Страница 16 из 92
— Вот здесь, — Рокко ткнул пальцем в тускло‑зелёную линию у края схемы, и участок тут же увеличился, прорисовываясь в мельчайших деталях, — проходит старый сервисный туннель. Его давно не используют официально: вентиляция барахлит, датчики сбоят. Администрация считает его непригодным, а значит, и патрули туда почти не заглядывают.
Алор наклонился ближе, вглядываясь в мерцающие контуры, будто хотел запомнить каждую линию до последней запятой.
— А камеры?
— Тут как раз самое интересное, — ухмыльнулся Рокко. — В этом секторе всего три камеры. Но я знаю, где у них слепые зоны.
Он щёлкнул пальцами, и на схеме вспыхнула ещё одна линия — тонкая, почти незаметная, змеёй уходящая вниз.
— Вот этот коллектор ведёт прямо к складам на Нижнем уровне. Там всегда шумно: техника грохочет, дроны снуют, грузчики ругаются… В этом хаосе ты, Алор, сможешь затеряться.
Алор медленно кивнул, оценивая варианты.
— Ты всё это помнишь наизусть? — спросил он, слегка приподняв бровь.
Рокко фыркнул, будто вопрос был почти оскорбительным.
— Это не память, это образ жизни. Я столько раз продумывал, как незаметно сбежать с этой станции, что, кажется, могу нарисовать её схему даже с закрытыми глазами и одной рукой за спиной. Сейчас я тебе подробно расскажу твои маршруты, и где стоит обходить камеры.
— Погодите, — выпалила Эля, вскакивая со стула так резко, что тот чуть не опрокинулся. — Я полечу тоже.
Алор нахмурился и покачал головой:
— Слишком рискованно.
Рокко откинулся на спинку стула, постучал пальцами по столу, будто отбивал ритм какого‑то сложного плана.
— Ты хочешь проникнуть на «Орион‑11»? — переспросил он, понизив голос. — Эль‑ля‑ля, это не квест с призами в конце. Это станция под надзором командора Викса. У него там каждый коридор под прицелом, каждый шлюз — на учёте. За Алора‑то я не переживаю, но вот ты…
Эля сжала кулаки, но не от злости, а чтобы унять дрожь, которая предательски пробегала по пальцам.
— Я знаю, — тихо сказала она. — Но мне нужно туда попасть. Мне не нужны битвы и громкие разоблачения. Мне нужно просто… увидеть. Убедиться, что со Скорпионом всё в порядке, возможно, встретиться. А если нет — понять, что с ним сделали. Я проникну на станцию и также тихо с неё улечу.
Рокко встал, снова подошёл к старому чемодану с потёртыми углами и вытащил узкий ящик. Внутри лежали странные вещи: тонкие браслеты, похожие на витую проволоку, и ещё парочка с матовым камнем посередине.
— Это не просто аксессуары, — пояснил Рокко, доставая браслеты и кладя их на стол. — Это мои собственные разработки. Тонкие, незаметные. Первые глушат сигналы слежки в радиусе трёх метров. Вторые маскируют биометрию: пульс, температуру, даже микровибрации голоса. Если патруль пройдёт мимо, сканеры вас не выделят. Они увидят просто ещё двух жителей или гостей Ориона. Не интересных. Не подозрительных. Для Алора браслеты, пожалуй, не нужны. Это для тебя, соседушка, они необходимы.
Эля осторожно коснулась браслетов, будто боялась, что они её укусят.
— Твой прикид будет под вирианку с Туманностей Виры, — хмыкнул Рокко. — Не идеально, но для беглого осмотра сойдёт. Главное — не смотреть охране в глаза слишком долго. И не говорить лишнего.
Рокко вытащил из ящика тонкую пластину, похожую на карточку, но с мерцающими линиями, бегущими по поверхности.
— Это схема служебных туннелей. Я сам их находил — не прокладывал, конечно, а вычислял слабые места в системе. Есть вентиляционные шахты, которые ведут прямо к техническим коридорам. Их нет на основных картах. Патрули туда не заглядывают — считают, что туда никто не полезет. Но я знаю, где люки, где замки, где можно обойти датчики. Чип‑карту выдам, вставите в коммуникатор часов, чтобы схема станции всегда была у вас под рукой.
