Джентльмен Джим

— С тех пор как я прочла тот отрывок в газете сегодня утром, я знала… — Она замялась. Часами она ломала голову, как объяснить всё, и всё же сейчас, сидя с ним лицом к лицу, чувствовала себя так же неподготовленной, как и прежде. — Я не хочу быть причиной того, что ты потеряешь всё, ради чего работал.

— Что ты говоришь?

— Я говорю, что… если моё одно лишь присутствие ставит под угрозу твои права, возможно, мне лучше вернуться домой.

Его взгляд потемнел.

— Значит, ты всё же уезжаешь.

— Ты знал?

— Я нанёс визит Бересфорду и его матери сегодня утром. Они сказали, что завтра едут в Бисли-парк в качестве особых гостей Фреда.

— Неужели. — Она почувствовала резкий укол раздражения. То же раздражение, что она испытала, когда Фред заявился без предупреждения, чтобы рассказать о своих планах. — Фред никогда раньше не раздавал приглашений в Бисли так свободно. Невыносимая свинья. Полагаю, он пытается вывести меня.

— Не тебя. Меня. — Губы Сент-Клера искривила усмешка. — Он верит, что, сблизившись с моими врагами, сможет причинить мне вред.

Мэгги не понимала, как Сент-Клер может быть так спокоен.

— А разве не может? Если он повезёт их двоих в Бисли, и они начнут задавать вопросы…

— Какие вопросы? — Он понизил голос, сознавая присутствие Джейн и лорда Мэттингли в другом конце комнаты. — Я не возвращался в Сомерсет с той ночи, как уехал. Никто не знает меня таким, какой я сейчас.

— Они знают тебя таким, каким ты был тогда, — прошептала она в ответ. — А лорд Сент-Клер не так уж отличается от Николаса Ситона, как ты думаешь. Фред может быть ослеплён твоей прекрасной одеждой и джентльменскими манерами — он никогда не видел дальше поверхности вещей — но я узнала тебя с первого взгляда. И другие в Бисли тоже смогут. Там ещё остались слуги с твоего времени. Мистер Энтвисл, например.

— Этот старый реликт, — сказал Сент-Клер. — Ему, наверное, под девяносто.

— Восемьдесят, скорее. Но с его умственными способностями всё в порядке. Он всё ещё управляющий, и остёр как бритва. Он знает всё обо всём в Бисли. Если твой кузен и его мать начнут задавать вопросы…

— Ты думаешь, ты можешь их остановить? Они будут гостями Фреда, не твоими.

Её спина выпрямилась.

— Я всё ещё хозяйка Бисли-парка. И я справлюсь с Фредом — если только мне не придётся снова оставаться с ним наедине в тёмном экипаже.

Улыбка исчезла с лица Сент-Клера. Её сменил грозный, почти пугающий своей интенсивностью взгляд.

— Что он сказал в своё оправдание по этому поводу?

— Он утверждал, что перепил на балу. Избыток шампанского, сказал он, в сочетании с чувствами — непреодолимыми чувствами, — которые он питает ко мне с детства. — Она издала звук отвращения. — Отговорка так себе, как и все отговорки. Так я ему и сказала.

Так оно и было. И Фред пообещал, что больше не позволит себе таких вольностей. У него даже хватило ума выглядеть пристыженным.

Но Мэгги не была дурочкой.

Черту, которую перешёл Фред, нельзя было перечеркнуть. Воодушевлённый своей властью над ней, он рано или поздно перейдёт ещё одну, и ещё. Его задиристый характер практически гарантировал это.

— Всё это прекрасно, — напряжённо сказал Сент-Клер, — но что, если он…

— У него не будет шанса. Джейн уже согласилась отвезти меня обратно в Бисли в своём экипаже. Её тётушка тоже едет, и они обе пообещали остаться хотя бы на неделю. Всё уже устроено.

— Довольно поспешно устроено, как кажется.

— Фред не оставил мне особого выбора в сроках.

— Ты не обязана танцевать под его дудку. Он опекун твоего состояния, а не тебя самой. Он не может помешать тебе остаться в Лондоне, если ты того захочешь. — Сент-Клер взял её руку, мягко заключив в свою. — Разве не лучше остаться здесь? Рядом, где я могу видеть тебя? Прикасаться к тебе?

Её пульс на мгновение сбился.

— Я хочу быть с тобой, — тихо сказала она. — Больше всего на свете.

— Тогда останься. Пожалуйста. — Его голос звучал хриплым ласканием. — Не заставляй меня требовать последнюю услугу.

Было бы легко сказать «да». Уступить тоске по нему. Но она отказывалась терять из виду реальность.

— Я не могу, — сказала она. — Даже за услугу. Я не стану рисковать, позволяя твоему кузену и его матери рыться в поместье. Им не потребуется много копать, чтобы узнать о тебе и Дженни.

Он склонил голову ближе к её.

— А что, если я скажу тебе, что титул не важен? Что ничто из этого не важно, кроме тебя?

Её дыхание на мгновение остановилось. Она смотрела на него.

— Ты не можешь иметь это в виду.

— Ты уже забыла, что говорила мне в «Гриллоне»?

— Я не забыла. — Он сказал, что больше никогда не отпустит её. И она поверила ему. Всё ещё верила. — Но эта разлука не навсегда. Она будет ненадолго. Просто чтобы мы могли взять под контроль сплетни. Если Фред и я уедем из Лондона…

— Мэгги…

— Мне нужно вернуться, — сказала она. — Мне нужен свежий воздух и открытые просторы. Это единственный способ, которым я смогу поправиться.

Он замер.

— Врач сказал тебе это?

— Да. Он не обещал, что я полностью выздоровею, но дал мне надежду. Как только я буду дома…

— Дома, — повторил Сент-Клер. — В Бисли-парке.

— Это мой дом. И сейчас я могу принести там тебе наибольшую пользу. Ты сам не можешь туда поехать. Это было бы слишком опасно. Но я могу поехать вместо тебя. Я могу защитить тебя от того, что задумали Фред и твои родственники.

Что-то дрогнуло в его выражении. Эмоция, таящаяся за глазами, на мгновение вырвалась на поверхность. Это была боль. Сожаление. Сырые, юношеские чувства, долго находившиеся под жёстким контролем.

— Ты не изменилась, — хрипло сказал он. — Даже девочкой ты была столь же храброй, сколь маленькой. Всегда пыталась меня спасти.

— Ложная храбрость. У меня за спиной был отец. Это он обладал властью, а не я. — Она слегка улыбнулась. — Полагаю, я должна быть ему благодарна. Он воспитал меня смелой, как любого сына. А немного смелости никогда не помешает.

— «Пусть она мала, но свирепа».

Её брови взметнулись.

— Это Шекспир? — спросила она, на мгновение отвлекаясь.

— Мой дед заставлял меня читать ужасающее количество книг. Он считает себя неким учёным. — Поднеся её руку к губам, он коснулся костяшек лёгким поцелуем. Это был старомодный жест — от которого сердце её перевернулось. — Как долго ты планируешь оставаться в Сомерсете?

— Не знаю. Пару недель, возможно. Может, дольше. Зависит от того, что там произойдёт.