Методика выживания

– А где ее место, командор? Даши? Не подскажете? – Пенелопа почти вызывающе смотрела в глаза Станислава. – Вы ничего крамольного не подумайте. Я вполне отдаю отчет тому, кого вижу перед собой. Да. Я вижу незаурядного, сильного, всесторонне развитого и безусловно умного человека. Мужественного, самоотверженного человека. Но понимаете, командор, порой мне кажется, ваши требования к другим настолько завышены, что граничат с невыполнимыми. Я могу ошибаться, но у меня складывается впечатление, словно вы желаете подогнать всех людей под ваши стандарты. Простите, мне известно о трагедии «Преторианцев». Думаю, ваше сознание до сих пор несет в себе отголоски. В их среде вы были рыбой в воде. В среде себе подобных. Но ведь не все люди одинаковые? Не всем же быть избранными. Сами знаете, сколько народа пришлось перебрать, чтобы найти всего двадцать человек для проекта «Посейдон».

Родимов не удивился. В словах Пенелопы прозвучали некоторые мысли профессора Седорокова. Когда-то Илья Николаевич, обнаружив зашкалившие показатели мозговой деятельности Станислава, предупреждал пациента об ожидающих его трудностях. Об одиночестве как неизбежном итоге завышенных планок в отношениях между людьми. О недоброжелательности со стороны большей части любого общества.

Люди крайне неохотно признают превосходство других. Амбиции, тщеславие и гордыня. Да-да! Снова они, проклятые непобедимые качества. Можем к троице добавить зависть. Перечисленная четверка пунктов не дает людям правильно воспринимать тех, кто умнее, талантливее и сильнее.

Стас присел на кромку стола. Проникновенно взглянул в глаза мисс Дарси. Встал, провел рукой по щеке, словно стряхивал с лица усталость, и заговорил:

– Вы считаете, я жажду видеть в любом человеке вундеркинда? Хорошо. Тогда скажите мне, Пенелопа: дворник на улице и ядерный физик, как, они тоже «Преторианцы»? Физик дворником сможет стать запросто, а вот дворник никогда не сможет стать ядерным физиком. Не понимаете? Я не требую от людей несбыточного. Я лишь хочу, чтобы каждый соответствовал тому месту, которое занимает. Это несложно. Когда-то в ангаре я уже говорил людям: у меня нет повода для ненависти к человеку, чей коэффициент умственного развития ниже моего. Ни в коем случае. Но если такой субъект полезет в места, где нужно думать, я возненавижу его и не дам воцариться на чужом троне, если у меня будет такая возможность.

Пока Пенелопа размышляла над словами Родимова, сам командор приблизился к ней и вновь присел на крышку стола.

– Где место Даши, вы спрашиваете? Я скажу. Давайте вместе подумаем. Она получила хорошее медицинское образование, иначе ее бы тут не было. Судя по всему, девушке нравится выбранная специальность, иначе бы ее опять среди вас не было. Преданные фанатики дела, вроде вас с доком, не потерпят рядом с собой равнодушных пустышек. И сама Даша не смогла бы характеризоваться столь положительно в профессиональном аспекте. Значит, простите за утрированный слог, с пробирками она возится хорошо. А это возможно только в том случае, если человек занимается делом с душой.

К столику подошел Джонатан Картер. Присоединился к соратнице и внимательно следил за ходом рассуждения Станислава.

– Не опровергаете? Значит, согласны. Идем дальше. Девушка красится. Это неоспоримый факт. Любит притягивать чужое внимание. Любит показаться на публике. Дома – пожалуйста. А здесь для кого? Для пробирок? Она на работе! Она приехала на трудовую двухнедельную вахту и не может обойтись без трехслойного макияжа? У нее плейер в кармане. Это тоже рабочий комплект? Допускаю, ей при составлении какой-нибудь смеси музыка не мешает. А если ее кто-то окликнет? Вывод? Ваша Даша на вахте живет не работой. Она механически выполняет конвейерную процедуру. Выполняет бездумно. Потому она и не придала значения словам Алоиза. А он на нее очень рассчитывал. Так где ей место, мисс Дарси? В творческом коллективе, где мыслить требуется постоянно? Не просто мыслить. Искать! Обосновывать или опровергать. Думать! Нет. Даша не годна для этого. Тогда, где? Продавцом в аптечном киоске, к примеру. Там все есть. И красится можно. Люди постоянно меняются. И работа механическая. Образование поможет не перепутать лекарства. А вот мыслить там особенно не приходится. Хотя тоже, как посмотреть.

После завершения речи Родимова оба его слушателя выглядели так, словно получили по незаслуженной оплеухе. Само собой, спорить никто не собирался. Не стоит вдаваться в причины. Они могут быть разными.

– Кто из сотрудников владеет комплексной информацией, док?

Профессор взял себя в руки, но сосредоточиться пока не сумел. Вместо него ответила Пенелопа:

– Я, Джонатан, Ричард Ли. Это главный анестезиолог проекта. Хотя…

Она замешкалась. Засомневалась.

– Не тушуйтесь, мисс Дарси. Говорите все, а там разберемся. Невинные не пострадают, даю вам слово.

– Я знаю, командор, просто понимаете, тот же Ричард не имеет доскональной информации по складу. Она ему не нужна. И заявки он сам только подписывает. Подают их разные люди.

– Пенелопа хочет сказать, Станислав, кроме нас, никто не может в точности знать весь процесс жизни отдела.

Родимов предложил переместиться к нему, а перед уходом вызвал комендантскую команду и санитаров. Приказал зачистить последствия суицида. Объяснять никому ничего не собирался.

Стоило медикам разместиться за столом в кабинете Родимова, хозяин принялся варить кофе, так как, в отличие от Эрвина Гросса, секретаря Стас не имел. Пока хлопотал, в помещении появился адмирал Накамура.

Событие подобного масштаба выходило за рамки локального происшествия. Командор не имел права умолчать о нем, несмотря на тот факт, что инцидент произошел в закрытом секторе.

От вежливого предложения Станислава адмирал столь же вежливо отказался. Предоставил хозяину апартаментов самому занять свое кресло. Адмирал же скромно расположился рядом с профессором. Пока Пенелопа Дарси услужливо помогала Родимову с кофе, Хигаши Накамура читал предсмертное послание Парсеваля.

Наконец, все собравшиеся окончательно разместились. Экстренное совещание началось.

– Вот как, – произнес адмирал после подробного доклада профессора Картера и комментариев Стаса. – По вашим соображениям, информацию сливают несколько человек?

– Иначе не получается, адмирал, сэр.

Накамура нахмурился.