Страница 53 из 112
32. Женская солидарность
32. Женская солидарность
Вереницей тянулись серые дни. Каждый был похож на предыдущий. Уборка, готовка, обслуживание гостей.
Первое впечатление о Гаене Воргате лишь подтвердилось. Жестокий, расчетливый, любящий причинять боль.
Любые провинности рабынь сурово карались. За каждый огрех — по паре ударов плетей.
Беспризорных собак в Эль Кхаре ценили куда больше, чем женщин.
Со мной Воргат никогда не использовал плеть. У него был другой способ — магия. Несколько минут выворачивающей наизнанку боли, и никаких следов на теле.
А что происходило внутри, не волновало никого.
Воргат хотел, чтобы именно я подавала еду во время нередких приемов гостей — нынешних или будущих союзников. Миловидную красоту Айрис, теперь принадлежащую мне, выставляли напоказ.
Я стояла с опущенными глазами, под плотоядными взглядами элькхе. Они смотрели на меня так, будто были дикими хищниками, а я — их добычей.
В этом облегающей сером наряде служанки, под градом взглядов я чувствовала себя куском мяса на витрине.
И лишь ночами я могла остаться наедине с самой собой. Признаюсь, нелегко сохранять оптимизм, когда почти не видишь выхода из ситуации.
Но я не позволяла мрачным мыслям меня поглотить. Не желала сдаваться.
Пусть порой я чувствовала себя птицей с подрезанными крыльями, жажда борьбы во мне не угасла.
Сегодня, проходя мимо одной из комнат, я услышала всхлипы.
Заглянула внутрь и замерла.
На койке лежала совсем молоденькая девушка. Лет семнадцати, не больше. Лицо бледное, в кровоподтеках. Губы разбиты. На руках и груди — багровые полосы от плети.
Рядом суетилась Альтид. Она не лекарка Дома Воргат, но явно обладала некоторыми познаниями в этой области. Я видела, как она время от времени готовит что-то для Воргата и наемников.
Однако сейчас Альтид просто смачивала тряпицу в воде и прикладывала ее к ранам девушки. Помогать рабыням ей было строго-настрого запрещено.
— Тихо, Лейза, — шептала она. — Потерпи.
— Больно... — еле слышно простонала девушка.
Ни одного наемника рядом не было. Оглядевшись по сторонам, я скользнула в комнату.
— Что случилось?
Альтид подняла на меня усталые глаза.
— Наемник Воргата переборщил с плетью. Теперь раны воспалились.
Я бегло осмотрела Лейзу. Опытным взглядом врача, скрывающимся за образом бывшей аристократки, уловила малейшие детали.
Краснота, припухлость, жар. Начало заражения.
— Если она не встанет на ноги в ближайшие дни, ее снова накажут, — тихо сказала Альтид. — За то, что не выполняет свои обязанности.
У меня внутри все сжалось. Проклятый порочный круг. Рабыню избили — она не может работать — ее изобьют снова.
Я прикрыла глаза, вспоминая рецепты из книги Вейлра.
Малахитовое кольцо, лежащий сейчас в лифе платья — еще один маленький секрет, который я трепетно хранила. По ночам я превращала его в книгу и читала страницу за страницей.
Это приносило мне странное успокоение, пусть даже применить свои знания я не могла.
Пока не могла.
— Я могу помочь, — понизив голос, сказала я.
— Ты? Чем? — изумилась Альтид.
— Я умею делать мази. Лечебные. Если достать травы...
— Какие? — перебила она.
— Светлолист, корень огневки, мед и топленый жир.
Альтид оживилась.
— Такое у меня есть. Если ты скажешь мне рецепт…
Я покачала головой.
— Приготовить мазь должна я. Тогда она станет намного сильнее. — Я помялась. — Я могу активировать магию в травах. И… не только в них.
Она задумчиво смотрела на меня какое-то время. Кивнула.
— Хорошо, девочка. Давай попробуем.
Следующий день выдался суматошным.
Воргат собирал очередное собрание. В нем участвовали даже охранники, прежде стоящие на посту.
У нас было всего несколько минут.
Альтид к этому времени подготовила все на кухне: толченый светлолист, мелко нарезанный корень огневки, мед и топленый жир в отдельной плошке. А сама ушла.
На кухне остались лишь мы с Доф.
Я встала у очага. В котле булькало варево — какой-то суп для гостей.
Удостоверившись, что никто не смотрит, я быстро смешала ингредиенты в маленьком горшочке. Поставила на угли.
Руки делали свое дело, а я молилась, чтобы мой дар сработал. Чтобы магия в корне огневки и светлолисте проснулась. Тогда обычная мазь превратится в действенное лекарство, которое быстро поставит Лейзу на ноги.
Мази должно получиться достаточно, чтобы в будущем можно было помочь и другим рабыням, пострадавшим от гнева элькхе.
Я корила себя лишь за то, что не сделала ее раньше. Но первые дни здесь я находилась в каком-то оцепенении. Лишь изредка оно сменялось или яростью, или страхом.
Но теперь я готова действовать. Какие бы последствия мне ни грозили.
— Что ты там делаешь?
Мужской голос грянул как гром.
Похолодев, я обернулась. Охранник, который до собрания стоял у дверей, направился ко мне.
— Я спросил, что ты делаешь у котла? Ты не повариха.
— Ах, господин хороший, — затараторила Доф, шагая ему навстречу, но опустив глаза в пол. — Это я ее позвала. Совсем старая стала, немощная. Решила себе помощницу подготовить.
Охранник нахмурился.
— Разве Воргат это разрешал?
— А зачем тревожить по пустякам господина? — Всплеснула руками Доф. — Подумаешь, девка на кухне помогает. Не велика беда!
Охранник зло сощурился.
— Самовольничаешь, старая. Знаешь, что за это бывает?
— Знаю. — Голос Доф не дрогнул. — Но и господин не любит, когда ужин долго готовится или подгорает. А одной мне уже не управиться.
Словами не передать, как я была благодарна Доф за помощь. Пока она отвлекала элькхе, перелила еще пока жидковатую, не загустевшую мазь в чистую плошку. Сунула ее за банки.
Горшочек убрать не могла — охранник видел, что я использую его. Но если Воргат догадается, что там было что-то целебное…
Всем нам несдобровать.
Так что, наполовину скрывшись за спиной Доф, схватила половник и налила в горшочек приготовленного поварихой супа. Вместе с остатками мази на стенках получилось нечто жирное, мутное и неаппетитное.
Но главное, мясной бульон и приправы перебили характерный травяной запах.
Не успела я выдохнуть, как на кухню зашел Воргат. Наверняка его привлек голоса охранника и Доф, которая храбро продолжала ему перечить.
Ох.
— Что здесь происходит? — недовольно проговорил хозяин дома.