Теперь он стал серьёзнее, чем Эля когда‑либо его видела, и заговорил размеренно, чеканя каждое слово:
— Браслеты, Эля, наденешь под рукава. Не снимай их ни на секунду. Вот тут, — он постучал пальцем по едва заметной линии на голограмме, словно вбивал гвоздь в реальность плана, — вентиляционная шахта. Люк открывается вот так… — Он показал движение, резкое и точное, будто рубил воздух мечом. — Пройдёте по ней до технического коридора. Оттуда можно выйти к административным зонам. Но не задерживайтесь. И не идите туда, где камеры. А если таковые имеются — опускайте лица. Будто вы очень устали от жизни, от космоса, от всего на свете. Это лучший камуфляж: никто не хочет смотреть на чужую усталость. В помещениях, где бываете, активируйте заглушки. Алор сможет подключиться к камерам — я дам нужные приборчики. Так ты сможешь отслеживать перемещения командора и, возможно, увидите Скорпиона, если он на станции. В камеры в зоне «Х» хода нет: там всё засекречено, и никто вас туда не пропустит. В общем, действуйте по обстоятельствам, но осторожно. Единственное… — Рокко призадумался, почесал подбородок. — Могу выдать приборчик, который, ты Алор, подключишь к камере на этаже с лабораториями. Это позволит тебе кратковременно получать доступ к обзору. Но чтобы не попасться, нужно отключаться каждые две минуты, иначе вас засекут. Это опасно, рискованно, но…
— Мы будем начеку, — быстро сказал Алор. — Если Скорпиона держат на том этаже, нам необходимо выяснить, в какой камере.
— Но выкрасть вы его оттуда не сможете, — хмыкнул Рокко.
— Придумаем что‑нибудь, — тихо сказала Эля.
Рокко принялся дальше объяснять схемы, а Эля слушала, запоминая каждую деталь, как будто от этого зависела не просто её миссия, а сама возможность дышать. Она глубоко вдохнула, потом медленно выдохнула, словно сбрасывая с плеч лишний груз.
— Спасибо, Рокко, — сказала она, глядя ему прямо в глаза, когда он закончил. — Правда.
Он пожал плечами, будто это был пустяк, вроде того, как подсказать дорогу до ближайшего кафе, но в этом жесте было столько скрытой заботы, что Эля вдруг поняла: за всей этой бравадой и иронией прячется тот, кто умеет быть надёжным.
— Не благодари, пока не вернёшься, — буркнул он. — Сначала сделай дело. А потом уже будем праздновать. Или горевать. Но лучше праздновать. Потом расскажешь, чем всё кончится. Мне для вдохновения нужно. Может, даже песню напишу. Трагическую. Или героическую. Посмотрим по настроению.
Эля улыбнулась.
— А теперь нам нужно тебя преобразить так, чтобы мама родная не узнала, — заявил Рокко, окинув её критическим взглядом, как художник, оценивающий холст перед тем, как начать творить.
Эля напряглась, а Алор нахмурился.
— Парик, одежда и побольше краски на лицо, — усмехнулся Рокко. — Ну, не буквально «побольше», а в меру. Чтобы не выглядела как праздничный фейерверк.
— И где я это всё достану? — взглянула она на Алора, будто он мог по щелчку пальцев материализовать гардероб.
Рокко закатил глаза так выразительно, что, казалось, увидел даже обратную сторону потолка.
— Я ж артист и изобретатель… у меня много чего имеется, — и подмигнул. — Скоро буду, ждите.
Как только Рокко скрылся за дверью, Алор мягко повернул Элю к себе лицом. В его взгляде не было ни упрёка, ни гнева, только тихая тревога, которая звучит громче крика.
— Не думаю, что это хорошая идея, — тихо сказал он. — Лучше останься здесь, как мы изначально договаривались. Здесь ты в безопасности.
— Нет, — непреклонно покачала головой Эля, и в этом «нет» прозвучала вся её решимость, выкованная из страха и надежды. — Я с ума сойду в ожидании. Да и тебе понадобится помощь. Может, нам придётся буквально выкрасть Скорпиона, и один ты не справишься. Я лечу с тобой. И точка.
Алор пытался спорить, подбирая слова, которые могли бы её удержать, но Эля была непреклонна. Её глаза говорили яснее любых фраз: она уже приняла решение, и никакие доводы не смогут его поколебать.