Страница 63 из 90
— А сейчас – сюрприз, – проговорил Сергей Сергеевич и неожиданно подхватил меня на руки. – Вот так, с доставкой на дом!
Я видела, что ему тяжело. Он часто дышал, на шее вздулись синие вены. Однако выражение лица у него было бодрым и веселым.
Он донес меня до квартиры, поставил на пол и отпер дверь ключом.
— Прошу!
Я ожидала увидеть хоромы почище Толиковых, но ничего такого не было. Квартира оказалась более чем скромной, хотя и очень большой. Конечно, здесь был сделан хороший ремонт, и обстановка радовала глаз качеством и продуманностью цветов. Но следов роскоши и излишеств я не обнаружила.
Нам навстречу тут же вышел огромный пушистый кот с неимоверно длинными белоснежными усами, похожими на куски лески.
— Пупсик, это Лида, – со смехом проговорил Сергей Сергеевич. – Похоже, он вас признал.
Кот действительно с наслаждением терся о мою ногу и звучно мурлыкал.
— Сюда, пожалуйста. – Сергей Сергеевич распахнул застекленную дверь. – Садитесь пока на диван, я принесу воды.
Я пропрыгала в широкую, оклеенную светлыми обоями комнату.
Мебели в ней было немного: малиновый кожаный диван, два таких же кресла, низенький журнальный столик из темного дерева и высокие стеллажи с книгами, занимающие целиком одну из стен.
На других стенах висели фотографии в рамках. Я успела разглядеть несколько детских рожиц и миловидную женщину с длинными каштановыми волосами, распущенными по плечам.
В это время вернулся Сергей Сергеевич, неся в руках маленький пластмассовый тазик с водой и кипу нераспечатанных бинтов.
— Лидочка, я могу называть вас на «ты»? – спросил он, пристраивая таз возле дивана.
— Конечно.
— Давай свою ножку. – Его руки бережно обхватили мою щиколотку, расстегнули ремешки босоножки, стянули тонкий капроновый носок и закатали штанину джинсов. – Ничего криминального не вижу. – Сергей Сергеевич внимательно оглядел мою ногу. – Точно не вывих, по крайней мере. Сейчас приложим холод. – Он ловко разорвал упаковку с бинтом, намочил его в воде и обвязал вокруг предполагаемого больного места. – Скоро должно полегчать.
Я терпеливо держала ногу на весу, слегка опираясь ладонями о прохладную кожу дивана. Сергей Сергеевич сел рядом со мной.
— Ты очень красивая девочка и наверняка знаешь об этом. – Он слегка дотронулся до моих волос. – И не так проста, как кажешься на первый взгляд. Никогда не поверю, что те, кто тебе нравится, тебя игнорируют. Тут что-то другое, правда?
— Я не люблю ровесников, – проговорила я с улыбкой. – Они мне надоели, очень давно.
— Понимаю, – Сергей Сергеевич тоже улыбнулся и погладил мою руку повыше локтя. – Что же мешает тебе найти друга среди мужчин постарше?
— Не что, а кто, – уточнила я.
— Кто? – Он удивленно поглядел на меня.
— Мои родители. Они сходят с ума, когда я завожу роман с уже состоявшимся, зрелым человеком. Как правило, все такие люди – семейные, мама и папа считают, что связываться с женатыми – жуткий позор.
— А ты так не считаешь? – Сергей Сергеевич пристально заглянул мне в лицо.
— Нет, разумеется. – Я слегка отодвинулась от него на край дивана. Он тут же послушно убрал руку.
— Скажи честно, ты хочешь денег? Что еще тебя может привлекать в людях моего возраста?
— Денег я не хочу, – тихо сказала я, – их полно у моего отца.
— Заметно, – он кивнул. – Что же тогда?
— То, о чем я говорила в парке. Спастись от одиночества, перестать чувствовать себя уязвимой, жить сегодняшним днем.
Его руки жестко и властно обхватили мою голову, губы приблизились. От него шел терпкий, холодноватый запах одеколона и еще чего-то – мятного, ментолового, неприятно щекочущего ноздри.
Мы целовались, долго, мучительно долго, мне хотелось закрыть глаза и представить, что это Толик.
Но я так и не сделала этого. Потом он повалил меня на диван, с трудом расстегивал молнию на джинсах, что-то шептал, страстно и горячо, а я все смотрела на его лицо, слегка побледневшее, с вертикальной складкой, прорезавшей лоб между бровями.
Мне казалось, это никогда не кончится. Диван уже не холодил кожу, а противно лип к ней, где-то совсем рядом громко царапался в дверь кот и требовательно, надрывно мяукал..
..Потом Сергей Сергеевич заботливо снял компресс и туго перебинтовал мою ногу сухим бинтом.
— Когда ты должна быть дома? – Он смотрел на меня с искренней нежностью, и я не могла не заметить этого.
— Когда угодно.
— Разве родители не ждут тебя?
— Они улетели в Сочи. На две недели.
— Не находишь, что это судьба? – Сергей Сергеевич улыбнулся и ласково погладил меня по руке. – Мы увидимся еще?
— Как скажешь.
— Скажу, что ждал этой встречи полжизни. Нет, вру. Всю жизнь.
Я подумала, что нечто подобное уже когда-то слышала. Ах, ну да, тот художник, кажется, Александр, бумажку с чьим телефоном я разорвала и выбросила в мусорную урну. Он говорил так же.
— Завтра я заеду за тобой, а сейчас отвезу домой. Или, хочешь, останься. – Сергей Сергеевич посмотрел на меня умоляюще.
— Не могу. Мама звонит каждый вечер. Я должна быть дома. И приезжать не нужно, я сама.
— С больной ногой?
— Машину возьму.
— Ну как хочешь. – Он нагнулся и поцеловал меня в висок, потом еще и еще.
8
Толик был в восторге. Он сидел, вольготно развалясь на диване, дымил сигаретой и в сотый раз слушал мой рассказ.
— Клюнул! Я же знал, что он клюнет! Василек, ты гений, просто Мата Хари. – Толик кинул окурок в пепельницу, поднялся, подошел ко мне, подхватил на руки и закружил по комнате.
— Что ты, что ты! – испугалась я. – Тебе нельзя. Перестань, пожалуйста, отпусти.
— Нет, это ты перестань обращаться со мной как с инвалидом. – Толик сделал еще несколько па и посадил меня на высокий полированный комод. – Выжди пару дней, ублажай его по полной программе. Добейся, чтобы этот козел надежно заглотил наживку. А потом раскручивай его на доверительный разговор.
— Но если он не станет говорить со мной о делах? – усомнилась я. – Что тогда?
— Станет, коли ты этого захочешь, – уверенно произнес Толик. – Работай башкой, и все будет о’кей.
В эту ночь он был со мной нежен и ласков, как никогда. Я же никак не могла оправиться от замороженности. Все казалось, что рядом со мной в постели вовсе не Толик, а Сергей Сергеевич, я даже чувствовала характерный ментоловый запах и отчетливо слышала, как скребет когтями Пупсик.