Страница 147 из 161
– Представляете, какой резонанс последует за тотальной проверкой медицинского персонала секретного блока? Шило в мешке не утаишь. Слухи пойдут. Домыслы. Начнется разброд. И до Совета дойдет.
– Не обязательно, сэр! – все трое собеседников развернулись к Родимову. – Для меня не составит труда пообщаться с каждым сотрудником и внушить особую важность нашего разговора, заставить впоследствии забыть обо всем, что еще эффективнее.
– Это же подло, господа, – высказалась Пенелопа. – Неправильно.
– А что вы предлагаете, мисс? – перевел взгляд адмирал. – Есть на примете действенный метод иного плана? Я лично других вариантов не вижу. Плюс ко всему, каждый из сидящих за этим столом прекрасно знает способности командора Родимова. Станислав же не собирается копаться, простите, в нижнем белье ваших коллег. Нам не нужны их интимные тайны. Нам нужен ответ на вопрос: кто из сотрудников продался, и кому? Я назову всего один аргумент в пользу моей настойчивости. Он одновременно и аргумент, и вопрос. Перед ответом хорошо подумайте. Подумайте: сможете ли вы дать твердую гарантию, что следующими по порядку незваных гостей Парсеваля не примите вы? И что они потребуют от вас?
Вопрос, что называется, не в бровь, а в глаз! Еще в старину у Крылова прозвучали слова: «…в чужом глазу соломинку увидит, в своем бревна не разглядит». Так уж устроен человек. Каким бы благородным альтруистом он не казался, стоит копнуть глубже, у любого обязательно отыщутся слабости.
Как помнится, у Пенелопы Дарси тоже немаленькая семья. Еще и приемные дети. Сможет ли женщина стать очевидцем казни любого родственника у себя на глазах? Нет, разумеется. Мистер Картер тоже очень привязан к семье. Особенно к внучке…
Говорить не о чем. И не пришлось. Командор вдруг вспыхнул огнем. Взялся руками за голову и просидел в таком положении минут пять. В полном молчании собеседники не прерывали сосредоточения Станислава.
– Господа, простите, со мной такое случается. Я должен был тщательно обдумать возникшую мысль.
Адмирал Накамура хорошо знал, о чем говорил подчиненный. Лично видел не раз. Знал командующий и то, что за подобными всплесками следовало.
– О чем вы, Станислав? – спросил адмирал.
Родимов отпил глоток остывшего кофе. Поставил чашку на стол.
– Господа! Никому из нас не пришло в голову элементарно простое решение! И мне, признаться, тоже. Вдумайтесь. Откуда непрошенные гости Парсеваля знали сотрудника, о ком строго засекречены все упоминания? Они знали в точности не только его самого, но и домашний адрес Алоиза, вы понимаете? Никто из ваших людей не может знать такой информации. Только случайно, если бывал у коллеги до попадания в проект, к примеру. И то! Большинство ведущих специалистов переместили. Вот Вы, док! Вы, знаете домашний адрес мисс Дарси? Бывали у нее дома?
Профессор пока не улавливал до конца мысль командора, но главную ниточку ухватил. Как и все остальные.
Идет многолетняя война. Война не до победы. Война за самое выживание Человечества. Люди, привлеченные к деятельности на секретных базах Совета, (к любой деятельности, не только научной), так вот, эти люди в период краткосрочных побывок дома предпочитают проводить время с женами и детьми, с мужьями и братьями, а не ездить на вечерние посиделки к коллегам или друзьям. К коллегам еще и проблематично, ведь большую часть сотрудников, (особенно представляющих повышенную ценность), сразу по зачислению в штат секретных баз переместили…
Джонатан Картер смешно потер указательным пальцем висок. Неожиданно улыбнулся, будто вспомнил нечто сродни Архимедовой «эврике».
– Бывал, командор, и не однажды. Давно. Последний раз до их переезда к югу Германии. Не знаю точно, Пенелопа как-то обмолвилась. Куда-то в Богемию, что ли? Не помню. Я был у них дома, когда семья Пенелопы жила в Бельгии.
– Вот! – подтвердил Стас. – Многие из ваших работников бывают дома у своих коллег? Сомневаюсь.
– Станислав, не тяните уже, – поднажал адмирал. – Выкладывайте вашу догадку.
– Да, сэр! – кивнул командор. – Если ни у кого из действующих сотрудников нет подробной информации о коллегах, то и продать он ее не мог. Но должно существовать место, где такая информация есть. И оно существует.
– Секретный Отдел? – прищурился адмирал.
– Нет, сэр! В Секретном Отделе базы работают очень ответственные проверенные люди…
– Алоиз Парсеваль тоже входил в число проверенных честных людей.
Командор неожиданно выстрелил в профессора взглядом. Вслух ничего не сказал, но Джонатан Картер спиной почувствовал гнев. Покраснел и умолк.
– В базе данных Секретного Отдела «Сэры-11» нет ни единого упоминания о проекте «Черные Ведьмы». Если бы я не знал и не проверял этого, я бы не утверждал. Я сам уничтожил любые упоминания о проекте, как и личные дела всех участников, в том числе ваши, док.
Картер до конца понял совершенную им ошибку и сокрушительно покачал головой.
– Прошу прощения, командор.
– А вы не извиняйтесь, вы лучше скажите: где хранится вся информация, анкетные данные и тому подобное, – все, через что пришлось пройти каждому кандидату в проект «ведьм»?
– О, Боже! – воскликнула Пенелопа. – Господа, у нас полных данных никогда не было. Некоторые сотрудники отбирались с учетом личных рекомендаций руководителей, то есть Джонатана и моей. С рекомендаций начальников отделов и лабораторий. Но таких мало. Основной контингент подбирался в Главном Медицинском Управлении Совета Наций. Там же хранятся все архивные данные, включая анкетные.
К тому времени, как Пенелопа Дарси закончила монолог, каждый член совещания думал в одном направлении. Ужасная это была мысль.
– Туда же мы ежемесячно отправляем прогнозы, заказы, графики, ведомости и отчеты.
– Вот и все! – подытожил Родимов. – Нет нужды никого проверять.
Тяжелая, напряженная тишина висела в рабочем кабинете Родимова. Нарушил ее адмирал.
– Вы знаете, господа, – задумчиво говорил Накамура. – Я рад тому, что гнусная крыса не в наших рядах.
– А я, как мне кажется, знаю, откуда подул ветер.
Ох… ни х… чего себе! Вот это заявка! Даже всегда выдержанный японец потерял хладнокровие.
– И?
Но Накамура внезапно сообразил, почему Станислав замолчал. Верно! Ни Картеру, ни мисс Дарси не обязательно знать остальное.