Страница 21 из 51
Глава 8
С тех пор как уехала Полли, никто не говорил Луи, что надо менять пижаму. Поэтому он её не менял. Однажды ранним субботним утром он без приглашения вошёл к Эби в комнату и сел к ней на кровать. Со дня отъезда Полли каждый завтрак пижама покрывалась всё новыми пятнами, а рукава служили салфеткой. А вчера вечером Луи припрятал часть макарон с сыром в карман.
– Уходи, – возмутилась Эби.
Мальчик с удивлением посмотрел на неё и спросил:
– Почему?
– Я не звала гостей, вот почему.
– Я думал, может, ты захочешь посмотреть кое-что суперское.
– Нет, спасибо.
– Но ты же ещё не знаешь, что это! Подожди, смотри! Я могу одновременно засунуть два больших пальца ног в рот!
– НЕ НАДО! – попросила Эби, но он всё равно засунул, а потом неразборчиво спросил:
– Ну разве не здорово?
– Просто отвратительно! – ответила Эби.
– О-о, – расстроенно протянул Луи и тут же добавил: – А мама сказала, что это прекрасно, когда я ей это показал.
– Она так сказала только потому, что она твоя мама.
– А твоя мама умерла. Бедняжка Эби.
– Замолчи и не лезь не в своё дело.
– Мой отец свалил, – довольно произнёс Луи.
Эби не смогла сдержать смех.
– Так мама сказала, – продолжил Луи. – Свалил, потому что не выдержал. Хотя мне нельзя этого говорить. В любом случае это хорошо, потому что теперь у меня есть Тео. И ты моя сестра.
– Я не твоя сестра и не смей класть свои противные слюнявые ноги ко мне на одеяло!
– Хорошо, – согласился Луи и вытер ноги о коврик Эби у кровати.
– Ты действительно противный, – безжалостно сказала Эби, – и тебе нужно убрать эту ужасную пижаму в корзину с грязным бельём!
– Что, сейчас?
– ДА! СЕЙЧАС! – ответила Эби.
Луи соскользнул с кровати и исчез, но очень скоро вернулся.
– Готово, – радостно сообщил он.
– Убирайся! – закричала Эби.
Лицо Луи скривилось. Эби услышала, как он сбегает по лестнице и из-за двери своей комнаты начинает петь «Еслиндж, Еслиндж, Еслиндж…» – с какой-то отчаянной настойчивостью, так что ей стало не по себе.
Эби повернулась в кровати и спрятала голову под подушку. Луи. Его пижама. Мокрые большие пальцы на ногах. Его слова: «твоя мама умерла» и «теперь у меня есть Тео».
Не говоря уже о: «ты моя сестра».
С какой готовностью он побежал к корзине с грязным бельем.
И вернулся румяный, довольный…
Эби вздохнула, всё ещё пряча голову под подушкой. У неё была надежда, что, когда они переедут, жизнь наладится. Но она не наладилась. Более того, в последнее время девочка даже не могла читать, чтобы отвлечься. Она начала опасаться книг.
Что было нелепо.
Невероятно.
Ненормально.
Кто-нибудь когда-нибудь тонул в книге?
Или падал со скалы в шатком автобусе?
Или получал травму, когда читал об аварии?
Эби поняла, кто может знать ответ.
Она нашла Тео в «комнате лошадки». Он сцепил руки за шеей, глядя вверх.
– Ты начал заниматься йогой, как Полли, – немного укоризненно произнесла Эби.
– Нет, но мог бы, – ответил Тео. – Я пытаюсь разобраться с этим потолком. Мне крышка, если потеряю ещё немного времени.
– Сойдёшь с ума?
– Нет-нет. Хотя и это тоже. Но послушай, сейчас всего лишь семь утра, суббота. Из-за чего ты так рано встала?
– Книги, – ответила Эби. – Хочу спросить тебя кое-что о книгах.
– Гм? – вопросительно хмыкнул Тео, делая растяжку вдоль покрытой деревянной панелью стены (которую он полировал квадрат за квадратом, как только у него выдавалась свободная минута).
– В больницу, – начала Эби, – люди когда-нибудь поступают из-за книг?
– Они бы расстроились, если бы попали, – ответил Тео. – Мы отделение переливания крови, а не библиотека. У нас есть несколько детских книжек с картинками, и уборщик держит всегда наготове стопку газет для непредвиденных нужд. Вот и всё. И не смотри на меня так.
– Понятно. Но бывает, что поступают люди, которые пострадали из-за книги?
– А, – отозвался Тео. Он прекратил делать растяжку и опустился на пол у стены, чтобы было удобнее слушать. – Ясно, понял! Да. Поступают. Книги – это опасная штука. На людей постоянно падают книжные полки. Дураки роняют их себе на ноги и приходят потом к нам вприпрыжку. Ненормальные идут по улице и читают, а потом врезаются в фонарные столбы. Малыши едят книги. И много-много случаев, когда людей запирали в библиотеке после закрытия. Обычно они получают травмы, пытаясь выбраться.
– Но, – уже мягче произнесла Эби, так как сидела рядом с отцом и его плечо было приятным и тёплым, – бывают несчастные случаи именно от чтения книг? Именно оттого, что их читают? От чтения? Не от фонарных столбов и прочего.
– Реже, но бывают даже более опасные случаи, – ответил Тео и крепко обнял дочку. – Если читаешь при свече, можешь заснуть и загореться. Ещё бывают травмы, когда готовят и читают одновременно. Из-за кулинарных книг часто режутся ножом.
– Что?
– Да-да! Режешь петрушку, а сама смотришь – что там дальше? Оп! Травма из-за рецепта! И, конечно, есть куча народу, в кого ударила молния, потому что они читали под деревом во время грозы. Не говоря о детях, которые поступают с травмами от занозы до сотрясения мозга из-за того, что пытались пролезть сквозь заднюю стенку шкафа. И даже не напоминай мне про Гарри Поттера и травмы шеи. Ты не поверишь, сколько людей пытались пробить багажной тележкой кирпичную стену!
– Да, но…
– Сидя на швабре, выпрыгивают из окна! Гоняются за драконами!
– Прекрати! – прервала его Эби.
– Что прекратить?
– Валять дурака.
– Я разве это делаю? – спросил Тео очень резким голосом, подняв брови.
Было утро субботы, впереди целых два дня без больницы, чего не случалось уже много недель подряд. Тео не мог не валять дурака.
Эби продолжила:
– Я просто хочу узнать, веришь ли ты в… в… – Она запнулась. – Не волшебство… – снова запнулась.
– Не волшебство?
– Да.
– Поясни.
– Если кто-то читает книгу про автобус, он же не может оказаться в автобусе?
– Думаю, не может, Эби.
– Или если книга про море, и тот, кто читает, падает? То есть соскальзывает прямо в море?
– А мы всё ещё в автобусе? – перебил Тео.
– Нет. Мы здесь. В этой комнате. В этом доме.
– А тебе ещё нравится дом? – немного обеспокоенно спросил Тео.