Страница 65 из 145
Про мужскую солидарность
В далекие времена, когда билеты надо было не покупать, а доставать, я чудом получила пригласительные на концерт «Машины времени». Тогда для Владивостока прилет знаменитой группы был событием огромного масштаба, весь город собрался на стадион слушать опальные песни про глупого скворца и новый поворот. А тут удалось вырвать в редакции билеты не просто входные, а в ВИП-ложу! Одна беда – пригласительных было два, а нас трое: я и подружка с мужем. Но не пасовать же перед трудностями! И мы разработали план. Я с подружкой будем отвлекать милиционеров, перекрывающих подход к стадиону, дурацкой болтовней, а Олежка смешается с обилеченной толпой и проскочит. Три кордона мы прошли успешно. Но толпа перед последним заслоном рассосалась, и у ВИП-ложи милиционеры встали перед Олежкой, как лист перед травой. Мы с подружкой уже прошли, а ее муж по ту сторону кордона беспомощно шарил по карманам, неубедительно приговаривая: «Да был же где-то у меня этот пригласительный. Точно был». Но по недрогнувшим лицам стражей порядка было видно, что на такую самодеятельность их не купишь. И тут что-то на меня нашло. Я сделала зверское лицо, подошла к кордону и стала злобно шипеть на Олежку противным издевательским голосом, который так ненавидят мужчины всего мира:
— Ну вот, я так и знала! Ты ничего нормально сделать не можешь! НИ-ЧЕ-ГО! Я же сказала – возьми свой пригласительный на столе! И что? Ты даже не пошевелился! Тебе было лень! А я, значит, и достаю билеты, и еще должна следить, чтобы ты их не забыл!
Милиционеры напряглись, Олежка, сходу врубившийся в замысел, забубнил:
— Счас еще посмотрю, счас! Я вроде брал..
— Может, ты это нарочно? – продолжала нагнетать я. – Точно мама говорила – ты не мужик! Ты ничтожество!
Лица милиционеров, до этого высокомерно-равнодушные, начали меняться, как в фильмах про превращения вампиров: они заострились и мне даже показалось, что их резцы стали медленно вырастать в клыки. Они мечтали меня порвать..
— Ну и что ты теперь намерен делать, тупица? Нет, ты посмотри – обратилась я уже к подружке. – Ну можно жить с таким мужем? У него же в детстве вместо аппендицита мозг вырезали! Иди, чучело, дежурь в машине – я же не поеду назад на трамвае!
Милиционеры не обменялись ни словом, ни взглядом. Они вдруг просто как по команде разжали руки, открыв для Олежки крошечный индивидуальный коридор. И как только он в него юркнул, тут же сомкнули ряды. Олег тихо шепнул им: «Спасибо, мужики!» И тут я поймала на себе ненавидящий взгляд их старшого. Видно, я очень напомнила ему его собственную жену, потому что если бы взглядом можно было убивать, я бы уже лежала на земле, продырявленная сотней разрывных пуль. Чувство мужской солидарности сработало надежнее пропуска.
..И только когда мы уже, уплотнившись, уселись на наши места, подружка сказала: «А я не поняла, ты чего на моего мужа наехала? Почему это с ним нельзя жить? И интересно, на каком таком столе ты оставляла ему пригласительный?»