Страница 5 из 45
А что, запихнул же хранитель в тело Алеаны подходящую душу. Значит, эта магия вполне реальна.
Вдруг тени тоже владеют такой?
- Если ты не выйдешь из клетки, то я заберу жизнь этих магов, - решает шантажировать меня Сисина "фея-крестная".
Прямо сказка о Золушке на новый лад. Сиротка с волшебной тётушкой заарканывают мужика при власти.
- Да мне плевать на этих мужиков, - отвечаю с деланным безразличием.
- Ты не похожа на Алеану, - вдруг хмурится старуха. - Отвердие последнего серебряного было совсем хилым. А с помощью снадобий, которыми "лечили" жену Владыки, она не должна была дожить до возвращения мужа. А тут вдруг и вторую ипостась обрела, и наследие приняла, - размышляет вслух.
Теперь мне кристально ясно, по какой причине не стало настоящей Алеаны...
Сжимаю зубы.
- Что хочу, то и делаю, - капризно вздергиваю нос, как избалованная дочка Острокрыла, какую описывал дядя. - Я драконица, меня так воспитывал папочка! А ты, бабка, прочь отсюда!
- Крестная, зачем ты разговариваешь с ней? Зачем рассказываешь ей всё это? - Сесилия заламывает руки. - И что нам делать дальше?!
- Она нам больше не помешает, - отзывается старуха, при этом продолжает бросать на меня взгляды, полные досады. - Хоть в клетке, хоть без нее. Даркейн уже совершил очень большую ошибку, когда принес сюда серебряную. Это под куполом её было не достать. А из клетки рано или поздно вытряхнем. Драконицу я забираю. Дальше, надеюсь, справишься сама?
3.
Даркейн
Теперь я могу быть спокоен. Абсолютно спокоен за всё.
Теперь я могу сделать то, что должен. Без постоянного просчитывания заведомо провальных вариантов.
Алеана преподнесла поистине великий сюрприз.
Эта избалованная драконица даже не понимает того, как она важна для спасения этого мира. И для меня.
Фыркала, строила из себя независимую хозяйку. Глупышка. Пыталась манипулировать. Хотела обмануть меня, говорила, что это не мой ребенок.
МОЙ.
Я сразу чувствовал это. Только мой ребенок может быть настолько силен магически.
Живот бывшей жены светился чуть ли не с первых дней беременности, а она не сознавалась. Из-за её лжи он мог родиться бастардом.
Возможно, в будущем он силой забрал бы то, что должно было принадлежать ему по праву.
Но выдержала бы это Империя?
Нет, он получит свою Империю сразу.
Это будет самый великий дракон среди всех поколений.
Чернокрылый.
Алеана тревожится, что серебряный предел в будущем останется без главы. Глупая.
Не останется. Мой сын объединит земли отца и матери. Магии у него хватит на всех.
Уже в утробе он тянет свои незримые ручки к родовому камню.
Такая сила по легендам была только у первородных поколений драконов и их первых потомков.
Главное, что он будет расти в безопасном мире. Я позабочусь об этом.
Стою на крыше самой высокой башни своего замка. У человеческой испостаси нет крыльев. Дракон недовольно ропщет внутри меня. Он то и дело пытается выйти из-под контроля.
Его тянет и к сильной самке-драконице, и к истинной одновременно.
Сесилия весь день в истерике. То и дело бросается мне на шею. Умоляет. Рыдает.
Дракон в раздрае. Нет, друг. Ты не можешь сделать выбор. Он слишком важен. На этот раз выбор делаю я.
Смотрю на небо. Тьма полностью заволокла его.
Но я знаю - где-то там есть островок света. Земли Алеаны.
Сейчас она в антимagической клетке. В полной безопасности.
В клетку не проникнет ни один враг. После брачного ритуала я передам силу моему сыну. Да, прямо в её утробе.
Резерв ребенка беспрецедентно широк. Он сможет принять.
После этого Алеана будет способна накрыть своим куполом не только серебряные земли, но и всю Империю.
А я... Решу все остальные проблемы.
***
Спускаюсь в темницу. Стража вытягивается по струнке. Подхожу к антимagической клетке.
Сидит. Молчит обиженно. Избегает встречаться взглядом со мной. Смотрит в стену.
- Пойдем Алеана, - достаю ключ от клетки. - Время пришло.
Даркейн
Открываю дверь. Выходит из клетки. Покорная и молчаливая. Голова опущена. Взгляд направлен в пол.
Неужели смирилась? Или что-то поняла? Всё-таки у нее было несколько часов, чтобы посидеть и подумать в тишине. Клетка, из которой она выходит, фонит немного больше прежнего. Но ведь это антимagический металл. С ним такое может быть. Видимо, слишком долго он удерживал драконицу.
Я пришел за ней немного раньше. Потому что перед ритуалом связывания душ хочу кое-что сказать ей. И показать.
***
- Зачем мы сюда идём? - её голос звучит непривычно.
Слишком хрипло.
Наверное, из-за долгого молчания. Но молчание пошло ей на пользу. Она больше не бьётся в моих руках, как пойманная птичка. Беспрекословно следует за мной.
- Перед тем, как отдам тебя в руки служанок для приготовления к обряду, ты должна кое-что узнать. Потерпи ещё немного.
Веду её в зал с родовым камнем. Кивает и осторожно спускается по ступеням. Крепко держу её за руку. Иногда придерживаю за талию.
Алеана кажется слишком безвольной. Послушной. Хорошо это или плохо?
Может быть, она такая из-за беременности?
Да, я посадил ее в клетку, а не в комфортную башню, как когда-то истинную.
Но клетка была единственной мерой. Внутри неё Алеана находилась в полной безопасности. И от врагов, и от самой себя. А я получил возможность спокойно сделать кое-что важное.
С башней уже был печальный опыт. Сесилию похищали из неё. По чистой случайности удалось найти мою истинную. Расследование того, куда делся гарнизон из приграничной башни, ничего не дало.
Хотя я и догадываюсь, что могло произойти с этими молодыми магами... Сцепляю зубы. Гибель каждого мага и дракона оставляет шрамы в моей душе.
Но скоро я остановлю это.
Сесилия после случившегося замкнулась в себе. Лишь предстоящая свадьба немного оживляла её. Бедная девушка.
Но теперь и она будет в полной безопасности.
Я попрошу Алеану позаботиться о моей истинной. Всё-таки ребенок Сесилии - родная сестра (или брат-слабосил) будущего наследника. При этом не соперник ему.
Как ни жаль истинную, но интересы Империи выше всего.
Подвожу Алеану к родовому камню. Непонимающе встаёт рядом с артефактом. Концентрирую взгляд на ее животе.
Он сияет, как и прежде. Но...
Даркейн
- Дорогая, ты ничего не хочешь мне объяснить?
Поднимает на меня взгляд. Испуганный, но покорный судьбе. Смотрит из-под пушистых ресниц, как невинная овечка.