Страница 4 из 112
В груди заныло. Не моя боль, не моя жизнь, но ярость, унижение и бессильная злоба отчего-то ощущались как мои собственные.
— Я скоро вернусь, — ласково пообещал Рейвен, с неохотой оторвавшись от Клариссы.
Запрыгнул в карету, захлопнул дверцу и рявкнул кучеру:
— Трогай!
Экипаж дернулся и покатил по брусчатке.
Я сидела напротив герцога, потирая ладонью ушибленное плечо. Откинувшись на спинку сиденья, он выглядел таким спокойным… Нет, даже довольным. Словно только что совершил удачную сделку.
Поглядывая в окно, Рейвен насвистывал какую-то веселую мелодию.
Человек, который забрал магию у собственной жены, всерьез раздумывал над тем, чтобы ее убить, а теперь изгонял, как надоевшую собачонку, чувствовал себя прекрасно.
А все, что оставалось мне — бессильно наблюдать, как мимо проплывает город.
Чистенький, ухоженный, с мощенными камнем улицами и двух-трехэтажными домами из светлого камня под черепичными крышами. Вдалеке виднелся шпиль огромного собора. На площади кипела жизнь. Всюду — торговцы, повозки, люди в простых и вычурных, но неизменно старинных одеждах.
Мы миновали рыночную площадь, проехали мимо каких-то общественных зданий с колоннами. Вскоре показались городские ворота. Стражники в блестящих кирасах при виде герба на дверце вытянулись по струнке и отдали честь.
Экипаж выехал за пределы города.
Впереди темнел лес.
— Куда мы едем?
Герцог перестал свистеть и снисходительно посмотрел на меня.
— Туда, где ты никому не помешаешь.
— В лес? — не унималась я. — Ты собираешься бросить меня в лесу?
Пусть мы и не в двадцать первом веке, но что за дикий способ избавиться от проблемы?
— Заткнись, — отрезал он и снова уставился в окно.
Я сжала кулаки. Ногти впились в ладони. В голове пульсировала лишь одна мысль: не отчаиваться, не сдаваться.
Реаниматология — это не просто умение оказывать неотложную помощь. Это и способность принимать мгновенные решения, когда на кону стоит чья-то жизнь, и действовать хладнокровно.
Я привыкла действовать в критических ситуациях.
А я сейчас определенно в критической ситуации.
— Что ты собираешься со мной делать? — повторила я громче.
Неопределенность страшила куда больше самой жуткой правды.
Рейвен резко повернул голову и подался вперед. Его рука взлетела вверх. Я вжалась в сиденье, ожидая удара. Но он не ударил. Только посмотрел так, что кровь застыла в жилах.
— Следующий удар попадет в цель. Поняла?
Я прикрыла глаза. Внутри бурлила такая ненависть, которой я не ощущала никогда.
Я слышала, как усмехнулся Рейвен, принимая мою злость за слабость и страх. Пускай. Мне, в общем-то, совершенно плевать, что он думает обо мне.
Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем мы свернули с главного тракта. Каждая минута, проведенная рядом с герцогом, тянулась целую вечность.
Дорога стала хуже — колея, ухабы. Экипаж трясло. Я смотрела в окно на бесконечные деревья, пытаясь разглядеть ориентиры, запомнить дорогу. Вдруг пригодится?
В какой-то момент Рейвен постучал в стенку экипажа.
— Стой!
Экипаж остановился. Герцог открыл дверцу, спрыгнул на землю и жестом приказал мне выходить. В глазах застыло отчетливое предупреждение.
Я точно знала, что будет, если я не подчинюсь.
Так что я вылезла. Ноги тут же увязли в размокшей после недавнего дождя земле. Вокруг — ни души, ни единого домика или селения. А чуть поодаль — еще один лес.
Рейвен встал напротив, нависая надо мной. От него так и веяло опасностью.
— Слушай внимательно, дуреха, — отчеканил он. — В город не возвращайся. Мои люди узнают об этом в то же мгновение, как ты появишься у ворот. И тогда моему милосердию настанет конец.
Милосердию? Ты издеваешься?!
— И тогда я сделаю то, чего так жаждет Кларисса.
Я молчала, от шока попросту не находя слов.
Рейвен с усмешкой забрался обратно в экипаж и захлопнул дверцу. Карета развернулась и покатила обратно по дороге.
Я стояла и опустошенно смотрела ей вслед, пока последний звук не стих вдалеке.
А потом наступила тишина.
Прямо передо мной — пустырь. Справа — лес. Чужой, незнакомый, страшный. Я не могла избавиться от ощущения, что оттуда на меня смотрят десятки глаз, наблюдают за каждым моим движением.
На мне — длинное тонкое платье, которое не греет и мешает даже ходить, не то что бежать. У меня нет ни единой вещи, способной помочь мне в выживании, ни куска еды, ни глотка воды.
Паника сдавила горло рукой с ледяными когтями.
Что мне делать?
Куда идти?