В яблочко

“Я думаю, тебе следует уйти”, - сказала я, от паники у меня закружилась голова. Но я также была зла. Этот парень был мне знаком. Не сам точно, а тот тип парня, который он представлял. Все эти парни на сайтах вакансий проверяли меня. Те, кто ухмылялся, когда видел сиськи под касками. “Сейчас”.

И как я и предполагала, знакомая ухмылка появилась на его изогнутых губах, когда он перекладывал тост за щекой. Я практически видел, как из его тупой головы вырывается мыслительный пузырь.

Сука.

У мужчины было не просто похмелье. Он все еще был пьян.

“ Эй! - крикнул Сэм. - Хватит. “ Хватит. Он попытался увести парня прочь, но тот стряхнул руку Сэма.

“ Знаешь, откуда я знаю, что это был ты? Парень расхохотался. “Это потому, что не так уж часто видишь леди, выходящую из-за гребаной рубашки в виде рождественской елки, забавно застегнутой на все пуговицы. Особенно, когда после этого выходит здоровенный чувак, как гребаный Санта Клаус. Это был тот чувак, который вчера был на сцене. И ты была леди на дереве, потому что у этой леди была эта маленькая гребаная штучка прямо у нее на подбородке ”.

Он указал на родинку у меня на подбородке.

Я чувствовала, что меня сейчас вырвет. Мой рот наполнялся слюной, все больше и больше, с каждым произнесенным им словом. Я чувствовала себя так, словно упала в реку, и меня несло к коварному водопаду, и когда он запятнал нежность, которой Джейми осыпал мою родинку прошлой ночью — родинку, над которой дети часто смеялись, — я упала прямо с края.

Парень хотел сказать что-то еще, но Сэм схватил его за воротник обеими руками, чтобы оттолкнуть.

Наташа закончила разговор и с удивлением смотрела на происходящее. Потом на меня.

Я чувствовал молчаливые взгляды всех в огромной очереди, шепотки, уже жужжащие, как насекомые, о том, что сказал этот мудак.

Это был тот вид прожектора, который не могли починить никакие мятные леденцы.

Я не мог встретиться взглядом с Наташей. - Прости, - прошептал я.

Тогда я побежал.