Страница 38 из 54
Глава 6. Вторая жертва
Гибель капитан-лейтенанта Мамбе Симокава
С передовой в Китае поступали сообщения о победах, и производство «Рэйсэна» шло по верному пути. Однако нам пришлось пережить ещё одну трагедию, прежде чем этот истребитель продемонстрировал своё непревзойдённое превосходство над Тихим океаном и раскрыл истинный потенциал. В апреле 1941 года, примерно через год после гибели Масуми Окуяма на втором лётном образце «Прототипа 12», произошла ещё одна катастрофа.
Франция уже потерпела поражение в европейской войне, которая длилась к тому времени полтора года, а между Англией и Германией продолжались ожесточённые воздушные бои. Наземные сражения переместились с Балкан в Северную Африку. В этот период как воюющие, так и невоюющие державы вели активные дипломатические переговоры. В этот мрачный промежуток времени авиация ВМС продолжала интенсивную программу лётной подготовки днём и ночью. Она состояла из учебных полётов, которые зачастую были гораздо сложнее боевых.
Я услышал новость о второй катастрофе 17 апреля 1941 года. Она шокировала меня сильнее, чем потеря Окуяма, так как на этот раз погиб капитан-лейтенант Мамбе Симокава – командир истребительной эскадрильи авиакорпуса в Йокосуке, офицер, которого я давно знал и уважал.
Капитан-лейтенант Симокава пользовался доверием многих людей благодаря своему чувству ответственности и бесконечному желанию непрерывно учиться и совершенствоваться. Он обладал выдающимися техническими знаниями, которые сочетал с сильным боевым духом. В дополнение к этим качествам, он отличался искренностью и великодушием. Коллеги звали его по прозвищу «Мамбе-сан», а старшие по званию проявляли к нему особое уважение, называя его «Симокава-кун», а не просто «Симокава», даже в его отсутствие. В самом начале многие пилоты не понимали ценности опытного истребителя «Прототип 12», однако капитан-лейтенанту Симокава хватило проницательности, чтобы разглядеть потенциал самолёта, и он посвятил себя его доработке. Инженеры из моего штаба также прекрасно знали его с первых дней лётных испытаний. Когда я сообщил им о его гибели в катастрофе, все в один голос недоверчиво воскликнули: «Что? Господин Симокава?»
Самолёт падал «крестом»
В ту ночь мы выехали из Нагои втроём: Наокадзу Юи и Хироцугу Хираяма, которые отвечали за производство, и я, отвечавший за проектирование. Рано утром следующего дня мы прибыли в Научно-технический институт морской авиации, чтобы заслушать отчёт о катастрофе и принять участие в заседании следственной комиссии.
Согласно отчёту, обстоятельства катастрофы выглядели следующим образом: днём 16 апреля капитан-лейтенант Ясуси Никаидо, командир истребительной эскадрильи авианосца «Кага», отрабатывал петли и пикирование над военно-морским аэродромом в Кисарадзу, префектура Тиба. Он пилотировал «Рэйсэн» «Модель 21», на котором стояли триммеры, снижавшие усилия на ручке управления элеронами. Выполняя эффектную крутую петлю, он заметил гораздо более сильные гофры на обшивке левого крыла, чем когда-либо прежде. Затем он зашёл на плавную петлю и почти не заметил гофров. После этого он выполнил плотную петлю и снова заметил глубокие гофры на обшивке левого крыла. На мгновение им овладела тревога, но он продолжил плановую лётную подготовку. Наконец, он начал пикирование с высоты 3500 метров под углом около 50°. Когда самолёт достиг высоты 2000 метров на скорости 590 км/ч, гофрирование обшивки левого крыла снова стало очевидным. При достижении скорости около 600 км/ч, когда пилот выводил самолёт из пикирования плавным поднятием носа, без какого-либо предупреждения сильный толчок сотряс планер.
Из-за этого у пилота потемнело в глазах, и он потерял сознание. Придя в себя, капитан-лейтенант Никаидо обнаружил, что самолёт летит горизонтально. К своему удивлению, он обнаружил, что оба элерона, а также части верхней обшивки обеих плоскостей оторвались. Трубка Пито, которая измеряла скорость полёта и находилась в передней кромке крыла возле его левой законцовки, также погнулась, а указатель скорости застыл на отметке около 300 км/ч. Используя оставшиеся органы управления, лейтенант Никаидо привёл повреждённый самолёт обратно на аэродром Кисарадзу. О происшествии сразу же сообщили в Научно-технический институт и авиакорпус в Йокосуке.
Плоскость A6M2b (Модель 21) раннего выпуска, с балансировочным триммером на элероне.
Капитан-лейтенант Симокава, должно быть, испытал прилив ответственности, когда услышал эту новость. В то время в ангаре авиакорпуса в Йокосуке находились два «Рэйсэна». Один из них имел триммеры элеронов, аналогичные тем, что стояли на самолёте лейтенанта Никаидо, и этот истребитель как раз вернули с авианосца «Кага» из-за гофров на обшивке крыла. Авиакорпус в Йокосуке провёл расследование проблемы с этим самолётом, но не смог найти причину аварии. Капитан-лейтенант Симокава, вероятно, подумал, что самый быстрый способ решить проблему – провести лётные испытания другого самолёта точно так же, как лейтенант Никаидо пилотировал свой «Рэйсэн».
На следующий день, утром 17 апреля, сначала выполняя полёт на «Рэйсэне» без триммеров элеронов, капитан-лейтенант Симокава так же спикировал с высоты 3800 метров под углом около 50° и начал выводить самолёт, когда тот достиг скорости около 640 км/ч, затем перешёл в горизонтальный полёт на высоте 1200 метров. Он внимательно смотрел на обшивку крыла, но заметил лишь небольшие морщины. Капитан-лейтенант пилотировал «Рэйсэн» в состязании по оценке лётно-технических характеристик между истребителями флота и армии в январе того же года и не сомневался в прочности конструкции «Рэйсэна» – ранее он уже достигал на нём скорости около 680 км/ч. Затем Симокава поднялся в воздух на другом «Рэйсэне» – том, что с триммерами-балансирами элеронов, который построили примерно в то же время, что и самолёт лейтенанта Никаидо. За его взлётом с земли наблюдало множество людей. Первым испытанием было пикирование с высоты около 4000 метров под углом около 50°, с плавным выводом из пикирования на высоте около 2000 метров и переходом в горизонтальный полёт на высоте около 1500 метров. Этот элемент завершился благополучно, и наблюдатели на земле вздохнули с облегчением.
Перед полётом начальник капитан-лейтенанта Симокава, капитан 3-го ранга Ёситоми, проинструктировал его: «Если заметишь какие-либо морщины – немедленно прекращай испытания». Симокава не принадлежал к числу людей, способных забыть подобный приказ.