Гостья

Глава 29

Предательство

Наверное, следовало броситься наутек. Но меня больше никто не удерживал, и хотя голос Джареда был холодным и злым, обращался он ко мне. Мелани рвалась к нему. Я осторожно вышла из-за угла и нерешительно остановилась в пятне голубоватого света.

Иэн стоял в нескольких футах впереди, готовый в любой момент перехватить Джареда, если тот вздумает напасть.

Джаред сидел на одном из матрасов, которые оставили мы с Джейми. Он выглядел усталым и настороженным.

– Расслабься, – сказал он Иэну. – Я просто хочу с ней поговорить. Я дал слово малышу и намерен его сдержать.

– Где Кайл? – спросил тот.

– Храпит, аж стены трясутся.

Иэн не шевельнулся.

– Да не собираюсь я ее убивать. Джеб прав – ситуация дурацкая, все запутались. У Джейми действительно столько же прав, сколько у меня. Тварь совсем задурила ему голову, так что его не переубедить.

– Никого она не задурила, – прорычал Иэн.

Джаред отмахнулся:

– В общем, ничего я ей не сделаю. – Впервые он взглянул на меня, увидел, как я прижалась к дальней стене, как дрожат мои руки. – Я тебя больше не трону, – сказал он мне.

Я шагнула вперед.

– Анни, ты не обязана с ним разговаривать, если не хочешь, – торопливо произнес Иэн. – У тебя есть выбор.

Джаред недоуменно нахмурился.

– Я поговорю, – прошептала я и сделала еще шажок.

Джаред поманил меня к себе. Я медленно приблизилась и остановилась в ярде от него. Иэн тенью следовал за мной.

– Я хотел бы побеседовать с ней наедине, если не возражаешь, – сказал Джаред.

– Возражаю. – Иэн решительно расправил плечи.

– Ничего, иди поспи. – Я легонько потянула его за локоть.

Иэн с сомнением вгляделся в мое лицо.

– Это предсмертное желание? Хочешь избавить мальчика от лишних страданий?

– Нет. Джаред не обманет Джейми.

Джаред нахмурился, услышав, с каким доверием я произношу его имя.

– Ну пожалуйста, – взмолилась я. – Я хочу с ним поговорить.

Иэн долго смотрел на меня, потом хмуро глянул на Джареда и отрывисто произнес:

– Ее зовут Анни, а не «тварь». И не вздумай к ней прикасаться. За каждый ее синяк ответишь вдвое.

Я поморщилась, услышав угрозу. Иэн развернулся и исчез во тьме. Мы с Джаредом молча смотрели ему вслед. Наконец он повернулся ко мне. Я опустила глаза.

– Ничего себе. Он что, серьезно? – Вероятно, вопрос риторический. – Присядь. – Джаред похлопал по матрасу рядом с собой.

Я помедлила, однако опустилась на другой конец матраса, ближе к норе. Мелани осталась недовольна; ей хотелось оказаться рядом с Джаредом, вдохнуть его запах, почувствовать тепло тела.

А вот мне этого совсем не хотелось – не потому, что боялась удара; Джаред выглядел не злым, а измотанным и печальным. Я просто не желала находиться рядом. Когда он близко, в груди болезненно теснило от его ненависти.

Джаред наблюдал за мной, наклонив голову; я мельком глянула на него и потупилась.

– Прости за вчерашнее. Это я зря.

Я уставилась на свои руки, сжатые на коленях.

– Не надо бояться.

Я кивнула, не поднимая глаз.

– Ты же вроде согласилась поговорить.

Я пожала плечами. Исходящая от него неприязнь ощущалась настолько явственно, что у меня пропал голос. Джаред придвинулся ближе; Мелани возликовала. Слишком близко – трудно думать, трудно дышать, – однако я не могла заставить себя отсесть. Все складывалось так, как хотела Мелани, но она отчего-то злилась.

Что с тобой?

– спросила я, удивленная силой ее эмоций.

Чего он здесь расселся? А ты и рада!

Впервые с тех пор, как мы покинули цивилизованный мир, Мелани проявила враждебность, и это меня поразило. Так нечестно!

– У меня только один вопрос, – прервал нас Джаред.

Я посмотрела на него и тут же отвела глаза, смущенная его жестким взглядом и негодованием Мелани.

– Думаю, ты и сама знаешь, о чем я хочу спросить. Джеб и Джейми все уши прожужжали…

Я напряженно разглядывала мешок с рисом, вчера служивший мне подушкой. Джаред поднял руку; я испуганно вжалась в стену.

– Да не буду я тебя бить, – раздраженно проговорил он. Загрубевшие пальцы взяли меня за подбородок.

От его прикосновения мое сердце замерло, глаза наполнились влагой. Я моргнула, пытаясь смахнуть слезы.

– Анни. – Джаред произнес мое имя медленно, неохотно. Впрочем, голос его оставался ровным. – Мелани жива? Она внутри тебя? Скажи правду.

С невиданной доселе силой Мелани попыталась прорваться наружу. Меня настиг сильнейший приступ мигрени, так яростно она хотела выбраться.

Прекрати! Разве не видишь?

В напряженной линии губ и жестких морщинках вокруг глаз Джареда ясно читался ответ: что бы мы с Мелани ни сказали, это не имеет значения.

Джаред заранее считает, что я лгу. Ему не нужна правда. Он хочет уличить меня во лжи, убедить Джеба и Джейми, что я – Ищейка, лишь бы ему разрешили меня убить.

Мелани отказывалась верить; мне с трудом удавалось удерживать ее в узде. На лбу выступили капли пота, по спине пробежала дрожь. Джаред крепче сжал мой подбородок, не позволяя отвернуться.

Джаред, я люблю тебя,

– пыталась крикнуть Мелани.–

Я здесь!

Мои губы не дрогнули. Странно, что он не смог прочесть ее слова по глазам.

Время шло. Джаред ждал ответа. Как же мучительно смотреть ему в лицо и видеть в нем отвращение. Мелани рвала и метала; ее ревность ядовитой волной прокатилась по телу, отравляя меня изнутри.

Слезы копились и наконец хлынули по щекам прямо в ладонь Джареда. Выражение его лица не изменилось. Наконец я закрыла глаза и опустила голову. Джаред не стал меня бить, лишь тяжело вздохнул.

В ожидании, когда он уйдет, я сосредоточенно разглядывала свои руки. Стук сердца отмерял секунды. Джаред не шевелился. Я тоже. Он застыл неподвижно, словно статуя. Эта холодность как нельзя подходила новому жесткому выражению лица, безжалостному взгляду.

Мелани задумалась, сравнивая его с прежним Джаредом. Ей вспомнился ничем не примечательный день из прошлого…

– Ох-х! – хором стонут Джаред и Джейми.

Джаред лежит на кожаном диване, Джейми растянулся на ковре. Они смотрят баскетбольный матч на большом телевизоре. Паразиты, живущие в этом доме, сейчас на работе. Мы набили джип до отказа, и теперь у нас есть пара часов на отдых.

В телевизоре два игрока вежливо спорят у кромки поля. Камера близко; мы слышим их разговор.

– Кажется, я коснулся последним. Мяч твой.