Джентльмен Джим

— Чтобы пресечь эти неприятные слухи, мисс Ханиуэлл понадобится совершенно новый гардероб.

Фред уставился на Мэгги. Мышца на его щеке нервно дёргалась.

— Я никогда ни в чём тебе не отказывал, если ты просила вежливо и учтиво. Непременно сходи к портнихе и модистке и отправь счета мне. Но не сегодня. Сегодня ты должна отправиться в постель. Завтра, если восстановишь силы после дороги, можешь идти за покупками. Но с Бесси. Я поговорю с ней перед уходом. Она знает свои обязанности.

Затем он попрощался. Джейн позвала лакея, чтобы тот принёс его шляпу и трость и проводил его. Когда двери гостиной закрылись за ним, она пробормотала:

— Как великодушно. Мы обе чрезвычайно вам обязаны.

Мэгги откинулась на спинку кресла. В юности споры придавали ей энергии. Она подпитывалась повышенными голосами и горячими словами. Теперь же такие вещи только истощали её.

— Какая колоссальная трата времени.

— Не совсем. — Джейн села напротив на освободившийся стул Фреда. — Он разрешил тебе купить сколько угодно новых нарядов. И если он думает, что я поведу тебя в Грэфтон-хаус за дешёвыми вещами, он сильно ошибается. Мы отправимся к мадам Клотильде, той новой французской модистке на Брутон-стрит, которой все восторгаются. Она очень эксклюзивная швея, по-видимому. Она одевает только самых богатых и красивых дам в городе. Ты, я знаю, немного утратили румянец, но она не откажет тебе.

— Как я могу думать о покупках? Утром предстоит дуэль, а у меня и мысли нет, что я…

Мэгги закрыла глаза, снова потирая лоб.

— Голова болит?

— Нет, нет. Ну, то есть… да, голова действительно болит, но, кажется, у меня есть идея.

— Бросишься между ними?

— Конечно, нет. Но мне пришло в голову, что, если я не могу повлиять на Фреда, единственный оставшийся вариант — попытаться поговорить с виконтом.

Джейн замерла.

— С лордом Сент-Клером? Но как? Ты же даже не представлена ему. И даже если… он холостой джентльмен. Ты не можешь просто нанести ему визит днём.

— Конечно, нет. К завтрашнему дню будет уже поздно. Я должна идти сегодня. Вернее, сегодня вечером, ведь я не могу позволить, чтобы меня видели у него в светлое время суток.

— Дорогая, ты вообще не можешь к нему пойти. Надо подумать о твоей репутации.

— Полагаю, мне придётся отправиться под покровом темноты, — размышляла вслух Мэгги. — Когда меня с меньшей вероятностью увидят.

— Если ты не думаешь о своей репутации, ты должна хотя бы подумать о моей. Я приняла тебя в своем доме и несу ответственность за…

— Я не попрошу тебя сопровождать меня, если ты этого боишься. И я не буду вовлекать твоих слуг. Я вполне могу взять наёмный экипаж до резиденции виконта.

Мэгги надеялась, что этого будет достаточно, чтобы защитить доброе имя Джейн.

— Если только… Чёрт, он же не живёт в холостяцких апартаментах на Сент-Джеймс-стрит, правда?

— Нет. По крайней мере, я так не думаю. Я слышала, что он остановился в резиденции графа Аллендейла. Большой особняк-мавзолей на Гросвенор-сквер.

— Но это совсем недалеко отсюда.

— Да, полагаю, ты могла бы дойти пешком, — сухо заметила Джейн.

— Я знаю, что ты не одобряешь мой план, но ты должна дать мне совет. Как ты думаешь, Сент-Клер так же неразумен, как Фред?

— Понятия не имею. Мы никогда не были представлены друг другу. Хотя я видела его дважды в театре. Он сидел в ложе со своим дедом. Должна сказать, он не выглядел особенно дружелюбным джентльменом. С другой стороны, я не могу представить, чтобы кто-то был таким же неприятным, как Фред.

Мэгги обдумала это.

— Ну, полагаю, худшее, что может случиться, — он рассмеётся мне в лицо. Или вовсе не примет меня. Скорее всего, это безнадёжная затея, но, если есть шанс, что он отменит эту дурацкую дуэль, я должна попытаться встретиться с ним.

— Худшее, что может случиться…? — Джейн была потрясена. — Маргарет, никто не знает виконта достаточно хорошо, чтобы судить о его характере. Он много лет провёл на континенте. Ты же не знаешь, может, он распутник и развратник. Гнусный соблазнитель. Пойти к нему в дом одной — да ещё и ночью — это практически предложить себя ему на блюдечке!

— Я не пойду одна, — сказала Мэгги. — Я возьму с собой Бесси.

Мэгги стояла перед громадным зданием на Гросвенор-сквер, которое кучер наёмного экипажа уверенно назвал лондонской резиденцией графа Аллендейла. Было холодно, и над улицей сгущался туман, серой пеленой окутывавший пространство, едва проницаемое для света газовых фонарей. Она плотнее запахнула свою отороченную мехом накидку, пока Бесси рассчитывалась с кучером.

Бесси не так яро отказывалась сопровождать Мэгги в этом предприятии, как та ожидала. Напротив, её бывшая сиделка придерживалась мнения, что любое поведение, напоминающее о буйной и своенравной юности Мэгги, следует поощрять.

— Вы никогда не были хрупкой, вялой барышней, мисс Маргарет, — говорила Бесси. — Не до той болезни. Кто знает, может, одно-другое приключение, как в былые времена, вернёт румянец вашим щекам?

Мэгги была странно тронута преданностью своей горничной. Особенно учитывая слишком частые наставления Фреда Бесси о долге перед госпожой и его постоянные угрозы, что, если с Мэгги что-нибудь случится, Бесси будет уволена без рекомендаций. Как будто это было в его власти! Он не был мужем Мэгги. По крайней мере, пока.

— Кучер обещал подождать здесь, чтобы отвезти нас обратно на Грин-стрит после встречи с виконтом, — сказала Бесси, подходя к Мэгги сквозь туман. Её собственный плащ неопределённого серо-коричневого цвета развевался вокруг её крупной фигуры. — Хотя, по-моему, его светлость, скорее всего, уже в постели.

Мэгги последовала взгляду Бесси на тёмные окна дома.

— Всего час ночи. Полагаю, больше шансов, что его вовсе нет дома. Большинство джентльменов здесь живут по светскому расписанию.

Бесси с неодобрением сжала губы, сопровождая Мэгги к парадной двери.

— Закутайтесь получше, мисс Маргарет. Нет нужды простужаться из-за мастера Фреда.

Мэгги кивнула, и пока Бесси стучала в дверь, она подтянула меховой воротник накидки к подбородку. Это был подарок отца, преподнесённый ей более шести лет назад, когда она вернулась домой после первого сезона в Лондоне. Прекрасный тёмно-синий бархат, отороченный соболем.

— Такого же синего цвета, как полевые цветы в Бисли, — говорил папа.

— Светское расписание, как же, — проворчала Бесси, снова стуча в дверь. — И где же слуги, спрашивается?