Страница 27 из 80
Её острый взгляд снова скользнул по Сент-Клеру, и страусиные перья на шляпе затрепетали.
— Знаете, это и вправду удивительно. Я никогда не встречала вашу мать. И не знаю никого из её семьи.
Сент-Клер холодно выдержал её взгляд. Он знал, что это произойдёт. Дед подготовил его. Они должны были встречать подобные выпады спокойно, но твёрдо, без излишних протестов.
Таков был план, по крайней мере.
— Откуда вам их знать? — взревел Аллендейл. — Мой сын жил в изгнании! Он не ухаживал за девицами в «Альмаке»!
— О, Боже. Я неудачно выразилась, не так ли? — она обратилась за помощью к сыну. — Лайонел?
Лайонел Бересфорд, приближавшийся к тридцати, мало походил на того «юного щенка», о котором Сент-Клер столько лет слышал от деда. Он был крупным джентльменом, всего на дюйм-два ниже Сент-Клера, а его объёмы едва сдерживались пёстрым жилетом и облегающими панталонами. Его светло-каштановые кудри были небрежно уложены, мясистый подбородок покоился на искусно завязанном шейном платке. В нём чувствовалась нарочитая, отработанная праздность.
Сначала Сент-Клер счёл его начинающим денди. Но уже через пятнадцать минут стало ясно: Лайонел Бересфорд был существом иного порядка.
— Мама никого не хотела обидеть, — лениво проговорил он. — Ей просто любопытно. Как и всем нам.
Аллендейл уставился на Лайонела из-под грозно насупленных бровей.
—Любопытно? Будь проклята ваша наглость! Какое вы имеете право интересоваться моим наследником?
— Но мы же семья, дядя.
— Дядя, вот как! — взорвался Аллендейл. — Я вам не дядя, вы, малолетний шакал.
— О, — миссис Бересфорд снова захихикала, на этот раз обращаясь к Сент-Клеру. — Как холодно вы на нас смотрите, милорд. Что же вы, наверное, думаете! Что я посмела бросить тень на ваше происхождение! Осмелюсь сказать, ваша мать была прекрасной женщиной, хотя, возможно, и не столь утончённой. А что до вашего отца… ну, он всегда был необузданным. Как мне говорили, способным на всевозможные шалости. И то, что он устроил дуэль с тем бедным слабоумным мальчиком Пенуорти, было, как многие до сих пор говорят, бесчестно…
Она замолчала и снова хихикнула.
— Но я не буду больше. Прошлое — такая деликатная тема для нас, Бересфордов, не так ли? И всё же… — она улыбнулась, — мы не можем не сталкиваться с ним на каждом шагу.
— Неужели? — проворчал Аллендейл. — Если вы приехали в город, чтобы раскопать скандал, Лавиния…
— Скандал? Боже упаси! Люди, конечно, могут судачить. Но будьте уверены, мы с Лайонелом сделаем всё, чтобы развеять любые сомнения — то есть слухи — о законности лорда Сент-Клера. Не так ли, Лайонел?
Лайонел оторвался от изучения дорогой безделушки, чтобы заявить о своей преданности.
— Готов помогать вам во всём. Мы, Бересфорды, должны держаться вместе.
— Вы? Бересфорд? — Аллендейл рассмеялся. — Ваш дальний предок, возможно, и был Бересфордом, но вы, мой мальчик, — потомок четырёх поколений торгашей. Вы такой же Бересфорд, как Джессап.
Пожилой дворецкий, как раз входивший в гостиную, почтительно поклонился. Затем он доложил о прибытии лорда Викерса и лорда Мэттингли.
— Пусть заходят, Джессап, — сказал Аллендейл. — Этому фарсу не хватало только зрителей.
— Торгаши? — повторила миссис Бересфорд, когда дворецкий вышел. — Это правда, что прадед моего покойного мужа женился на богатой наследнице, но…
— Дочери простолюдина.
— О нет, — запротестовала она. — Её отец был богатым джентльменом, может, он и вёл дела, но…
— У него была фабрика в Лидсе, — отрезал Аллендейл.
Сент-Клер знал эту историю. Много поколений назад у Бересфордов было четыре сына. Старший, Чарльз, унаследовал титул. Младший, Гарольд, женился на дочери простолюдина. Его сыновья преуспели в торговле, обеспечив состояние для всех последующих потомков.
Но дело было не только в этом. Как часто говаривал граф: «Всем известно, что Гарольд Бересфорд был больше похож на лакея, чем на собственного отца».
Сент-Клер не мог сказать, был ли Лайонел ему кровным родственником, но в этом человеке не было и тени берсфордских качеств. Неудивительно, что дед злился. У Лайонела не было ни внешности, ни осанки, ни следов того атлетизма и отваги, что отличали поколения Бересфордов. Вместо этого в нём чувствовалась скрытая хитрость, читавшаяся в его кремневых глазах, смотревших из-под обманчиво ленивых век. Эти глаза уже оценили обстановку с точностью до пенни, а теперь оценивали и самого Сент-Клера.
— Лорд Викерс и лорд Мэттингли, — произнёс Лайонел с показным безразличием. Он достал эмалированную табакерку, взял щепотку и тут же чихнул. — Это ваши друзья, милорд?
— Друзья? И какие выдающиеся! — воскликнула миссис Бересфорд. — Вы знакомы, Лайонел? Нет? Но мы не так часто в городе, как хотелось бы. Велите подать чай, Аллендейл? Я, как старшая из присутствующих леди Бересфорд, конечно, разолью. Хотя дам здесь и нет… Боже, сколько же одиноких джентльменов! Но, должно быть, именно поэтому вы и вернулись, лорд Сент-Клер — найти жену, построить семью. Лайонел тоже скоро женится, не так ли, Лайонел? Готов исполнить долг, если… если всё пойдёт не совсем по вашему плану.
Сент-Клер уставился на женщину ледяным взглядом. С удовлетворением он отметил, как её натянутая улыбка поблёкла.
— Чая сегодня не будет, мадам, — огрызнулся Аллендейл. — Вы с вашим щенком пробыли здесь достаточно долго.
В этот момент вошли Мэттингли и Викерс. После представлений граф приказал Джессапу проводить гостей.
— Чёрт, — произнёс Мэттингли, глядя им вслед. — Приехали из деревни, чтобы понюхать, насколько твои притязания на титул серьёзны?
— Похоже, так, — сказал Сент-Клер.
Мэттингли кивнул.
— Без сомнения, теперь они от тебя не отстанут.
Услышав это, Викерс пришёл в ужас.
— Послушай, Сент-Клер, тебе же не придётся часто с ним общаться?
Сент-Клер поморщился.
— Боже милостивый, надеюсь, что нет.
— Вот что я скажу, — с гордостью обратился Аллендейл к внуку. — Если они приехали запугать тебя, то теперь знают, с кем имеют дело. Чёрт возьми, сэр, но ты умеешь держаться. Такой флегматичной холодности я отродясь не видел. Мне стоило следовать твоему примеру. Возможно, мне бы это даже удалось, если бы эта женщина не осмелилась упомянуть при мне моего сына. А потом этот щенок, назвавший себя Бересфордом! Я еле сдержался, чтобы не придушить их обоих.
— Они сняли дом на сезон, — заметил Сент-Клер. — Кажется, на Хаф-Мун-стрит.