрался сюда, ко мне. Уолтер заворочался и душераздирающе закричал – видимо, потревожил сломанную ногу. Нельзя допустить, чтобы эта ночь запечатлелась в памяти Джейми; довольно того, что мы с Доком запомним ее на всю жизнь. И Брандт, наверное, тоже, хотя он изо всех сил старался не обращать внимания на умирающего – затыкал уши и фальшиво напевал.

Док не пытался отстраниться; он страдал вместе с Уолтером. Крики несчастного оставляли на его лице глубокие борозды, похожие на следы от когтей. Странно видеть в человеке такую бездну сострадания. В ту ночь я взглянула на Дока другими глазами. Его сочувствие было так велико, что сердце буквально истекало кровью. Невозможно поверить, что он способен на жестокость. Я пыталась вспомнить, на чем основывались мои предположения. Разве кто-нибудь обвинял его в зверствах? Вряд ли. Я просто сделала ложные выводы от страха. После этого кошмарного дня я больше никогда не усомнюсь в Доке. Правда, лазарет по-прежнему продолжал меня пугать.

С последними лучами солнца исчез и вертолет. Мы сидели в темноте, не осмеливаясь зажечь даже тусклую голубую лампу, не в силах поверить, что опасность миновала. Первым не выдержал Брандт; ему давно хотелось вырваться из лазарета.

– Похоже, гадина сдалась, – пробормотал он, направляясь к выходу. – Ночью все равно ничего не видно. Возьму-ка я с собой лампу, чтобы Джебова паразитка не натворила дел.

Док не ответил и даже не взглянул в его сторону.

– Останови это, Глэдди, помоги мне! – молил Уолтер, стискивая мне руку. Я вытирала пот с его лица.

Время будто замерло; казалось, ночь никогда не кончится. Уолтер кричал все чаще и страшнее. Мелани скрылась в глубинах сознания, понимая, что ничем не может помочь. Я бы тоже спряталась, но Уолтер нуждался во мне. Я осталась наедине с собой, как когда-то мечтала, но теперь чувствовала себя покинутой.

Сквозь трещины в потолке начал просачиваться серый свет. Я то задремывала, то просыпалась; стоны и крики Уолтера не давали уснуть. Док похрапывал рядом. Хорошо, хоть ему удалось немного забыться.

Я не слышала, как вошел Джаред.

– Я здесь, рядом, – шептала я всякий раз, когда Уолтер звал жену. – Ш-ш, все хорошо. – Бессмысленные, ненужные слова. По крайней мере, звук моего голоса чуть облегчал его страдания.

Не знаю, как долго Джаред наблюдал за нами. Я решила, что он рассердится, но когда он заговорил, его голос был спокоен.

– Док, просыпайся.

Я высвободила руку, обернулась и увидела знакомое лицо. Джаред тряс спящего Дока за плечо. В тусклом свете невозможно было разглядеть выражение его глаз. Мелани пробудилась, всмотрелась в Джареда, пытаясь прочитать его мысли.

– Глэдди, не уходи! Не надо! – От истошного крика Уолтера Док едва не свалился с койки.

Я снова повернулась к умирающему, вложила онемевшую ладонь в его руку.

– Ш-ш-ш, я тут. Я никуда не уйду, обещаю.

Уолтер притих, всхлипывая, как маленький ребенок. Я вытерла ему лоб влажной тканью; всхлип превратился во вздох.

– Что здесь происходит? – шепнул сзади Джаред.

– Анни – лучшее болеутоляющее, какое я смог найти, – пояснил Док.

– У меня есть кое-что получше, чем ручная Ищейка.

Тупой упрямый осел!

– прошипела Мелани.–

Даже если сказать, что солнце садится на западе, все равно не поверит!

Однако Док не обратил внимания на неуважительную реплику Джареда.

– Ты что-то нашел?

– Морфий. Правда, немного. Я вернулся бы раньше, если бы вокруг не рыскала Ищейка.

Док не терял времени даром. Зашуршала бумага, раздался его радостный возглас:

– Джаред, ты волшебник!

– Док, погоди…

Но тот с сияющим изнуренным лицом уже воткнул иглу шприца в сгиб локтя Уолтера. Я отвернулась. Невыносимое зрелище!

Лекарство подействовало. Через полминуты тело Уолтера расслабилось и обмякло, хриплое дыхание выровнялось, стиснутые пальцы разжались. Я принялась растирать онемевшую руку. Под кожей закололо.

– Э-э… Док, тут мало, – проговорил Джаред.

Я оторвала взгляд от умиротворенного лица Уолтера. Джаред стоял ко мне спиной. На лице Дока застыло удивление.

– Мало? Я не собираюсь беречь его на черный день. Не хочу, чтобы Уолт мучился, когда есть способ помочь.

– Я о другом. – Джаред говорил спокойным ровным тоном. Похоже, он долго обдумывал свою мысль.

Док недоуменно нахмурился.

– Лекарства хватит дня на три-четыре, не больше, – произнес Джаред. – Если давать понемногу.

Я не поняла, что он имеет в виду. Зато Док понял.

– Ясно. – Он вздохнул, взглянул на Уолтера. На его глаза навернулись слезы. Он словно хотел что-то сказать, но не издал ни звука.

Мне хотелось узнать, о чем они вели речь, однако в присутствии Джареда предпочла сдержаться и не задавать лишних вопросов.

– Ты не можешь его вылечить, но можешь избавить от страданий.

– Знаю, – глухо ответил Док. – Ты прав.

Что происходит?

– спросила я. Раз Мелани вернулась, пусть помогает.

Они собираются убить Уолтера,

– невозмутимо ответила та.–