Во вражьей шкуре

Мартин Карлович медлил. Он пытался просчитать действия Максима, подозревая, что хриплый выкрик того, имитирующей ранение и смерть от пути, на самом деле является уловкой. Еле заметно и бесшумно переставляя ноги по траве, он приближался к сухому стволу старого дерева, лежащему на земле, за которым находился разведчик. Максим уже видел его сапоги и с волнением ждал удобного момента, чтобы выстрелить. Брать в плен своего бывшего наставника он не собирался. Тот уже выдал ему всю имевшуюся и так необходимую сейчас бойцам отряда разведчиков Шефера информацию. Ему оставалось только уцелеть в противостоянии, уничтожить врага самому и завладеть теми сведениями, что находились в его кожаной командирской сумке на ремне через плечо.

— Ну же, Максимка, дай знак, жив ты или нет! – процедил Мартин Карлович, продолжая пробираться к лежащему на земле дереву.

Расстояние было слишком мало, чтобы избежать точного выстрела со стороны противника. Разведчик понимал это и не решался первым вскидывать автомат и начинать вести огонь. Он задумал в этот момент применить отвлекающий прием и дернулся в одну сторону, а на самом деле, перекатившись через бок, вскочил с другого конца сухого дерева и дал очередь в направлении Мартина Карловича. Тот среагировал именно на первое движение Максима и выстрелил. Заметил он и второе действие разведчика, но уже потом, когда понял свою ошибку, но успел уклониться от пуль броском влево и упал на землю, поняв, что в его пистолете кончились патроны. Он перевернулся на спину, чтобы извлечь из кармана на кобуре запасной магазин, но увидел поднявшегося Максима, который вскидывал перед собой автомат. Звонкий щелчок затвора не привел к выстрелу. Оружие разведчика предательски молчало. Противники почти в одно мгновение оказались совершенно безоружными. Патроны были у них с собой, но времени на смену магазинов и перезарядку оружия уже не оставалось. Победа была в руках того, кто окажется быстрее и проворнее.

Максим первым бросился в атаку, на ходу выхватывая боевой нож, что висел на поясе на боку. Мартин Карлович встретил его, кинувшись под ноги, так как уже не успевал подняться во весь рост и принять бойцовую стойку. Оказавшись над ним, разведчик в одно мгновение потерял равновесие, и резко рванувший наверх противник перекинул его через себя. Упав на землю, Максим попытался сразу же вскочить и продолжить так неожиданно начавшийся поединок. Но его оппонент уже встречал его в резком и стремительном атакующем прыжке. Носок сапога с размаху прилетел парню прямо в живот на вдохе. От неожиданности он с глухим хрипом вскрикнул и согнулся пополам, пытаясь преодолеть чувство сильнейшей и неожиданно появившейся боли в теле. Вдобавок Мартин Карлович резко и сильно огрел его согнутой в локте рукой сверху вниз по спине, отчего Максим едва не потерял сознание.

— Ничего, – произнес тот, поднимаясь и пытаясь найти брошенный в траве пистолет. – Сейчас домчусь до своих. Бояться мне больше некого. Единственный партизан, что тут обитал, был всего лишь пятнадцатилетним мальчишкой. Он мне не противник. Я его отправил провода связи резать у немцев. Наверное, он и сейчас этим занимается. А может, уже давно попался за этим занятием и расстрелян ими давно.

Сквозь боль Максим услышал его слова и понял, что Мартин Карлович говорил об Илье.

— Вот гад, – простонал он, пытаясь прийти в себя после двух сильных ударов сначала в живот, а потом по спине.

Его бывшего наставника рядом уже не было. Разведчик понял по сказанным им словам, что тот сейчас движется по лесу к стоящим в нем мотоциклам и «кюбельвагену», чтобы воспользоваться одним из них и как можно быстрее добраться до немцев и, возможно, в свою очередь переменить ход событий. Дабы перехватить его, нужно выйти к дороге, по которой тот должен был ехать. Времени оставалось крайне мало. Боль в ушибленных местах проходила слишком медленно. Разведчик с трудом поднялся и, шатаясь, зашагал по лесу.

Рев мотоциклетного двигателя стремительно приближался. Оставалось пройти совсем немного. Признаки наличия дороги в виде растущих кое-где вдоль нее кустарников уже виднелись впереди.

— Стой! Не уйдешь! – сдавленно от боли в теле хрипел Максим, стараясь идти как можно быстрее.

Но он не успел. Тяжелый боевой немецкий мотоцикл под управлением сидящего на нем Мартина Карловича проревел мотором мимо разведчика, когда тому оставалось пройти к лесной дороге меньше тридцати метров.

От досады Максим едва не застонал, начав ругать себя за нерасторопность и непредусмотрительность в рукопашном бою. Он не просчитал действия противника. Не смог выиграть схватку у более возрастного врага. В тот же момент он вспомнил, что имеет за спиной на ремне кобуру с трофейным «Вальтером», которым даже не догадался воспользоваться. Но больше всего его терзали сейчас ускользнувшие прямо у него из-под носа ценные сведения о партизанских отрядах, которые теперь достанутся врагу.

— Мальчишка, дурак, недотепа, – ругал он себя в полный голос. – В пехоте тебе место, а не в разведке. Дурак!

Его критику в собственный адрес прервал неожиданно прогремевший где-то в лесу взрыв. Максим встрепенулся. Он сразу же догадался, что это сработала заложенная в полотне дороги его товарищем мина, которую тот обнаружил в запасах немецких мотоциклистов. Поняв это, он побежал по лесу к хутору, миновал его и устремился дальше, стараясь как можно быстрее достичь места срабатывания установленного в грунте заряда. Через пару минут он уже видел перед собой лежащий под деревом перевернутый мотоцикл, одно колесо у которого отсутствовало. А недалеко от него корчился от мучительной боли истекающий кровью Мартин Карлович.

Максим подбежал к нему и наклонился над неподвижно лежащим телом. Лицо того искажала страшная гримаса. Кисть одной руки отсутствовала, кровоточа страшной раной. Из-под разорванной под рубахой кожи на животе вываливались кишки. Привыкший на фронте к подобным омерзительным зрелищам разведчик смачно сплюнул и сорвал с трепещущего в предсмертной агонии тела драгоценную сейчас для себя командирскую сумку.

В эту же минуту к нему подошел Анатолий.

— У тебя фонарик, кажется, был, – задыхаясь от интенсивного бега, спросил его Максим и достал хранившуюся у его противника тетрадь.

Его товарищ щелкнул в это время выключателем и направил тусклый луч света на исписанные страницы.